Идея фикс или навязчивая идея - что это значит? Сверхценные идеи. Как не заиграться

💖 Нравится? Поделись с друзьями ссылкой
Idée fixe ) - психологический термин, обозначающий суждение, которое возникает в результате реальных обстоятельств и выводимо из личности , её установок, но сопровождается неиссякаемым эмоциональным напряжением и преобладает в сознании над всеми остальными суждениями. Человека охватывает чрезмерная одержимость в достижении какой-либо цели.

Сверхценные идеи следует отличать от сверхценного бреда и паранойяльного бреда . При сверхценной идее сохраняется ясное сознание и способность к реалистической оценке (или, по крайней мере, её проблескам). Такого рода идеи могут наблюдаться в том числе у нормальных людей (например, в состоянии влюблённости), но с наибольшей регулярностью у страстных натур, фанатиков , людей с параноидным расстройством личности и при патологическом развитии личности .

Понятие «сверхценной идеи» было введено в 1892 году немецким психиатром Карлом Вернике .

Основные сведения [ | ]

Вернике отличал сверхценные идеи от навязчивостей , описанных его учителем К.-Ф.-О.Вестфалем .

Сверхценности всегда обладают сильно выраженной эмоциональной составляющей и тем, что переживаются они как нечто глубоко личностное (а значит, психическая самозащита от них невозможна).

В такое широкое понимание сверхценности попадают тревожная мнительность, болезненные сомнения, некоторые виды бреда [ ] . Сверхценные идеи занимают в сознании доминирующее положение, воспринимаются самим человеком как вполне обоснованные, что побуждает человека активно бороться за реализацию этих идей. Такие идеи принимают форму гипертрофированной, болезненной убеждённости в чём-либо. В отличие от бреда, эта убеждённость всегда имеет под собой реальные факты, которые переоцениваются, сверхоцениваются (ревность, любовь, изобретательство и др.). Окружающие, скептически относящиеся к сверхценным идеям больного или пытающиеся критиковать их, расцениваются больным, в лучшем случае, как заблуждающиеся, в худшем - как враги.

Сверхценные идеи формируются как при расстройстве личности (чаще параноидного и шизоидного типа), а также при приобрётенных психопатических состояниях у лиц гипертимического склада , могут также встречаться при шизофрении и аффективных психозах.

Например, малозначащие, относящиеся к далёкому прошлому проступки в период глубокой депрессии становятся сверхценными, вырастая в сознании больных до трагических размеров.

Нередко утверждается, что в неблагоприятных ситуациях возможен последовательный или спонтанный переход от сверхценных идей к бреду. Однако такого рода утверждение несовместимо с критерием К. Ясперса (см. ниже) о невыводимости паранойяльного бреда из прежнего опыта человека, из его личности и ситуации .

Порой человек, стремясь осуществить некоторые «сверхценные идеи», рискует своей жизнью или жизнью других людей.

Отличия сверхценной идеи от бреда [ | ]

Для сверхценной идеи характерны чётко определённые критерии, отличающие её от сверхценного и паранойяльного бреда .

При сверхценном (кататимном) бреде , который, согласно ведущим западным психиатрам К. Башу, Г. Биндеру и другим, является непсихотическим , а К. Ясперсом с самого начала выделялся как бредоподобный (в отличие от истинного бреда), исчезают все остатки критического отношения, сознание сужается, полностью доминирует аффективная установка. Но о психотическом уровне можно говорить лишь в том случае, если имеются описанные К. Конрадом признаки «протопатического поля переживаний». Сверхценный бред характерен для паранойяльного развития личности,

Понятие сверхценных идей было выдвинуто С. Wernicke (1892) для обозначения отдельных суждений или групп суждений, аффективно насыщенных и носящих стойкий, фиксированный характер. Обычно различают сверхценные идеи, наблюдающиеся у психически здоровых, и патологические, являющиеся признаком психического заболевания.

Примером возникновения сверхценных идей в норме может служить преданность человека какой-либо научной идее, ради доказательства правоты которой он готов пренебречь всем остальным, своими личными интересами и интересами своих близких, т. е. всем, что не относится к преобладающим в его сознании мыслям. Такая сверхценная идея отличается от навязчивой своим постоянством, она не является чуждой сознанию человека и не лишает личность ее носителя гармоничности. Д. А. Аменицкий (1942) такие встречающиеся в норме сверхценные идеи обозначал как доминирующие. Для людей, которыми овладевают такие идеи, характерно активное стремление преодолеть все препятствия в достижении цели. М. О. Гуревич (1949) доминирующие идеи не считал сверхценными в строгом понимании этого термина. Сверхценные идеи, по М. О. Гуревичу, всегда носят патологический характер, являются выражением дисгармонической психики и связаны с паралогическим мышлением и резонерством.

Доминирующая идея может претерпеть развитие и превратится в истинную сверхценную идею. Такое развитие всегда психогенно обусловлено и происходит обычно при наличии предрасполагающей конституциональной почвы. Сверхценная идея п а то логическая по своему содержанию, имеет отличительные свойства, выделенные F. Arnaud (цит. по Л. Б. Дубницкому, 1975). Это, во-первых, ее неосознанность больным в качестве идеи ложной, болезненной и, во-вторых, медленный темп ее развития. Оба эти признака отличают сверхценные идеи от навязчивостей, так как при навязчивых состояниях больные осознают чуждость своих болезненных переживаний, не могут с ними примириться, пытаются с ними бороться. Навязчивые состояния возникают пароксизмально, для них не характерно постепенное развитие. Сверхценная идея в своем развитии все более овладевает сознанием больного, к ней присоединяются новые сверхценные идеи. Она настолько сливается с личностью больного, что воспринимается им как единственно верное представление или система представлений, которые он активно защищает. Е. Kretschmer (1927) считал, что личность полностью поглощается болезненными сверхценными идеями. Аффективно заряженные и овладевающие всеми личностными проявлениями сверхценные идеи становятся источником бредообразования. Такой вид аффективного бредообразования определяется как кататимическое. Оно является основным патогенетическим механизмом параноического развития (Н. W. Maier, 1913, Е. Kretschmer, 1918). Возможность перерастания сверхценных идей в бредовые была отмечена еще С. Wernic ke. Впоследствии К. Birnbaum (1915) выделил так называемые сверхценные бредовые идеи. Динамику развития бреда из сверхценных идей в рамках паранояльного бредообразования при шизофрении изучил А. Б. Смулевич (1972).

Хотя выделение сверхценного бреда было вызвано трудностью отграничения двух его составных психопатологических образований, тем не менее в психиатрической, особенно в судебно-психиатрической, практике нередко такую дифференциацию проводить необходимо.

Сверхценные идеи как бы занимают промежуточное положение между навязчивыми и бредовыми. В отличие от навязчивых сверхценные идеи не остаются чуждыми личности больного, интересы его полностью сосредоточиваются на круге болезненных переживаний. Больной не только не борется со своими сверхценными мыслями, а напротив, пытается добиться их торжества. В отличие от бреда сверхценные мысли не приводят к столь значительным изменениям личности. Конечно, неправильно было бы считать, что наличие сверхценных идей оставляет личность интактной. При сверхценных идеях мы не видим, как при бредовых, появления новой личности, новых личностных свойств, нет значительных качественных изменений личности больного. Возникновение и развитие сверхценных идей в основном ограничиваются количественным изменением наиболее значимых в плане сверхценных идей личностных свойств, их утрированием, заострением. Так, до болезни не очень уживчивый, малосинтонный человек становится кверулянтом, а педантичный, скрупулезно выполнявший все ему порученное начинает собирать «архив» для подтверждения своих патологических идей, включая в него совершенно малозначащие бумажки, записки и т. п.

В известной мере для отграничения сверхценных идей от бреда может использоваться критерий психологической понятности, выводимости болезненных переживаний больного. Клинический анализ сверхценных идей позволяет уловить их психогенез, связь с актуальными для больного реальными переживаниями, их соответствие преморбидным личностным особенностям больного. Однако, как уже отмечалось выше, такая связь может обнаруживаться и при психогенном бредообразовании. Относительным критерием разграничения сверхценных и бредовых идей является также возможность разубеждения больного. Критерий отсутствия окончательной убежденности больных в достоверности своих сверхценных идей иногда переоценивается. Конечно, отсутствие окончательной убежденности, колебания больного являются очень важными признаками при необходимости разграничения сверхценных идей и бреда. Однако симптом этот не облигатен, он может отсутствовать на известных этапах динамики сверхценных идей и при перерастании их в бред.

Корригирование сверхценной идеи, как указывал А. А. Перельман (1957), состоит не только в том, что больной осознает ее ошибочность, но и в том, что она перестает доминировать в психической жизни больного, преобладать над другими его мыслями и представлениями, определять весь его жизненный модус. Сверхценные идеи хотя и с трудом, но поддаются коррекции (разумеется, речь не идет о сверхценном бреде) под влиянием веских логических доводов и изменения жизненных обстоятельств, что способствует утрате их аффективной насыщенности и актуальной значимости.

Сверхценные идеи чаще всего возникают у личностей с психопатическим складом характера. Наиболее типично их развитие у паранояльных психопатов, в этих случаях сверхценные идеи нередко оказываются этапом параноического развития. Особенно благоприятной почвой для параноического бредообразования нередко бывает сплав паранояльных и эпилептоидных черт характера. При этом эпилептоидность вносит в структуру симптомообразования такой важный компонент, как ригидность мышления и аффекта.

