Статистика теста "Школьные шалости ". Школьные шалости

💖 Нравится? Поделись с друзьями ссылкой

Школьные годы. Многим они запомнились своим беззаботным, лишенным проблем временем. Смотря сейчас на нынешних школьников, на их компьютерно-телефонное времяпровождение, я с ностальгическим трепетом вспоминаю школьные шалости. Не все они были невинными детскими шалостями, но не до такой степени, чтобы нас показывали по телевизору в криминальных новостях.

Помнится, однажды в классе восьмом или девятом, в честь какого-то праздника одноклассник принес полный портфель конфет. Сели мы с ним за последней партой, дал я ему тетрадку, ибо у него ничего, кроме этих самых конфет, в портфеле не оказалось. Ну, в общем, урок литературы, мы грызем конфеты, радуемся жизни и пишем каждый в свою тетрадь по очереди по одному предложению с доски. Пред нами сидел парень, звали его Алексеем. Повернулся он к нам еще в самом начале урока, ничего не писал, и к средине урока выпросил у моего соседа по парте конфету. Тот дал ему какой-то леденец, с горем пополам найдя его в ворохе шоколадных конфет. После чего я улучил момент и привязал ногу Алексея к стулу шнурком от его же ботинка. Ближе к концу урока вся эта тусовка на задней парте учительнице надоела и она с видом палача подошла к нам. Проверив наши с обладателем портфеля конфет тетради и узрев в них писанину, она обратила свой грозный взор на чистую тетрадь Алексея.

Реакция последовала незамедлительно: - Алексей, к доске! Тот встал, шаркнул привязанным к ноге стулом, сел обратно и попытался что-то сказать в свое оправдание. Но, видимо, переволновался и вместо внятных слов изо рта вылетел леденец, запрыгав по парте со звонким "тук-тук-тук". Алексей предпринял безуспешную попытку его поймать, после чего я сквозь смех выдавил одно лишь слово - "привязанный". Учительница посмотрела на меня с недоумением и абсолютно искренне поинтересовалась: - Кто? Конфета или Алексей?

Таких историй было немало, некоторые носили вовсе не невинный характер. Однажды мы всё с тем же другом, который принес конфеты (звали его, кстати, Сергей), высыпали из сигареты табак и забили сигарету серой со спичек. Не полностью, где-то на одну четверть, ровно по средине. На тот момент класса на два младше нас в школе учился паренек, который всегда у всех стрелял сигареты. Курить ходили за школьный туалет, который находился метрах в стах от школы. В общем, пришли на перемене за туалет, тут и паренек этот подошел.

Дали ему эту сигарету. Закурил он, стоит, курит. Мы наблюдаем. Так уж получилось, что сера зажглась в тот момент, когда он подносил сигарету ко рту. Вопль, бросок остатка сигареты в сторону и отборные маты. Сказать, что на нас парень обиделся - ничего не сказать. Никаких повреждений он не получил, а вот курить бросил.

Были и игры на переменах. Однажды в начале учебного года одноклассник принес в школу серебряную монету весом этак грамм в 25-30. Тяжелую, большую монету, которую тут же приспособили для игры, суть которой состояла в том, чтобы как можно точнее большим пальцем бросить её вскользь по поверхности парты и попасть в поставленный на втором конце парты кулак противника. Буквально через неделю вся мужская половина класса ходила со сбитыми костяшками на руках, а некоторые с вывихом большого пальца. Вот такая была раньше учеба в школе, тогда не было компьютеров, мобильных телефонов и виртуальных игр. Мы играли в реальные игры, получали реальные травмы, но были счастливы.

Школьный хулиган - хрестоматийный образ прошлого, воспетый литературой и «Ералашем», но реальность изменилась, и школьные шалости тоже. «Большая деревня» отправилась на поиски новых беспредельщиков в начальную школу: выяснили, как школьники относятся к хулиганам, как проказничают сами и ждут ли первое сентября.

Егор Жеглов

Четвертый класс

Мои любимые предметы в школе - карандаш и ручка. Или вы не про это? А, тогда математика, она пригодится в жизни, особенно, если хочешь стать бухгалтером. Я, правда, хотел бы быть баскетболистом.

А вот русский я не люблю, там все очень сложно, приходится много писать. По нему мне даже поставили тройку в четверти. Мама, когда узнала, вроде не расстроилась. Иногда я скучаю на уроке, и чтобы отвлечься, делаю домик из карандашей. Записки не передаю: этим занимаются девочки, и их за это наказывают.