Эпилептоидная психопатия сама по себе также является почвой для возникновения сверхценных идей ревности и ипохондрических (В. М. Морозов, 1934). П. Б. Ганнушкин (1907) проследил возникновение ипохондрических сверхценных идей у психастенических психопатов, подчеркивая при этом роль присущих психастеникам опасений, сомнений, страхов. П. Б. Ганнушкин (1933) отмечал большую частоту возникновения сверхценных идей у фанатиков, которых он, так же как и паранояльных психопатов, называл людьми сверхценных идей, отличающихся лишь тем, что их болезненные переживания часто основаны не столько на логических построениях, сколько на вере. От больных паранояльной психопатией в плане развития сверхценных идей фанатиков отличает известное бескорыстие; борьба фанатиков определяется, по их мнению, общими интересами, они не стремятся выдвинуть на первый план свою личность.

www.psychiatry.ru

Сверхценные идеи.

Сверхценными (доминирующими, гиперквантивалентными) считаются чрезвычайно эмоционально заряженные и правдоподобные идеи, не носящие нелепый характер, но имеющие по каким-то причинам огромное значение для пациента. Это ошибочные либо односторонние суждения или группа суждений, которые вследствие своей резкой аффективной окраски получают перевес над всеми остальными идеями и доминируют в течение длительного времени.

Они вытекают обычно из реальных событий, и им придается гиперквантивалентная значимость. Весь строй мыслей и чувств подчинен одной сугубо субъективной идее. Творческие увлечения (особенно в грубо утрированной форме) людей с художественным складом личности несколько напоминают сверхценные идеи.

Примером сверценных идей может быть открытие или изобретение, которому автор придает неоправданно большое значение. Он в категорической форме настаивает на немедленном внедрении его в практику не только в предполагаемой сфере, но и в смежных областях. Несправедливое, по убеждению больного, отношение к его творчеству вызывает ответную реакцию, которая превалирует в его сознании; внутренняя переработка больным ситуации не уменьшает, а, наоборот, усиливает остроту и аффективный заряд переживания. Как правило, это ведет к кверулянтной борьбе (сутяжничеству), предпринимаемой больным с целью восстановления «справедливости».

Пациент, в детстве писавший стихи, одно из которых даже опубликовали в районной газете, начинает считать себя незаурядным, самобытным поэтом, вторым Есениным, которого игнорируют и не печатают из-за зависти и «окружающего недоброжелательства». Вся его жизнь по существу превратилась в цепь последовательных доказательств своей поэтической одаренности. Больной постоянно говорит не о поэзии, а о своем месте в ней, носит как доказательство свое когда-то опубликованное стихотворение и не к месту его декламирует, легко отбрасывает все контраргументы собеседников. Будучи фанатиком своей поэзии, он во всех остальных аспектах жизни выявляет совершенно адекватный стиль существования.

Сверхценными могут быть не только идеи собственной значимости, но и ревности, физического недостатка, сутяжничества, недоброжелательного отношения, материального ущерба, ипохондрической фиксации и т.д.

При благоприятной для пациента ситуации сверхценные идеи постепенно тускнеют, теряют эмоциональную насыщенность (напряженность) и дезактуализируются. Но при неблагоприятном развитии событий, в частности при хронической стрессовой ситуации, сверхценные идеи могут превращаться в бред.

От обсессий сверхценные идеи отличаются отсутствием чувства навязчивости и чуждости, от бреда - тем, что при свехценной идее происходит запоздалое патологическое преобразование естественной реакции на реальные события. Сверхценные идеи часто встречаются при психопатиях (особенно при паранойяльной форме), но они могут формироваться и в структуре психотических состояний.

Позитивные синдромы (синдром сверхценных идей)

Синдром сверхценных идей - состояние, при котором суждения, возникшие вследствие реальных обстоятельств и на основе действительных фактов, приобретают в сознании больного доминирующее, не соответствующее их истинному значению место. Сверхценные идеи сопровождаются выраженным аффективным напряжением. Примером сверхценных образованний может быть «открытие» или «изобретение», которому автор придает неоправданно большое значение. Он настаивает на немедленном внедрении его в практику не только в предполагаемой сфере непосредственного применения, но и в смежных областях. Несправедливое, по убеждению больного, отношение к его творчеству вызывает реакцию, которая приобретает доминирующее значение в его сознании. Внутренняя переработка этих переживаний не уменьшает, а, наоборот усиливает их. Кверулянтская борьба (сутяжничество), предпринимаемая больными с целью восстановления справедливости, наказания обидчиков, безусловного признания «изобретения» («открытия»),- обычное развитие сверхценных идей.

Сверхценные идеи отличаются от бреда толкования (интерпретативного) тем, что в их основе реальные факты и события, а источники интерпретативного бреда - целиком ошибочные, неправильные умозаключения. Сверхценные идеи с течением времени при определенных условиях блекнут и исчезают, а бредовые имеют тенденцию к дальнейшему развитию. В отдельных случаях возможна трансформация сверхценных идей в бредовые. Сверхценные идеи нередко сопутствуют депрессиям и бывают при этом тесно связаны с бредом самообвинения. Больные обвиняют себя в проступке, как правило, незначительном, часто в далеком прошлом. Теперь во мнении больного этот проступок приобретает значение преступления, за которое надлежит понести суровое наказание.

Сверхценные идеи в структуре отдельных болезней. Сверхценные идеи наблюдаются при психопатии, шизофрении, в аффективных фазах маниакально-депрессивного психоза, инволюционной меланхолии.

Менеджмент

Болезненные идеи: навязчивые, сверхценные, бредовые.

Навязчивая идея соотносима с персеверацией. Навязчивая идея это тоже повтор, но она сопровождается рефлексией, переживания чуждости, ненужности. Человек воспринимает это действие как лишнее.

  • Субъективность – всегда свои собственные действия. Человек знает, что он сам их выполняет.
  • Навязчивости непроизвольны. Нарушена произвольность, человек вынужден делать то, чего не хочет.
  • Повторяемость – действия повторяются.
  • Ощущение дискомфорта и комфорта. Нарастает чувство дискомфорта, в связи с необходимостью выполнить какое-то действие (уже в который раз). Может вырасти до уровня овладевающего представления. После «проверки» наступает временное облегчение – чувство комфорта. Бывает связана с конкретными вещами, а бывает общая.
  • Чуждость по отношению к Я. Человеку не хочется это выполнять, он может понимать абсурдность. Противопоставляет себя и свою навязчивость. В большей степени – когда обсессивно-компульсивное расстройство (невроз), в меньшей – когда это в обсессивно-компульсивное расстройство личности (психопатия).
  • Попытки борьбы. Прямая защита – связана по смыслу с содержанием навязчивой идеи. Заражение – мытье рук, кардиофобия – поближе к больнице. Непрямая защита – ритуал. Человек выполняет действия, которые напрямую с навязчивостью не связаны, смысл нам уловить не удается. Иногда даже для самого человека смысл ритуальных действий скрыт. Приметы – не сопровождаются личным ощущением дискомфорта, что он пытается с этим бороться.
  • Характеристика первобытного общества – регламентация всего. Строгая система правил и запретов. Осознавание через запрет. Первоначально это и есть сознательная деятельность – делать не то, что ты хочешь, а что от тебя требует общество. Патологическое стремление к правильности, стремление к предсказуемости.

    Патология мышления может выражаться в таком феномене, как сверхценные идеи - гиперквантивалентные идеи (от лат. hyper - над, сверх + лат. quantum - сколько + valenti - сила) - мысли, возникающие в связи с какими-то действительными фактами или событиями, но приобретающие для человека особую значимость, определяющие все его поведение. Характеризуются большой шоциональной насыщенностью, выраженным эмоциональным подкреплением. Например, человек, действительно пишущий С1ихи и, может быть, удостоившийся за это когда-то похвалы, начинает думать, что он необыкновенный, чрезвычайно талантли-вый, гениальный поэт, и вести себя соответствующим образом. Непризнание же его окружающими он расценивает как происки недоброжелателей, зависть, непонимание и в этом своем убеждении уже не считается ни с какими реальными фактами.

    Такие сверхценные идеи собственной исключительности могут возникать и по поводу других чрезвычайно переоцениваемых способностей: музыкальных, вокальных, писательских. Может переоцениваться и собственная склонность к научной деятельности, изобрета-юльству, реформаторству. Возможны сверхценные идеи физического недостатка, недоброжелательного отношения, сутяжничества.

    Человек, имеющий небольшой косметический недостаток, например слегка оттопыренные уши, считает, что это - трагедия всей а о жизни, что окружающие к нему из-за этого плохо относятся, что псе его неудачи связаны только с этим «уродством». Или человека к го-то действительно обидел, и он после этого ни о чем другом уже не может думать, все его помыслы, все его внимание направлены юлько на это, он уже и в самых безобидных действиях видит только одно - желание ущемить его интересы, вновь задеть его. То же может касаться и сутяжничества (кверулянства - от лат. querulus - жалующийся) - склонности к бесконечным жалобам, рассылаемым во всевозможные инстанции, причем число этих инстанций все возрастает, так как в конечном итоге каждая инстанция (например, |азета, суд и т.д.), куда вначале жаловался такой сутяга, не признавшая его «правоты», сама становится объектом очередной жалобы.

    Сверхценные идеи особенно характерны для психопатических личностей. Бредовые идеи: Наиболее качественно выраженным расстройством мышления является бред. Бредовые идеи (бред) - неправильные умозаключения, ошибочные суждения, ложная убежденность, не соответствующие действительности. От обычных человеческих заблуждений бред отличается следующим: 1) он всегда возникает на болезненной основе, это всегда симптом болезни; 2) человек полностью убежден в достоверности своих ошибочных идей; 3) бред не поддается никакой коррекции, никакому разубеждению со стороны; 4) бредовые убеждения имеют для больного чрезвычайную значимость, так или иначе они влияют на его поведение, определяют его поступки. Просто заблуждающийся человек при настойчивом разубеждении может отказаться от своих заблуждений. Никакими фактическими доказательствами бредового больного разубедить не удастся.