Мне запрещают ругаться матом, но я знаю несколько слов, говорю их нелегально. Я не списываю и даже не дерусь, но иногда сдаю других. Бывает, что мои одноклассники засоряют туалет, бросают туда бумагу, чтобы все сломалось и нас отпустили с уроков. Когда меня спрашивали, я называл их фамилии, чтобы меня не заподозрили.

У нас в классе не ловит интернет, но как-то раз мы взломали школьный Wi-Fi и специально часто отпрашивались выйти, чтобы посидеть там вконтакте. Приходилось быть настороже: увидит тебя одноклассник с телефоном и скажет - «Ага, я все знаю и расскажу учительнице», приходится отвечать, что тоже расскажешь про него, если что.

Моя мечта - поменять выходные с рабочей неделей: чтобы мы два дня учились и пять отдыхали. Но совсем школу закрывать нельзя, без нее мы совсем поглупеем.

Артем Кожакин

Третий класс

Я считаю, что все хулиганы в будущем становятся дворниками. У меня как раз есть два таких одноклассника: они обзываются матом, дерутся, ставят девочкам подножки. Я не верю, что если ты учишься на двойки и тройки, бьешь кого-то, то потом сможешь заработать себе на дом и машину.

У меня самого поведение хорошее, но однажды я подрался. К нам начал приставать семиклассник, подошел и говорит: «Давай деньги». А я же настырный, денег не дал и говорю, проси прощения, ну, он не стал извиняться. Мы подрались, а на следующий день он приходил в класс, извинялся, слезы по ляжкам текли. Пришлось разбираться с классной руководительницей, но после этого меня больше ни за что не ругали.

На перемене мы с ребятами играем в футбол маленьким мячом и делаем подкаты - разбегаемся и проезжаем по полу на коленях. Нам, правда, разрешают кататься только в узком коридоре для начальной школы, но когда учительница не видит, мы идем в большой, где ходят старшеклассники. Вообще, я бы поменял в школе полы: в классе нормальный, а в коридоре ужас, практически не скользит.

Больше всего в школе мне нравится физкультура, а вот математика, чтение и окружающий мир даются труднее. Самый нелюбимый предмет - ИЗО, там приходится рисовать, как в детском саду - елочку, Деда Мороза. Я бы лучше рисовал военную технику: танки, вертолеты. Когда урок совсем скучный, я стараюсь держаться - сижу, слушаю, иногда тихонько рисую звездочки на пенале.

Одежда: «Центр школьной формы»

А, вспомнил еще, за что меня ругали. У нас в школе форма, а я пришел в кроссовках и черных джинсах, которые подарила сестра. Я знал, что так нельзя, но в туфлях страшно неудобно и ноги потеют. Меня заметили и с тех пор приходилось одеваться строго.

Ася Шилкина
и Ксюша Полянских

Второй класс

Ася: Мы учимся вместе и всегда ведем себя примерно: под нашим классом находится кабинет директора, и всех, кто плохо учится, отводят туда. Даже не знаю, что там происходит, наверное, хулиганов сильно ругают.

Одежда на Ксюше: «Центр школьной формы»

Одежда на Асе: «Центр школьной формы»

Ксюша: Меня тоже однажды чуть не отвели. Я как-то раз забыла спортивную форму на физкультуру и очень испугалась - думаю, ну все. Плакала сильно. Но вышло так, что урок отменили - это было такое облегчение! И еще я как-то раз опоздала на чтение, думала, это конец, но учительница меня простила.

Ася: Мы совсем не хулиганки, и тех, кто озорует, боимся. Хулиган ведь в глаз может ударить или еще куда.

Ксюша: Не верю, чтобы хулиганы после школы могли чего-то добиться. Тут главное за ум вовремя взяться, классе во втором, не позже.

Вика Клынина

Первый класс

Я только закончила подготовку и в этом году пойду в первый класс. В моей группе был один мальчик, который постоянно безобразничал, и за это учительница ставила его в угол. Он даже не расстроился, а вот его родители, наверное, очень. Это правильно, что его наказали.

Сама я всегда слушаю учителя. Те, кто учится на пятерки, вырастают хорошими, а безобразников может боженька наказать, он ведь все видит.

Даже у тех, кого в детстве годы обзывали ботанами, наверняка в памяти есть истории о школьных шалостях. А у звезд таких моментов было, конечно, не один и не два — многим из них с детства хотелось быть в центре внимания . Перед началом нового учебного года известные люди вместе с «Клео» вернулись в детство и вспомнили о своих школьных проделках. И так, школьная жизнь звезд.