    По клиническому содержанию (по теме бреда) все бредовые идеи с известной долей схематизма можно разделить на три большие группы: 1) бредовые идеи преследования; 2) бредовые идеи величия; 3) бредовые идеи самоуничижения (депрессивный бред).

    Критерии бреда по К. Ясперсу.

    • Субъективная убежденность в своей правоте
    • Невозможность коррекции (человека нельзя переубедить, он не слышит логики и доказательств)
    • Невозможность содержания (несоответствие действительности), но относительно – иногда бред может соответствовать действительности
    • Будет переиначивать любые аргументы так, что они будут только подтверждать его бред.

      Переводит разговор на одну и ту же тему (как к нему плохо относятся коллеги), ставит себя в центр мира (на его работе люди только и думают о том, как бы причинить ему вред), коммуникативная неадекватность (не чувствует собеседника), использует собеседника как инструмент для реализации своих бредовых целей, бредовое поведение (ведом странными идеями на уровне поступков – меняет маршрут, проходит в специальных местах), тенденция к разрастанию бреда (захватывает все больше людей, встраивает их в свой бред), бред начинает совпадать с реальность (поведение других людей вторично обсуловлено эти бредом).

      Сверхценные образования

      В литературе чаще всего используют термин сверхценные идеи (Wernicke, 1892). Этим выражением как бы подчёркивается, что расстройство проявляется когнитивными нарушениями, то есть неадекватными убеждениями, не имеющими достаточных объективных оснований.

      Существуют разные определения расстройства. Приведём здесь несколько из тех, что выявляют основные его признаки с наибольшей, по нашему мнению, отчётливостью.

      П.Б.Ганнушкин (1933) при описании психопатов-параноиков указывает: «Самым характерным свойством параноиков является их склонность к образованию так называемых сверхценных идей, во власти которых они потом оказываются; эти идеи заполняют психику параноика и оказывают доминирующее влияние на всё его поведение. Самой важной такой сверхценной идеей параноика обычно является мысль об особом значении его собственной личности. Соответственно этому основными чертами психики людей с параноическим характером являются очень большой эгоизм, постоянное самодовольство и чрезмерное самомнение. Эти люди крайне узкие и односторонние: вся окружающая действительность имеет для них значение и интерес лишь постольку, поскольку она касается их личности; всё, что не имеет близкого, интимного отношения к его Я, кажется параноику мало заслуживающим внимания, малоинтересным».

      П.Б.Ганнушкин тем самым подчёркивает, что сверхценные идеи, во-первых, свойственны психопатическим личностям паранойяльного типа и индивидам с паранойяльными чертами характера, а во-вторых, тот факт, что наличие таких идей сопровождается обесцениванием или игнорированием значения многих сторон действительности, что, в свою очередь, уродливо искажает восприятие социальной реальности, включая собственную жизнь.

      «Сверхценные идеи , - замечает А.А.Меграбян (1972), - выражают собой комплекс мыслей, доминирующих над всем психическим содержанием сознания больного. Это содержание, вовлекаясь в сферу влияния сверхценной идеи, подчиняется ей и способствует её дальнейшему развитию. Такие идеи формируются под преобладающим воздействием аффективно-кататимных механизмов. Логически обоснованная критика большей частью беспомощна перед ригидно направленной аффективностью и элементами паралогической мысли. В отличие от бреда сверхценные образования не содержат абсолютно неправильных, абсурдных суждений. Нечто иное даёт повод для констатации сверхценной идеи: сомнительной, спорной, оторванной от действительности, неодолимой тенденцией (в сущности, болезненным заблуждением) представляется развитие конкретным лицом применительно к самому себе стойких убеждений в высоком призвании к научной деятельности, к проявлению себя в искусстве, на административном либо политическом поприще или иных сферах жизни. При всей своей ригидности сверхценные идеи иногда всё же поддаются психотерапевтической коррекции. Иногда же границы между ними и паранойяльным бредом стираются». А.А.Меграбян тем самым подчёркивает, что сверхценные убеждения в собственном высоком призвании касаются наиболее престижных сфер общественной жизни. Кроме того, он указывает на роль кататимических комплексов в формировании сверхценных идей, чем сближает последние и паранойяльный бред.

      Как считает К.Ясперс, «сверхценные идеи (uberwertige Ideen) - это убеждения, сильно акцентированные благодаря аффекту, который может быть понят в свете характерологических качеств данной личности и её истории. Под воздействием этого сильного аффекта личность отождествляет себя с идеями, которые в итоге ошибочно принимаются за истинные. В психологическом аспекте упорное нежелание отказываться от сверхценных идей не отличается от научной приверженности истине или страстной политической или этической убеждённости. Различие между этими феноменами состоит только в ложности сверхценных идей. Последние встречаются как у психопатов, так и у здоровых людей; они могут принимать также форму «бреда» - идей изобретательства, ревности, кверулянтства, сутяжничества и т. п. Такие сверхценные идеи следует чётко отличать от бреда в собственном смысле.

      Они представляют собой единичные идеи, развитие которых может быть понято на основе знания о свойствах и ситуации данной личности, тогда как истинные бредовые идеи суть недоступные психологическому пониманию рассеянные продукты кристаллизации неясных бредовых переживаний и диффузных путаных ассоциаций; правильнее было бы считать их симптомами болезненного процесса, который может быть идентифицирован также на основании других источников». К.Ясперс, как видно, особое внимание уделяет личности пациентов со сверхценными идеями, хотя он не описывает её и не даёт её определения. По косвенным признакам можно предположить, что он имеет в виду личность с чрезмерно высокой самооценкой, хотя в то же самое время он как будто допускает возможность развития сверхценных идей и у нормальных индивидов.

      Г.И.Каплан и Б.Дж.Сэдок (1994) представляют очень краткое и не слишком ясное сообщение об этом расстройстве: «Сверхценные идеи: мысли, содержащие и стойко сохраняющие неадекватные утверждения; не так устойчивы, как бредовые идеи». Авторы акцентируют тем самым неадекватность сверхценных утверждений, не поясняя, правда, в чём она состоит. Любопытно, что в своей книге они более нигде не возвращаются к этой теме, и вряд ли это является досадным упущением. Е.Блейлер, например, даже не упоминает о сверхценных идеях, как если бы их клиническое значение было минимальным или весьма относительным. Мнение Г.И.Каплана и Б.Дж.Сэдока в чём-то совпадает с позицией А.В.Снежневского, который указывает, что особенно часто сверхценные идеи наблюдаются при депрессии. Например, какой-то незначительный проступок в сознании таких пациентов вырастает до размеров тягчайшего преступления. Тем самым как бы утверждается, что существует особый класс сверхценных идей, связанных не с личностью, а с аффективными расстройствами - депрессией и манией. По аналогии с бредом такие идеи могли бы именоваться голотимическими сверхценными образованиями. Стоит заметить, что достаточно распространено отождествление сверхценных идей и навязчивостей. Так, в Большом толковом психологическом словаре А.Ребера (2002) автор указывает, что сверхценная идея есть «паттерн мышления, который навязчиво крутится вокруг определённой темы. См. навязчивость».

      В.В.Шостакович (1997) сообщает следующее: «Сверхценные идеи представляют собой тесно связанные с особенностями личности убеждения, которые возникают под влиянием реальной ситуации. Эти мысли логически разработаны и приобретают чрезмерно важное значение в силу большой эмоциональной заряженности. Поэтому они занимают неподобающее место в сознании человека, влияют на его поступки и поведение.

      По содержанию это могут быть идеи ревности, супружеской неверности, которые возникают после какого-либо незначительного события, вызывающего подозрение в измене; сутяжные (кверулянтские) идеи, которые развиваются после реального или мнимого ущемления прав пациента; ипохондрические идеи, обусловленные нетяжёлой болезнью, которую больной без оснований считает крайне опасной, неизлечимой. Сверхценные идеи встречаются в сложных жизненных ситуациях при расстройствах личности, различных вариантах органического поражения головного мозга, шизофрении и некоторых других психических аномалиях и болезнях». Стоит обратить внимание на то, что в развитии сверхценных идей В.В.Шостакович подчёркивает важную роль сложных жизненных ситуаций. Из этого можно вывести предположение о том, что дезактуализация сверхценных идей в принципе возможна, но лишь при радикальной перемене жизненной ситуации пациента, дискредитирующей гипертрофированную самооценку.

      Сверхценными идеями М.Блейхер (1955) называет «суждения или группы суждений, отличающиеся аффективной насыщенностью и носящие стойкий, фиксированный характер. Могут наблюдаться и у психически здоровых (преданность человека какой-либо научной идее, ради торжества которой он готов пренебречь всем остальным) доминирующие идеи (Аменицкий Д.А., 1942; Гуревич М.О., 1949). Принадлежность последних к идеям сверхценным оспаривается. Идеи сверхценные являются патологическими, служат выражением дисгармонической психики и связаны с паралогическим мышлением. Однако доминирующая идея может претерпеть развитие и превратиться в истинную идею сверхценную. Последняя не осознаётся больным в качестве ложной, по мере развития она всё менее поддаётся коррекции. Идеи сверхценные занимают как бы промежуточное положение между навязчивыми и бредовыми». Автор ставит важный вопрос о разграничении сверхценных идей и других феноменов нормальной и болезненной психики, а также о том месте, какое занимает это расстройство в ряду психопатологических феноменов. Тезис о том, что сверхценные идеи занимают как бы промежуточное положение между навязчивостями и бредом, является достаточно спорным.

      Как полагает Р.Тёлле (2002), «сверхценные идеи более чётко отличаются от бреда и стоят ближе к неболезненным переживаниям. Они характеризуются эмоциональной насыщенностью, стойкостью и полной убеждённостью (Баш). У больных отдельные представления сильно охвачены эмоционально и не могут корригироваться противоположными представлениями; из-за этого они встречают враждебность и причиняют ущерб. Сверхценные идеи встречаются во всех областях жизни, но преимущественно в мировоззрении и политике, а также в науке. Они воздействуют на общество через свою способность разрушать контакты, возбуждать и внушать отвращение.

      По содержанию они не полностью ложны, имеют ошибки в форме неполных, содержащих проблемы представлений. То, что эти люди раздражительны и бесцеремонны в достижении цели, вызвано неосознанными мотивами. Сверхценные идеи отличаются от бредовых, но и между ними есть переходы, например кверулянтское асоциальное поведение может перейти в кверулянтский бред в процессе бредового развития». Автор не усматривает принципиального различия между бредом и сверхценными идеями, говоря о переходах между ними. Он как бы стирает грань, отделяющую паранойю, то есть бредовый психоз от параноического развития личности, характеризующегося сверхценными идеями. Р.Телле, как и другие исследователи, не приводит сведений о распространённости сверхценных идей, из чего можно заключить, что в выявлении и идентификации сверхценных идей существуют некоторые проблемы.

      Если сравнить приведённые здесь точки зрения, то можно сделать несколько выводов. Во-первых, авторы не столь единодушны в том, что касается клинических критериев, содержания, границ и актуальности сверхценных идей. Во-вторых, сам термин «сверхценная идея» неполно отражает существо проблемы. В самом деле, пациент может считать важной для себя не только какую-то свою мысль, с равным успехом он может думать то же самое о своих интересах, занятиях, планах или ожиданиях. Было бы, кажется, более точным говорить о сверхценных образованиях, не ограничиваясь исключительно сферой мышления. В-третьих, и это самое существенное, в большинстве приведённых описаний фигурируют указания на неадекватные мысли и некий аффект или эмоциональную насыщенность этих мыслей. Собственно аффекта при этом не бывает, если не считать чрезмерно сильных эмоциональных реакций пациентов в ответ на непонимание или противодействие им со стороны окружающих.

      Дело представляется таким образом, что существуют некие самостоятельные психические сущности, а механические ассоциации между ними и порождают сверхценные идеи. Это атавизм атомистической психологии, и вряд ли кто-то всерьёз его принимает. Следует, вероятно, признать правоту тех исследователей, которые подчёркивают решающую роль личности в развитии сверхценных идей. Не болезненные идеи делают аномальной личность пациента, напротив, сами эти идеи коренятся в его личности, возникая в определённых жизненных ситуациях. И главное в такой личности, как указывает П.Б.Ганнушкин, является аномальная система представлений о ценностях жизни. Если признать эти замечания справедливыми, то определение расстройства могло бы, как нам кажется, выглядеть следующим образом: сверхценными образованиями являются мысли, чувства, интересы и занятия, которым пациент придаёт несоразмерно большое значение в силу стойкого доминирования дефицитарной системы ценностных приоритетов.

      Сверхценные идеи характеризуются четырьмя основными факторами:

        Доминирование в психике: личность и идея сливаются, идея и самостоятельно выработанные правила начинают управлять поведением личности. Следование идее становится доминирующим, остальные потребности просто вытесняются из психики.

        Аффективная насыщенность, «психологическая понятность» идеи и отсутствие окончательной убежденности, те идеи, которые понятны «исходя из переживаний, ситуации и личности больного» (В. М. Морозов, 1934). Эмоции неустойчивы. Личность сама не уверена в своих убеждениях и поэтому постоянно ищет дополнительное подтверждение им.

        Ограничение психологической понятности сверхценных образований отсутствием «нелепого характера» содержания идеи (А. Б. Смулевич, 1972) расширяет понимание и границы сверхценности, нивелируя их самостоятельность . Идеи понятны и объяснимы – это, как правило, реальные факты, которые были гипертрофированы обостренным восприятием личности. Личность может приводить аргументы и теории, хотя часто они смотрятся довольно нелепо, но обладают своей, довольно продуманной, логикой.

        Четвертый признак (отсутствие окончательной убежденности) формулируется в литературе по-разному («колебания в уверенности», «допускаются сомнения», «возможность внесения коррекции», «возможность критического отношения» и др.) . Личности такого склада склонны к философствованию и рассуждению: это дает возможность и надежду на помощь им.

      Сверхценные идеи – это искусственно созданная реальность с множеством лабиринтов. Большинство сверхценных идей – это защита от проблемы выбора, потребности в самостоятельности, страх перед общепризнанными рамками и боязнь быть не таким как все. Иногда это может стать способом бегства от себя, что даже может удаться. Однако следует помнить, что выход из одного лабиринта часто является входом в другой. Интересно также то, что сверхценные идеи часто бывают отражением тени, которая была открыта Карлом Густавом Юнгом. Высокопорядочные люди, склонные к морализированию, часто подавляют агрессию в обществе и выражают ее через поучение других, проявляя агрессию к «инаковерующим».

      Также подозрительность, мнительность и недоверие часто проявляются у людей неуверенных в себе – они проецируют свою неуверенность на других. Однако возможен и противоположный аспект: возможно, человек сам склонен к обсуждению чужих поступков и ждет того же от окружающих.

      Сверхценные идеи – результат совокупности множества факторов и стечений как психологических феноменов, так и индивидуальных свойств человека. Все люди совершенно различны, и каждый относится к определенному психотипу со своими чертами характера. Характерологические черты свойственны всем людям, и в соответствии с ними в определенных жизненных ситуациях могут возникнуть определенные сверхценные идеи. Таким образом, каждому типу личности соответствует определенный тип сверхценных идей. Выделяют такие личностные радикалы – основные пути взаимодействия личности со средой.

      На характер сверхценных идей влияет также ведущий радикал характера.

      Можно выделить такие характерологические радикалы и соответствующие им сверхценные идеи:

      1. Истероидный радикал – личность обладает слабой нервной системой, высокой переключаемостью внимания и интересов. Высокая потребность в признании, склонность к артистизму, ярким и экстравагантным поступкам. Людям такого характера свойственно: стремление во что бы то ни стало обратить на себя внимание окружающих и отсутствие объективной правды как по отношению к другим, так и к самому себе (искажение реальных соотношений) . Ясперс охарактеризовал такое поведение как «стремление казаться больше, чем это на самом деле есть».

      Их эмоциональная жизнь неустойчива, чувства обычно поверхностны, привязанности непрочны и интересы неглубоки и неустойчивы. Вследствие этого они часто «меняют» свои принципы. Они меняются и подстраиваются под окружающую их обстановку, стремясь всякий раз быть теми, кем их хотели бы видеть. В то же время для них жизненно важно быть оригинальными и первыми во всем, и это может провоцировать внутриличностный конфликт. Такие личности не терпят конкуренции и могут страдать патологической ревностью. Причем ревность, скорее, не к любимому человеку, а из-за задетого самолюбия. Они злопамятны к тем, кто был к ним невнимателен или равнодушен. Эмоциональное строение таких личностей обычно инфантильно, поскольку действия легко поддаются сиюминутным порывам, и они сложно переживают травмирующие события. Внешний, реальный мир для человека такого склада приобретает своеобразные, причудливые очертания; объективный критерий для него утрачен или неинтересен, и это часто дает повод окружающим обвинять его (в лучшем случае) во лжи и притворстве.

      Одни события оцениваются для него очень важно и тонко, другие же — остаются незамеченными. Такие личности реагируют не на объективные факты, а на те детали, которые интересны только им.

      Крайне тонко и остро воспринимая одно, личность истероидная оказывается совершенно нечувствительной к другому; добрый, мягкий, даже любящий в одном случае человек обнаруживает полнейшее равнодушие, крайний эгоизм, а иногда и жестокость в другом; гордый и высокомерный, он подчас готов на всевозможные унижения; неуступчивый, упрямый вплоть до негативизма, он становится в иных случаях согласным на все, послушным, готовым подчиниться чему угодно; бессильный и слабый, он проявляет энергию, настойчивость, выносливость в том случае, когда это потребуют от него законы, господствующие в его психике. Эти законы все же существуют, хотя мы их и не знаем, и они нелогичны . Потребность быть в постоянном признании и восхищении может провоцировать сверхценные идеи отношений. Идеи могут заключаться в постоянной демонстрации своих возможностей и качеств. В таком случае человек уверен, что все внимание окружающих приковано к нему, и реагирует соответственно. Второй вариант такой идеи – это всеобщая зависть. Такие идеи провоцируют либо борьбу с мнимыми обидчиками, либо подчеркнутую театральную надменность к людям. Следует отметить, что данному типу характерны аффективные сверхценные идеи, поскольку нервная система неустойчива и выводы сиюминутны. Также они склонны ко лжи: некоторые личности прибегают ко лжи ради эпатажа, другие же могут этого даже не замечать. Это происходит вследствие постоянной театральности, и человек уже перестает отличать миф от реальности. Такие личности даже могут сильно обижаться, когда им перестают верить, поскольку они сами уже искренне верят в только что созданный миф.