Вадим Галыгин, шоумен:

— У меня было светлое пионерское детство. Я хорошо помню эти времена и даже помню первое правило октябрят до сих пор. В пятом классе, когда я был председателем совета отряда, во время сбора актива дружины друг предложил мою кандидатуру на «должность» председателя совета дружины. Посовещались и единогласно меня утвердили. И вот тут я начал отрываться: в мои обязанности входило принимать школьников в пионеры. Я хорошо помню, как ко мне приходили девочки с такими уже обозначенными бюстами , причем все они были старше меня. У меня для них была заготовлена парочка каверзных вопросов.

Я делал каменное лицо и, смотря на них в упор, спрашивал: «Назови мне имена и отчества членов политбюро ЦК КПСС». Не все, кстати, проходили это испытание. Мы потом с друзьями веселились над этим.

Александр Олешко, актер:

— Первого сентября в первом классе сразу же потерялся на линейке. По традиции на первом звонке меня с колокольчиком подхватили на руки старшеклассники и куда-то понесли. А отнесли меня в совершенно не в тот класс. Тогда никто ничего не понял. А я подумал: «Странная вещь, эта школа. Мне нравится, что в школе носят на руках. Но где уроки? Не понимаю…» Посмотрев на меня, учительница спросила:
— Мальчик, ты кто? И откуда?
— Я Саша. Я в школу пришел…
Потом меня минут тридцать водили по разным классам, пока мы не наткнулись в коридоре на моих заплаканных маму и бабушку. Тогда я сделал для себя первый главный вывод: я никогда, ни в какой жизненной ситуации не потеряюсь. Второй вывод я сделал на первом в жизни уроке. Это был «урок мира». Нам раздали буквари. А на первой странице была изображена Красная площадь. Именно тогда я понял, что буду жить в Москве.

Валерия, певица:

— Я была самой примерной ученицей в классе: добросовестно выученные уроки, золотая медаль... Таких, как я, называют положительными до тошноты. Но повеселиться я всегда любила. Самым запоминающимся школьным днем стал выпускной. Мы с классом организовали такой своеобразный капустник. Собрались в актовом зале и сделали пародию на учителей. Каждому выпускнику досталась роль какого-либо преподавателя. Некоторых мы весьма неоднозначно изобразили, и я переживала, что кто-то может и не понять юмора. Но все смеялись. А после инсценировки мы устроили нашим учителям диктант. Кто как мог, так и написал.

Забавно было то, что многие написали диктант с ошибками. Но в тот вечер мы всем поставили пятерки. А те преподаватели, которые не допустили ни единой ошибки , получили пятерки с плюсом.

Анфиса Чехова, телеведущая:

— Я не очень-то любила школу. Да и учителя меня невзлюбили за мой нрав. Я никогда не слушалась, шалости какие-то делала, по их мнению. У меня в дневнике даже однажды была отметка «Ломала стену в коридоре». Хотя все было совсем не так. В холле нашей школы поставили фанерную перегородку, чтобы дети не бегали на переменах. Поначалу было скучно, но потом мы обнаружили, что через фанеру можно перестукиваться. А преподавательнице показалось, что я бью по перегородке ногами. Она посчитала, что я «ломаю стену». Потом от родителей досталось…

Вообще у меня в школе все было не спокойно. Даже школьный выпускной , и тот не удался. Я пришла в красивом платье, с прической, макияжем, в общем расфуфырилась. И что я вижу? У одной девочки из параллельного класса точно такое же платье, как у меня.

Пришлось срочно переодеться в то, что было. Нацепила на себя какие-то нелепые штаны, шляпу, в общем, наряд был, мягко говоря, ужасный. Кстати, зато после этого вечера я больше никогда не надевала штаны.