      1. Эпилептоидный радикал – обладает постоянным эмоциональным напряжением. Вследствие такого напряжения стремится все контролировать и всем управлять. Характеризуется раздражительностью, вплоть до ярости. Могут присутствовать навязчивые страхи, тоска и т.д. Очень активен, напряженно деятелен, настойчив и даже упрям, в общении – эгоистичен, нетерпелив и крайне нетерпим к мнениям других, резко реагируя на любые возражения. Мышление эпилептоидных радикалов инертно, вязко, новый опыт не воспринимается. Стремятся занимать позицию лидера. Им свойственны такие чувства как: крайняя раздражительность, доходящая до приступов ярости; приступы расстройства настроения (с характером тоски, страха, гнева). Та или другая мысль надолго застревает в их сознании; можно определенно говорить о склонности эпилептоидов к сверхценным идеям. Их аффективная установка почти всегда имеет несколько неприятный оттенок раздражения и неприятия – на фоне таких эмоций развиваются бурные вспышки неудержимого гнева, ведущие к неадекватным действиям. Человек подозрителен, обидчив, мелочно придирчив, склонен к критике. Такие личности, как правило, всегда борются за что-то и против кого-то. Очень важно подчеркнуть чрезвычайно характерную для эпилептоидов склонность к эпизодически развивающимся расстройствам настроения. Отличием от депрессивных состояний всякого другого рода почти всегда является постоянное присутствие в них трех основных компонентов: агрессии, тоски и страха. Подобные расстройства настроения могут продолжаться недолго. Несмотря на всю свою необузданность, люди такого склада остаются людьми очень прямолинейными, целеустремленными, односторонними и неспособными хотя бы на мгновение отрешиться от своих нередко эгоистических целей и интересов, полностью определяющих их всегда очень напряженную деятельность. Их эффективность лишена богатства оттенков и определяется преимущественно постоянно имеющейся у них в наличии агрессивностью и напряжением по отношению к окружающим людям.

      Сверхценные идеи заключаются в постоянной борьбе за свои интересы, потребности и права. Важно отметить, что требования всегда логичны и не терпят ни малейшей критики. Такой человек всегда за что-то борется и всегда четко видит врага – если же его нет, он его придумает.

      1. Паранойяльный тип – характеризуется активностью, стратегическим складом ума. Самым характерным свойством параноиков является их склонность к образованию так называемых сверхценных идей, во власти которых они и оказываются; эти идеи заполняют психику параноика и оказывают доминирующее влияние на все его поведение. Как правило, доминирующей идеей является идея собственной значимости. Основные черты – это преувеличенное самомнение: склонен формировать команды, которыми и руководит. Сфера интересов крайне узка, они фокусируются только на своих интересах, все остальное их просто не интересует. Всех людей они воспринимают или как своих, или как чужих, в зависимости от того, поклоняются им люди или нет. Вся жизнь такого человека строится вокруг его «комплексов», его «сверхценных идей». Как правило, сверхценные идеи и страхи фокусируются на страхе быть «сверженным с трона». Любое несогласие, борьба, препятствия, с которыми они иногда сталкиваются, вызывают у них присущее им чувство недоверия, обидчивости, подозрительности. Всякий, кто общается с параноиком и позволяет себе вести себя, как считает нужным, становится его врагом; другой причиной враждебных отношений является факт непризнания со стороны окружающих дарований и превосходства параноика.

      В борьбе за свои воображаемые права такой человек часто проявляет большую находчивость: очень умело отыскивает себе сторонников, убеждает всех в своей правоте, бескорыстности, справедливости и иной раз, даже вопреки здравому смыслу, выходит победителем из явно безнадежного столкновения, именно благодаря своему упорству и мелочности. Но и потерпев поражение, он не отчаивается, не унывает, не сознает, что он не прав – наоборот, из неудач он черпает силы для дальнейшей борьбы. Сверхценные идеи логичны – такой человек способен увлечь людей за собой ради собственной выгоды.

      Карепова Э.В.

      Сверхценные идеи напоминают лабиринты и зеркала, в которые мы все иногда заглядываем в определенных значимых ситуациях. Каждый человек очень дорожит своими чувствами, здоровьем, репутацией и всем иногда хотелось бы знать, о чем думает собеседник.

      Изначально каждый живет по своему сценарию и у любого есть свои убеждения, которые покажутся странными для другого человека.

      Каждый человек обладает своими сверхценными идеями: для кого-то важен порядок на рабочем столе, а кто-то слишком болезненно реагирует на шутки со стороны друзей и начинает подозревать их в неискренности или агрессии. Все - яд, дело только в дозе; все люди имеют свои сверхценные идеи, но не все умеют с ними жить.

      Сверхценные идеи возникают тогда, когда человек начинает погружаться в переживания такого рода. Если человек обладает природной подозрительностью в общении с людьми, ему может показаться, что он точно знает мысли окружающих и с помощью логического мышлении создаст яркую историю о том, что же именно говорят за его спиной. Люди часто создают мифы, а затем живут в них, даже не подозревая об этом.

      Например, синдром хронического неуспеха: человек внутренне ориентирован на неудачу и интуитивно выбирает наихудший вариант развития событий в собственной жизни. Он как бы программирует судьбу, это случается вследствие внутреннего ощущения безаппеляционной истины (сверхценная идея правоты). Человек точно знает, что мир вращается не в ту сторону, истина существует одна, и он ее постиг.

      Сверхценные идеи по сути своей либо гипертрофированные природные потребности и инстинкты: страхи, убеждения и ценности, которые проецируются во внешний мир, либо слишком острое и болезненное восприятие реальности, которая контрастирует с представлениями человека.

      Сверхценные идеи, возникают вследствие сильных чувств, переживаний и эмоциональных потрясений: чувства обиды, слепой любви и ревности, или вследствие непризнания и борьбы. Также может возникать неадекватное поведение, на фоне интенсивных психических переживаний и в силу большой эмоциональной заряженности.

      Следует определить понятие «сверхценная идея» - глубокое убеждение или чувство, которое человек ценит , которым он дорожит сильно и безоценочно, стремится подтверждать и развивать свою идею.

      Яркая отличительная черта, отличающая сверхценные идеи от бреда или синдрома навязчивых состояний - парадоксальная логичность. Личность, несущая в себе сверхценную идею справедливости, например, становится чрезвычайно осторожной в изложении своих мыслей и постоянно прислушивается к информации, которая поступает. Общаясь, находит, что в самом сообщении или интонации собеседника была неискренность или еще хуже обман, оскорбление или упрек. Важно то, что личность находит вполне рациональные аргументы неправоты собеседника и часто может заставить его чувствовать себя виноватым. Лишь после многократного повторения таких ситуаций присутствие сверхценной идеи становится очевидно для людей, окружающих такого человека.

      Сверхценные идеи - это не только ошибочные, но и односторонние суждения или группы суждений, которые вследствие своей резкой аффективной /чувственной/ окраски начинают доминировать и управлять личностью. Мир как бы делится на черное и белое: то, что совпадает со сверхценной истиной и то, что противоречит ей. Интересно, что сверхценные идеи возникают вследствие потребности личности в них. Это определенный сценарий или план, какой должна быть жизнь, человек сам создает для себя очень жесткие рамки и затем боится заглянуть за пределы, которые были созданы.

      Сверхценные идеи можно классифицировать как сильную защиту от внешней нестабильности жизни. Мир имеет множество красок, оттенков и полутонов, сильные личности видят много оттенков и им это нравится. Чем неустойчивей личность, тем сложнее ей воспринимать разнообразие, оно тревожно и неконтролируемо, а когда сверхценная идея полностью сливается с личностью остается только черное и белое, хорошее и плохое. Формально механизмы мышления при сверхценных идеях не нарушаются, однако логика мышления становится парадоксальной .

      На начальных стадиях формирования сверхценных идей, путем веских логических доводов, нередко с большим трудом, все же удается убедить субъекта в ошибочности его суждения. Однако, после того, как идея поглощает личность, чужие доводы могут быть только ошибочными.

      Сверхценные идеи, как правило, образуются вследствие эмоционального потрясения и взаимодействия со средой. На интенсивность формирования сверхценных идей влияют завышенные ценности. Ценности можно разделить на три основных уровня:

      • завышенные ценности;
      • «акцентуированные» (гиперактуализирующиеся в соответствующих условиях) ценности;
      • ценности-cоответствия общепризнанным нормам.

      По характеру взаимодействия личности со средой различают 3 варианта взаимодействия личности и ситуации, завершившегося образованием синдрома сверхценных идей.

      Первый вариант - завышенные ценности, которые присутствуют на протяжении длительного периода жизни и в определённых ситуациях трансформируются в сверхценные идеи. Ситуации, в которых сверхценные идеи актуализируются, как правило, имеют завышенное значение только для самой личности, окружающим же искренне непонятны причины настолько болезненных реакций.

      К таким личностям относятся в основном глубоко психопатические личности (патологические ревнивцы, «вечные» ипохондрики, «борцы за правду» и другие).

      Поскольку все люди разные, причины их поведения тоже разнообразны. В этой группе так же выделяют подгруппы:

      1. Личности с паранойяльно-завышенными ценностями (постоянные носители гипертрофированных ценностей или сверхценных идей). Болезненно неадекватные оценки (сверхценные идеи) провоцируются сильными потрясениями. Примерами могут быть сверхценные идеи, возникавшие после потери близких, незаслуженных обвинений, выявления имевшегося соматического заболевания и пр. .
      2. Личности с латентно-завышенными ценностями (сверхценности, которые периодически однотипно проявляются). Как правило, это личности с некоторыми психофизиологическими особенностями (конституциональными или приобретёнными к моменту психотравмы) которые способствовали образованию сверхценных идей. Такие люди чрезмерно внушаемы, инфантильны. Травмирующие моменты менее серьезны, чем в предыдущей подгруппе.
      3. Личности с болезненно разросшимися ценностями, привитыми определённой средой. Сверхценная идея проявляется в поддержании уже имеющихся мифов: среды, семейных, культурных и других.

      Личности со сверхценными идеями внутренне дисгармоничны, их ценности дисгармоничны также и в реальном мире таким людям крайне неуютно. Патологические ценности и гипертрофированные оценки, которыми в последующем руководствуется личность, не могут приносить ни желаемых результатов, ни быть приняты обществом.

      Второй вариант - сверхценные идеи являлись результатом взаимодействия личности с легко ранимыми («акцентированными») ценностями и субъективно значимой психотравмой .

      У таких личностей отмечаются отдельные психопатические черты в определенных ситуациях, но всё же они способны строить свою жизнь и контролировать идеи в определенных жизненных ситуациях. Сверхценная идея проявляется лишь при сочетании субъективных ценностей и определенной ситуации. Сверхценные идеи таких личностей, являются следствием эмоционального нарушенного оценивания ситуации.

      Третий вариант - сверхценные идеи вызываются объективно травмирующей ситуацией, своеобразно переработанной человеком до гиперболизированных оценок. Идеи актуализируются при реальной или мнимой угрозе личности. Однажды пережитое сильное эмоциональное потрясение влияет на жизнь, восприятие и поведениe личности в дальнейшем. Любое схожее событие вызывает сильные эмоции.

      Так же важна форма проявления таких идей: выделяют мыслительные и эмоционально-образные сверхценные идеи.

      Первая форма («интерпретативная») характеризуется преимущественно интровертированностью, внутренней напряжённостью и зачастую незримостью доминирования переживаний . Идея устойчива, есть некая канва, шаблон, т.е. сама идея, которая диктует личности, в каком ключе трактовать события - человек же логически позволяет себе в это верить и находит аргументы в пользу своих убеждений. Идея, как правило, целостна, это уже мировоззрение; личность склонна к постоянному анализу и бесконечно находит все новые и новые аргументы для поддержания идеи. Все факты и события тщательно анализируются и классифицируются, логика является основой такой сверхценной идеи. Однако такой анализ далеко не объективен и не имеет практической ценности. Негативная сторона сверхценных идей - шаблонное реагирование, все оценки подгоняются под уже имеющийся шаблон. Однако в данной форме отсутствует завершенность мысли, человек постоянно сомневается и ищет все новые доказательства своей правоты, интерпретируя все события своей жизни и не успевая почувствовать реальность.

      Эмоциональную основу идеи составляет страсть - сильное, устойчивое и длительное чувство, которое, тем не менее, можно логически объяснить или хотя бы охарактеризовать. Поведение, связанное со сверхценной идеей, большей частью стеничное, целеустремлённое, планируемое, незначительные перемены становятся стрессовыми . В отдельных случаях с помощью логических доводов возможно снизить важность идеи.

      Вторая форма («аффективная») отличается ярко проявляющейся напряжённостью переживаний и очевидностью их доминирования . Личность как бы поглощается идеей, и даже не пытается объяснить природу и важность идеи. Подкрепление идеи происходит при помощи воображаемых образов и предположений. Приводимые доводы ситуативны, непостоянны, а порой и противоречивы. Рассуждениями отчётливо управляет «эмоциональная» логика. Аргументами выступают сиюминутные эмоции, чувственные переживания при этом факты учитываются редко или искажаются. Ошибочность и противоречивость ярко проявляются в выводах, каких-либо суждениях. Поскольку ключевым фактором являются эмоции, убеждения весьма неустойчивы, периоды уверенности в истине сменяются неустойчивыми убеждениями, которые провоцируют страхи и ощущение беспомощности, неуверенности и потерянности, затем цикл повторяется.

      Сверхценные идеи нередко переходят в навязчивые идеи. Навязчивыми идеями называются представления и мысли, непроизвольно вторгающиеся в сознание больного, который понимает всю нелепость их и в то же время не может с ними бороться .

      Сверхценные идеи также неотъемлемый компонент синдрома навязчивых состояний. В состав этого синдрома, наряду с навязчивыми мыслями, входят навязчивые страхи (фобии) и навязчивые влечения к действиям.

      Сверхценные идеи нарушают психическое равновесие и создают напряжение, которое личность затем пытается снять с помощью своеобразных ритуалов в форме повторяющихся навязчивых действий. Человек оправдывает необходимость и логичность своей сверхценной идеи и страдает от синдрома навязчивых состояний, которые приносят ему дискомфорт.

      Сверхценные идеи характеризуются четырьмя основными факторами:

      1. Доминирование в психике: личность и идея сливаются, идея и самостоятельно выработанные правила начинают управлять поведением личности. Следование идее становится доминирующим, остальные потребности просто вытесняются из психики.
      2. Аффективная насыщенность, «психологическая понятность» идеи и отсутствие окончательной убеждённости, те идеи, которые понятны «исходя из переживаний, ситуации и личности больного» (В. М. Морозов, 1934). Эмоции неустойчивы. Личность сама неуверенна в своих убеждениях и поэтому постоянно ищет дополнительное подтверждение им.
      3. Ограничение психологической понятности сверхценных образований отсутствием «нелепого характера» содержания идеи (А. Б. Смулевич, 1972) расширяет понимание и границы сверхценности, нивелируя их самостоятельность . Идеи понятны и объяснимы - это, как правило, реальные факты, которые были гипертрофированы обостренным восприятием личности. Личность может приводить аргументы и теории, хотя часто они смотрятся довольно нелепо, но обладают своей довольно продуманной логикой.
      4. Четвёртый признак (отсутствие окончательной убеждённости) формулируется в литературе по-разному («колебания в уверенности», «допускаются сомнения», «возможность внесения коррекции», «возможность критического отношения» и др.) . Личности такого склада склонны к философствованию и рассуждению: это дает возможность и надежду на помощь им.

      Сверхценные идеи - это искусственно созданная реальность с множеством лабиринтов. Большинство сверхценных идей - это защита от проблемы выбора, потребности в самостоятельности, страх перед общепризнанными рамками и боязнь быть не таким как все. Иногда это даже может стать способом бегства от себя, что даже может удасться. Однако следует помнить, что выход из одного лабиринта часто является входом в другой. Интересно так же то, что сверхценные идеи часто бывают отражением тени, которая была открыта Карлом Густавом Юнгом. Высокопорядочные люди, склонные к морализированию, часто подавляют агрессию в обществе и выражают ее через поучение других, проявляя агрессию к «инаковерующим».

      Так же подозрительность, мнительность и недоверие часто проявляются у людей неуверенных в себе - они проецируют свою неуверенность на других. Однако возможен и противоположный аспект: возможно, человек сам склонен к обсуждению чужих поступков и ждет того же от окружающих.

      Сверхценные идеи - результат совокупности множества факторов и стечений как психологических феноменов, так и индивидуальных свойств человека. Все люди совершенно различны и каждый относится к определенному психотипу со своими чертами характера. Характерологические черты свойственны всем людям и в соответствии с ними в определенных жизненных ситуациях могут возникнуть определенные сверхценные идеи. Таким образом, каждому типу личности соответствует определенный тип сверхценных идей. Выделяют такие личностные радикалы - основные пути взаимодействия личности со средой.

      На характер сверхценных идей влияет так же ведущий радикал характера.

      Можно выделить такие характерологические радикалы и соответствующие им сверхценные идеи:

      1. Истероидный радикал - личность обладает слабой нервной системой, высокой переключаемостью внимания и интересов. Высокая потребность в признании, склонность к артистизму, ярким и экстравагантным поступкам. Людям такого характера характерно: стремление во что бы то ни стало обратить на себя внимание окружающих и отсутствие объективной правды как по отношению к другим, так и к самому себе (искажение реальных соотношений) . Ясперс охарактеризовал такое поведение как - «стремление казаться больше, чем это на самом деле есть».

      Их эмоциональная жизнь неустойчива, чувства обычно поверхностны, привязанности непрочны и интересы неглубоки и неустойчивы. Вследствие этого они часто «меняют» свои принципы. Они меняются и подстраиваются под окружающую их обстановку стремясь всякий раз быть теми, кем их хотели бы видеть. В то же время для них жизненно важно быть оригинальными и первыми во всем, и это может провоцировать внутриличностный конфликт. Такие личности не терпят конкуренции и могут страдать патологической ревностью. Причем, ревность скорее не к любимому человеку, а из-за задетого самолюбия. Они злопамятны к тем, кто был к ним невнимателен или равнодушен. Эмоциональное строение таких личностей обычно инфантильно, поскольку действия легко поддаются сиюминутным порывам и они сложно переживают травмирующие события. Внешний, реальный мир для человека такого склада приобретает своеобразные, причудливые очертания; объективный критерий для него утрачен, или неинтересен и это часто дает повод окружающим обвинять его (в лучшем случае) во лжи и притворстве.

      Одни события оцениваются для него очень важно и тонко другие же остаются незамеченными. Такие личности реагируют не на объективные факты, а на те детали, которые интересны только им.

      Крайне тонко и остро воспринимая одно, личность истероидная оказывается совершенно нечувствительной к другому; добрый, мягкий, даже любящий в одном случае человек обнаруживает полнейшее равнодушие, крайний эгоизм, а иногда и жестокость в другом; гордый и высокомерный, он подчас готов на всевозможные унижения; неуступчивый, упрямый вплоть до негативизма, он становится в иных случаях согласным на все, послушным, готовым подчиниться чему угодно; бессильный и слабый, он проявляет энергию, настойчивость, выносливость в том случае, когда это потребуют от него законы, господствующие в его психике. Эти законы все же существуют, хотя мы их и не знаем и они нелогичны .

      Потребность быть в постоянном признании и восхищении может провоцировать сверхценные идеи отношений. Идеи могут заключаться как в постоянной демонстрации своих возможностей и качеств. В таком случае человек уверен, что все внимание окружающих приковано к нему и реагирует соответственно. Второй вариант такой идее - это всеобщая зависть. Такие идеи провоцируют либо борьбу с мнимыми обидчикам либо подчеркнутую театральную надменность к людям. Следует отметить, что данному типу характерны аффективные сверхценные идеи, поскольку нервная система неустойчива и выводы сиюминутны. Так же они склонны ко лжи: некоторые личности прибегают ко лжи ради эпатажа, другие же могут этого даже не замечать. Это происходит вследствие постоянной театральности и человек уже перестает отличать миф от реальности. Такие личности даже могут сильно обижаться когда им перестают верить, поскольку они сами уже искренне верят в только что созданный миф.