Маркус Евгеньевич Авелов - мужчина сорока лет, сын обрусевшей немки и сурового горного славянина. В восемнадцать он воевал не то в чечене, не то ещё на каком-то фронте, по праву заслужил погоны с двумя полосками вдоль и звёздами полковника ВДВ. После уже - контузия и принудительная скорая отставка на гражданку. Однако жить на пенсию солдата Авелов не собирался. Встретив бывшего одноклассника, он взвесил за и против и устроился работать в школу, где когда-то сам учился. Учителем ОБЖ. Конечно, не ради наживы - жить можно в любых условиях, даже на пенсию отставного военного (а у полковника она всё же не в три копейки). А ради общения. Просто чтобы не «стухнуть» в жизни обычного человека.
Тот самый друг Маркуса - Олег Иммануилович Пайве - преподавал историю в той же школе. Судя по всему, история является у учеников одним из лучших предметов: можно выспаться, а препод не обращает внимание и продолжает занудным голосом вести рассказ о внутренней политике Дании или каких-то африканских войнах из-за воды. Что поделать - Олег всегда был занудой.
Очередной учебный день остановился ради обеденного перерыва. Маркус присел за преподавательский стол рядом с товарищем. Олег пил чай с салатом. Бывший военный развалился рядом и начал орудовать ложкой, щедро зачерпывая борщ.
После выпитого чайника Маркуса неожиданно потянуло на довольно странные разговоры. В частности он начал слегка поддевать друга по поводу одной... довольно личной темы. В частности, о школьном медике, Романе Эдуардовиче, которого сам Маркус называет «Ромашка». Почти каждый ученик в школе шипперит медика и историка, ничуть не смущаясь подкидывать Олегу Иммануиловичу проблем своими шуточками и переговорами на уроках. Впрочем, особо приставучих историк оставляет после уроков и повторяет тему ещё раз, внимательно следя за пополнением конспекта «жизненно важной» информацией. И, разумеется, после таких мер ни один ученик не превышает допустимую норму подколов и отвлечённости (слушать занудного препода ещё сорок минут похуже пыток будет).
Учитель ОБЖ, которому «исторический овертайм» не грозил, наслаждался своей властью. Его шуточки уже порядком надоели Олегу, но он молчал со строгим видом. Историк знал коллегу с детства и понимал, что затыкать Маркуса в той же степени бесполезно в равной степени как и останавливать поезд телом.
- Слушай, Оля,- с усмешкой подкалывал друга Маркус.- Тебе не кажется, что на твоём столе не хватает цветов? Думаю, ромашка там не повредит.
Проходивший мимо медик смерил бывшего десантника строгим взглядом и с серьёзным выражением лица поправил роговые очки на переносице.
- Я бы попросил...- начал Роман таким тоном, будто разговаривал с ребёнком,- Но полагаю, что обезьяну если и можно научить прыгать с парашютом, то уж вежливости не научишь никогда. А вы, Олег Иммануилович,- на сей раз взгляд коснулся покрасневшего до самых корней каштановых волос историка.- лучше бы воздержались от общения с этим субъектом. Бешенство заразно, это я вам как врач говорю.
Историк отвёл взгляд и прикрыл лицо бледной ладонью. Он уже чувствовал, что после этого замечания ему точно не удержать друга от неуместных насмешек и подколов. Которые не замедлили посыпаться на его голову, стоило Роману уйти.
- Олег Иммануилович,- передразнил медика военный,- Олег Иммануилович, не выходите из дома без шарфа и тёплых калош. Олег Иммануилович, не ешьте мороженое, сначала разогрейте его в микроволновке,- полунемец едва не сплюнул.- Противно. Он тебя за мужика не считает. Сюсюкается, как с ребёнком.
Историк тяжело перевёл дух. Нужно было расслабиться и дышать спокойно. И, разумеется, отшить бывшего десантника. Только вот как?
Проблему опять решил медик, которому уже надоело слушать глупые шутки и терпеть вечную ухмылку aka «ебальник-кирпич».
- Вы из-за одиночества своего беситесь, вот и всё!- победоносно заявил Роман Эдуардович, бросая вызов.
Глаза бывшего полковника едва ли не полезли на лоб. Такой наглости он не ожидал ни от кого вообще, а от Ромашки в принципе. На самом деле медик мог быть хамоватым, особенно если в этом есть необходимость. Здесь же необходимость была.
- Это я-то с одиночества бешусь?- едва подавляя бурю в сердце, поинтересовался Мегатрон.
- А кто?- Олег неожиданно перевёл огонь на себя, в очередной раз доказывая, что он всё же мужчина, а не существо условно-мужского пола.- Не я же! Признай, Марк, у тебя никого нет.
- И что?- невозмутимо фыркнул учитель ОБЖ.- Я и не обязан за «голубками» бегать. У нас в десантуре знаешь что с такими делают?
Историк пожал плечами. Вообще он служил, но на земле, в «охранке» - охранял архивы. Очень даже помогло в дальнейшем.
- Ну кто тебя просит ухаживать за мужчиной, Марк?- спросил он весьма добрым голосом.- У нас в школе и жещины есть.
Полунемец покраснел и замялся. Женщины... Да, женщины в их школе были: буфетчица, чья кандидатура отшивается сразу (замужем), физручка, трудовичка и техничка. Не считая, конечно, учениц.
Рассмотр кандидаток, пожалуй, можно было бы начать с учительницы физкультуры. Арина Семёновна - молодая спортивная женщина с высшим разрядом по боксу среди женщин и короткими русыми волосами. Вполне милая барышня, но вот с мужчинами ей не везёт: первый - Тимоша - налетел на группу наркоманов с ножами, а второй - Кирилл - на мотоцикле слетел с обрыва. Из-за этого небесно-голубые глаза преподши стали серо-голубыми, будто мёртвыми, а улыбка навсегда исчезла с губ. Нет, с этой «царевной несмеяной» точно луше не начинать - потом можно переехать. На кладбище. На ПМЖ.
Второй вариант - трудовичка. Эвелина Родионовна Паукова - бледнолицая черноглазая стерва. Помимо основного заработка увлекается оккультизмом, вуду и по слухам убила кого-то, но тело слишком хорошо спрятала. К своим тридцати восьми встречалась уже с десятью разными парнями, которые таинственно погибали после разрыва. Это причина, по которой трудовичку за глаза называют «чёрная вдова» («чёрная невеста»). Кроме своих азиатских корней и разведения пауков имеет ещё пару странностей... В общем, весьма жуткая дамочка в стиле готического романа.
Третьей претенденткой была школьная техничка - Степанида Ростиславовна Керимченко. Ещё одна бледнолицая барышня из готического романа, но на сей раз - обесцвеченная кареглазая блондинка, вопреки стереотипам о школьных уборщицах, стройная и с хорошо сидящей формой. Именно её в школе боялись все, даже самые отбитые на голову школьные хулиганы. Костлявая ручонка Степаниды Ростиславовны кидает тряпку на сто метров в движущуюся цель и попадает со снайперской точностью.
- Ну так что?- прервал его размышления Олег.- Ты за или как? Не струсил?
Вообще, на слабо берут только школьники друг друга. Однако некоторым мужчинам не суждено выйти из возраста, когда детство играет в одном месте.
- Нет, конечно,- беззаботно отозвался Маркус. Лучше всего было согласиться, а то какой из него мужик?- Разумеется, я могу. Хоть сейчас приглашу кого-нибудь на свидание! А что, кто-то сомневается?
Олег Иммануилович протянул товарищу руку. Маркус усмехнулся, плюнул на свою ладонь (как это делали в детстве, а кто так не делал, того считали девчонкой) и пожал руку историка. Роман вздохнул и отвёл взгляд, мысленно пообещав себе поговорить с Олегом, когда они останутся наедине, а то ишь чего удумал: руку в слюнях пожимать! Мало ли какая гадость у этого немца в организме, можно ведь ещё и заразиться какой-нибудь бациллой от этого мужлана! Медик даже приготовил влажные салфетки, чтобы продизенфицировать руку историка сразу же.
- Ты уже решил, кого пригласишь на свидание?- спросил Олег у друга.
- Полагаю, Степаниду Ростиславовну.