      2. Эпилептоидный радикал - обладает постоянным эмоциональным напряжением. Вследствие такого напряжения стремится все контролировать и управлять. Характеризуются раздражительностью, вплоть до ярости. Могут присутствовать навязчивые страхи, тоска и т.д. Очень активны, напряженно деятельны, настойчивы и даже упрямы, в общении - эгоистичны, нетерпеливы и крайне нетерпимы к мнениям других, резко реагируя на любые возражения. Их мышление инертно, вязко, новый опыт не воспринимается. Стремятся занимать позицию лидера. Им свойственны такие чувства как: крайняя раздражительность, доходящая до приступов ярости, во-вторых, приступы расстройства настроения (с характером тоски, страха, гнева).

      Та или другая мысль надолго застревает в их сознании; можно определённо говорить о склонности эпилептоидов к сверхценным идеям. Их аффективная установка почти всегда имеет несколько неприятный оттенок раздражения и неприятия - на фоне таких эмоций развиваются бурные вспышки неудержимого гнева, ведущие к неадекватным действиям. Человек подозрителен, обидчив, мелочно придирчив, склонен к критике. Такие личности, как правило, всегда борятся за что-то и против кого-то. Очень важно подчеркнуть чрезвычайно характерную для эпилептоидов склонность к эпизодически развивающимся расстройствам настроения. Отличием от депрессивных состояний всякого другого рода, почти всегда является постоянное присутствие в них трех основных компонентов: агрессии, тоски и страха. Подобные расстройства настроения могут продолжаться недолго. Несмотря на всю свою необузданность, люди такого склада, остаются людьми очень прямолинейными, целеустремленными, односторонними и неспособными хотя бы на мгновение отрешиться от своих нередко эгоистических целей и интересов, полностью определяющих их в общем всегда очень напряженную деятельность. Их эффективность лишена богатства оттенков и определяется преимущественно постоянно имеющейся у них в наличии агрессивностью и напряжением по отношению к окружающим людям.

      Сверхценные идеи заключаются в постоянной борьбе за свои интересы, потребности и права. Важно отметить, что требования всегда логичны и не терпят ни малейшей критики. Такой человек всегда за что-то борется и всегда четко видит врага - если же его нет, он его придумает.

      3. Паранойяльный тип - характеризуется активностью, стратегическим складом ума. Самым характерным свойством параноиков является их склонность к образованию так называемых сверхценных идей, во власти которых они и оказываются; эти идеи заполняют психику параноика и оказывают доминирующее влияние на все его поведение. Как правило, доминирующей идеей является идея собственной значимости. Основные черты - это преувеличенное самомнение: склонен формировать команды, которыми и руководит. Сфера интересов крайне узка, они фокусируются только на своих интересах, все остальное их просто не интересует. Всех людей они воспринимают или как своих, или как чужих, в зависимости от того, поклоняются им люди или нет. Вся жизнь такого человека строится вокруг его «комплексов», его «сверхценных идей». Как правило, сверхценные идеи и страхи фокусируются на страхе быть «сверженным с трона». Любое несогласие, борьба, препятствия, с которыми они иногда сталкиваются, вызывают у них присущее им чувство недоверия, обидчивости, подозрительности. Всякий, кто общается с параноиком и позволяет себе вести себя, как считает нужным, становится его врагом; другой причиной враждебных отношений является факт непризнания со стороны окружающих дарований и превосходства параноика.

      В борьбе за свои воображаемые права такой человек часто проявляет большую находчивость: очень умело отыскивает себе сторонников, убеждает всех в своей правоте, бескорыстности, справедливости и иной раз, даже вопреки здравому смыслу, выходит победителем из явно безнадёжного столкновения, именно благодаря своему упорству и мелочности. Но и потерпев поражение, он не отчаивается, не унывает, не сознает, что он не прав - наоборот, из неудач он черпает силы для дальнейшей борьбы. Сверхценные идеи логичны - такой человек способен увлечь людей за собой ради собственной выгоды.

      4. Эмотивный радикал - наименее подвержен сверхценным идеям, поскольку психика такого человека очень подвижна. Любое незначительное событие увлекает его. Склонен, к пространственному мышлению. Чаще всего это веселые, открытые и даже простодушные люди. Эмоциональная переключаемость выражается в том, что малейшая неприятность омрачает их душевное расположение и приводит их в глубокое уныние, хотя и ненадолго, новая информация в корне меняет настроение. Хотя их настроение не меняется без причины, поводы могут быть чрезвычайно незначительны. На эмотива может действовать и дурная погода, и резко сказанное слово, и воспоминание о каком-нибудь печальном событии, и т.д.

      Они обыкновенно прекрасно уживаются в создаваемых другими рамках хорошо налаженной жизни, но зато чрезвычайно быстро теряются в условиях, требующих находчивости и решительности, очень легко давая патологические реакции на неприятные переживания, хотя сколько-нибудь выводящие их из душевного равновесия . Важно отметить, что несмотря на легкость переключения внимания такие личности все же глубоко и тяжело переживают сильные эмоциональные потрясения. На фоне посттравматических состояний (катастрофы, аварии, потери близких и т.д.) также могут возникать сверхценные идеи.

      5. Шизоидный радикал - творческие и оригинальные личности со своеобразным мышлением. При общении с таким человеком часто возникает ощущение, что он либо знает какую-то тайну или просто живет в каком-то другом мире и просто без особого интереса присутствует в этой реальности. Оригинальность и аналитический склад мышления заставляет личность постоянно анализировать внешние факторы, собственные переживания и их взаимодействие. Такие личности склонны к формированию далеко идущих выводов, правил, они живут в соответствии со своим оригинальным порядком.

      Личности, обладающие ведущим шизоидным радикалом живут, пребывают в мире собственных идей и это благоприятная почва для формирования сверхценных образований. Им свойственны специфические идеи отношений. Личности с такими идеями склонны воспринимать все, что происходит в контексте отношения к себе. Любые совпадения воспринимаются как знак свыше имеющий к нему непосредственное отношения. Им свойственна аутистическая оторванность от внешнего, реального мира , отсутствие внутренней гармонии в психике и причудливая парадоксальность эмоциональной жизни и поведения. Поведение таких людей трудно понять, так как они редко раскрываются и описывают свои чувства. Таким личностям чрезвычайно трудно понять чувства и эмоции других людей. У них присутствует тонкое эстетическое чувство: они как правило принципиальны в общечеловеческих вопросах, также они могут проявлять эмоции в своем воображении, но понять реальные чувства реальных людей, в конкретный момент времени свыше их возможностей. Их эмоциональная жизнь вообще имеет очень сложное строение: естественные эмоции проходят психике необычный и сложный путь. Эмоция должна преодолеть целый ряд внутренних противодействий. Самые простые душевные движения причудливо взаимодействуют и с воспоминаниями и ассоциациями прошлого и надеждами на будущее, - все они сплетаются в причудливый узор переживаний.

      Личность, будучи отчужденной от действительности, в то же время находится в постоянном и непримиримом внутреннем конфликте с самим собой. В поведении таких людей обращают на себя внимание непоследовательность и недостаточность связи между отдельными импульсами. Им сложно находится в общепризнанных рамках. Данным персонажам так же свойственна «аристократическая» сдержанность, а то и просто чопорность - и это не прихоть, в некоторых случаях это выработанное в течении жизни умение, защита и средство держать других людей на расстоянии во избежание разочарований, которые. неизбежны при близком общении. Это люди крайностей, не знающие середины - «все или ничего, они недоверчивы и подозрительны, они склонны к преувеличениям, в своих симпатиях и антипатиях большей частью проявляют капризную избирательность и чрезмерную пристрастность.

      6. Гипертимный радикал - люди обладающие данным радикалам, как правило, в хорошем настроении подвижны и часто весьма одарены. Они обладают, гибким мышлением их психика многосторонняя. Часто душевно добры и отзывчивы. Это люди, быстро откликающиеся на все новое, энергичные и предприимчивые. К сожалению, у каждой медали две стороны: внешний блеск сливается с большой поверхностью и неустойчивостью интересов, которые не позволяют вниманию надолго задерживаться на одном и том же предмете, общительность переходит в чрезмерную болтливость, в работе им не хватает терпения, они склонны к построению воздушных замков. Так же их общение крайне неустойчиво - их обещаниям нельзя верить. Многие из них авторитарны и не приемлят противоречия их сиюминутным желаниям Многие сильно себя переоценивают. Остроумны, но часто пользуются своим умом задевая окружающих.

      В жизни гипертимов возможны блестящие взлеты (хотя в деловых вопросах эти люди крайне ненадежны) и резкие падения, которые, впрочем, легко переносятся; гипертимы остаются находчивыми и изобретательными в любых затруднительных положениях. Их сверхценные идеи ситуативны, аффективны, и, как правило имея, яркую эмоциональную окраску, не провоцируют болезненных переживаний, а скорее имеют характер навязчивой идеи, впрочем и она доминирует в психике недолго. Группа сравнительно невинных болтунов при наличии более резко выраженного самомнения и некоторой раздражительности образуют естественный переход к другой, значительно более неприятной, разновидности описываемого типа, к так называемым «спорщикам». Это люди, которые все знают лучше других, чрезвычайно не любят слушать и особенно не терпят возражений, вызывающих у некоторых из них неудержимые гневные вспышки. Переоценивая свое значение, они склонны предъявлять совершенно неосуществимые притязания, а встречая непризнание и противодействие, легко вступают на путь упорной борьбы за свои мнимые права. В этой борьбе они обыкновенно не останавливаются ни перед чем под влиянием эмоций. Однако, с новыми эмоциями могут прийти и совершенно новые идеи.

      7. Тревожный радикал - характеризуется наибольшим спектром сверхценных идей. К ним можно отнести и ипохондрические переживания связанные со здоровьем и мнительные переживания о том, что про них думают окружающие, страх ответственности и попросту страх принятия себя. Таким личностям трудно себя проявлять и отстаивать свое мнение.

      Такие люди, как правило, постоянно чем-то расстроены, озабочены чем-то, жизнь кажется бессмысленной, во всем они отыскивают только мрачные стороны. Их прирожденный пессимизм способен омрачить любое событие. Они просто не способны радоваться событиям так как постоянно помнят о том что все конечно и о трудностях которые предстоят, прошлое же доставляет только угрызения совести по поводу действительных или мнимых ошибок, сделанных ими. Чрезвычайно осторожны. Они чрезвычайно чувствительны ко всяким неприятностям, кроме того, какое-то неопределённое чувство тяжести на сердце, сопровождаемое тревожным ожиданием несчастья, преследует постоянно многих из них. Некоторые опасаются будущего, другие же не могут отпустить прошлое. Такие люди часто мысленно возвращаются к давно ушедшим и незначительным для большинства людей других типов событиям и винят себя в них.

      Постоянное чувство вины и самобичевание приводит к крайней подозрительности. Соответственно, им часто кажется, что окружающие относятся к ним с презрением, смотрят на них свысока. Это заставляет их сторониться других людей, замыкаться в себе. Иной раз они настолько погружаются в свои самобичевания, что совсем перестают интересоваться окружающей действительностью, делаются к ней равнодушными и безразличными . Вечно угрюмые, мрачные, недовольные и малоразговорчивые, они невольно отталкивают от себя даже сочувствующих им лиц. Однако, если все же удается создать теплую и сочувствующую атмосферу то они могут стать приветливыми и отзывчивыми. К сожалению, такие люди неспособны находится в таком состоянии продолжительное время. Оставив веселое общество, они снова принимаются за мучительное копание в своих душевных ранах.

      Наиболее характерны для них сверхценные идеи, связанные с подозрением окружающих в обсуждении его персоны, страх перед будущим, как таковым, склонность интерпретировать все происходящее в наихудшем свете., Иногда подчас они стремятся изменить и даже сверхкомпенсировать свою «неполноценность», причем именно в тех сферах жизни (например, в общении), неудачи в которых переживаются ими особенно остро.

      Какими бы не были идеи, они всегда изменяют и начинают управлять личностью. Можно предположить, что внутренняя свобода дает определенный иммунитет от формирования сверхценных идей - разумеется, данное утверждение не относится к реальным психотравмирующим событиям. Чтобы не погрязнуть в однотипных убеждениях, можно использовать технику А. Адлера для развития всестороннего мышления. Для этого не нужно много усилий - стоит лишь вспомнить какое-либо событие или диалог и придумать, как можно больше противоположных вариантов причин, почему все было именно так, а не иначе. Это упражнение интересно тем, что открывает совершенно новые взгляды на обыденные вещи. Чем разнообразнее становится жизнь, чем больше вариантов позволит себе увидеть человек, тем меньше для него будут значить идеи абсолютной истины в противоречии.

      Литература:

      1. Брагин Р. Б. Психопатологические формы сверхценных идей // Краткие тезисы докладов Тамбовской областной научно-практической конференции психиатров. - Тамбов, 1977. - С. 62–63.)
      2. Брагин Р. Б. О механизмах образования сверхценных идей // Неврология и психиатрия: Республиканский межведомственный сборник. - Киев: Здоров’я, 1972. - Вып. 2. - С. 175–178.
      3. Брагин Р. Б. К взаимоотношению сверхценных и бредовых идей // Тезисы научной конференции, посвящённой 100-летию со дня рождения профессора Петра Борисовича Ганнушкина (29–30 июня 1975 г.). - М., 1975. - С. 121–123.
      4. psylist.net
      5. Ганнушкин,«Избранные труды». typelab.ru

      © Э.В. Карепова , 2009 г.
      © Публикуется с любезного разрешения автора

      Психология человека слишком причудливо и сложно устроена для того, чтобы никогда не давать сбоев. Иногда он становится носителем навязчивых мыслей, избавиться от которых невероятно сложно. Специалисты называют их не иначе, как идея фикс – преобладание одного суждения над всеми другими в сочетании с искажением объективной реальности.

      Идея фикс - что это значит?

      Самое живучее и опасное нарушение – одержимость. Ее невозможно прогнать из головы никакими тренингами или беседами с психологом. Идея фикс, или идефикс может именоваться как сверхценная или навязчивая идея. Этот термин означает проявление механизма формирования важного для личности убеждения в чем-то настолько высокого уровня, что все противостоящее ей активно отрицается, даже если оно очевидно. Она крутится в голове и затмевает все остальные мысли, акцентируя внимание лишь на объекте одержимости.

      Таковым может быть:

      • достижение какой-либо цели в карьере;
      • приобретение определенной ценности – материальной или духовной;
      • внимание любимого человека, не отвечающего взаимностью;
      • подавление одного из свойств характера или внешности.

      Сверхценные идеи - виды

      Навязчивым суждениям удается получить контроль над остальными мыслями и переживаниями. Они сопровождаются повышенной тревожностью, мнительностью, нервозностью. Сверхценная идея - это не только идея фикс, но и любое параноидальное или чрезмерно аффективно насыщенное суждение. Преданность ей заставляет личность пренебречь всем остальными – бытовыми интересами и общением с близкими людьми. Психологи считают многообразными сверхценные идеи - их виды можно условно разделить на следующие:

      • идеи ревности;
      • ипохондрические представления о мнимой болезни;
      • кверулянтское стремление постоянно бороться за нарушенные права;
      • фанатичные мании;
      • одержимость созданием революционного изобретения;
      • переоценка собственного таланта.

      Сверхценные идеи ревности

      То, что именуется маниакальным синдромом собственничества, не имеет обоснования и редко подтверждается реальными фактами. Бред ревности как идефикс возникает не по вине объекта, а по причине психического или депрессивного расстройства у его носителя. Он может быть симптомом шизофрении или клинических приступов агрессии, но всегда сопровождается гормональными нарушениями или повышенной половой конституцией. Ему характерны основные признаки, среди которых:

      • подозрение в измене как идея фикс;
      • обвинения в категорической форме;
      • повышенная говорливость;
      • нежелание признавать наличие повышенной ревности;
      • нелогичное мышление с ложной системой доказательств.

      Бред величия

      Если идеи ревности сужают круг интересов человека, то мания величия расширяет его. Мегаломанный бред словно раздвигает границы личности, преувеличивая ее восприятие богатства, умственных и физических способностей, популярности, внешней привлекательности или влиятельности. Сверхценная идея величия концентрирует человека на его исключительной полезности для общества. Его поступки, разговоры и мечты направляются на доказательство существования этой неповторимости. Когда во главу угла ставится своя личность, идефикс – это проявляется симптомами:

      • энергичность и повышенная активность;
      • отсутствие чувства усталости;
      • быстрые смены настроения;
      • невероятно ;
      • болезненное восприятие критики;
      • попытки нейтрализации всех оппонентов.

      Бред преследования

      Один из самых распространенных человеческих страхов – боязнь оказаться жертвой. Персекуторный бред или мания преследования – ничем не оправданное убеждение в преследовании с целью нанести вред, доставить моральное унижение или похитить. Маниакальная идея вызывает самоизоляцию, приступы истерики, недоверчивость. Больной постоянно уходит от воображаемой слежки: пересаживается с одного вида транспорта на другой, часто меняет место работы и никого не приглашает в гости. Бред преследования сопровождает ряд заболеваний:

      • параноидная шизофрения;
      • параноидный синдром;
      • старческий склероз;
      • реактивная и алкогольная паранойя.

      Бред самоуничтожения

      Часть людей, склонных к одержимым состояниям, не придают собственной личности повышенную значимость, как при мании таланта или преследования, а уничижают ее. В этом случае идея фикс – это депрессивный бред клинического больного, убежденного в весомости незначительных ошибок, греховности всех убеждений или стремлений. Больной бредом самоуничтожения уверен, что:

      1. Он все и всегда делает не так . Сначала он производит впечатление банального неудачника, а потом становится ясно, что он слишком зацикливается на огрехах и не может переступить через них, чтобы двигаться по жизни дальше.
      2. Своими действиями он наносит непоправимый вред . Он верит в виновность перед государством, семьей и коллегами, поэтому отдаляется от них, становится скрытным.
      3. Он должен понести наказание в виде смерти . Это самое жизнеопасный, но самый характерный признак бреда самоуничтожения. Нарушение психики ведет к суицидальным мыслям, а затем и к попыткам свести счеты с жизнью.

      Сверхценные идеи - психиатрия

      Психология подтверждает, что грань между однонаправленностью и зацикленностью грань настолько тонка, что большинство людей даже не способны самостоятельно определить у себя первые симптомы заболевания. Зацикленный на идее фикс человек начинает вредить себе и окружающим, когда мысль застревает в сознании и превращается в «мыслительную жвачку». Справиться с этим состоянием можно такими методами:

      1. Подбор успокоительных препаратов . С этим заболеванием не справиться разговорами с психологами, зато взять под контроль проблему могут антидепрессанты и релаксанты.
      2. Упражнения по самоконтролю . Йога и дыхательные техники учат обретению контроля над разумом в короткие сроки, что пригодиться при сильных приступах навязчивых мыслей.
      3. Трудотерапия . Интенсивная рабочая деятельность, увлечение любимым делом отвлекают от негатива и улучшают сон, вытесняя фактор свободного времени на осмысление сверхценного бреда.
    Рассказать друзьям