Найти техничку было не так уж сложно. Степанида Ростиславовна как правило либо отмывала коридоры, либо проводила время у кого-либо из учителей, причём предпочтение отдавала молодому биологу - Николаю Казимировичу. На сей раз она вновь сидела у обаятельного мужчины и пила растворимый кофе из огромной чашки, когда Маркус зашёл в кабинет.
- Добрый денёчек, Степанида Ростиславовна. Прекрасно выгллядите,- улыбнулся препод.
Женщина слабо улыбнулась тонкими губами и поправила светлые волосы.
- Вы тоже хорошо выглядите сегодня, Маркус Евгеньевич,- в миндалевидных карих глазах технички блеснул странный огонёк.
- Николай, вы не против, если я украду вашу собеседницу на пару минуток?- елейно-вежливо спросил бывший военный. На самом деле это означало «сейчас мы выйдем, а ты, шпанюк, если вздумаешь подслушивать, лишишься рёбер».
Биолог немедленно закивал. Связываться с десантником, который на полметра выше и вдвое сильнее, а уж тем более возражать ему? Нет, Николай Казимирович ещё из ума не выжил.
- Конечно-конечно,- ответил он, поправляя медно-рыжие волосы.- Я ничуть не возражаю.

- Ну? К вам или ко мне?- Степанида Ростиславовна спросила это таким спокойным тоном, будто этот вопрос был рутинным для неё.
Даже для довольно прямолинейного служаки этот вопрос показался немного резким. Маркус не привык к тому, чтобы женщина на первом же свидании ложилась с ним в постель, хотя втайне мечтал об этом. Девушка, которая сама просит и не ломается - приятный сюрприз для учителя ОБЖ.
- Похоже, у меня не выйдет,- извиняющимся тоном ответил мужчина.- Я пустил пожить одного товарища, а у него есть дурацкая привычка заходить не вовремя и туда, куда не надо.
Вопреки всем опасением, Степанида Ростиславовна не обиделась, только смутилась. На её бледном, будто никогда не видевшем яркого солнца, лице проступил багровый румянец.
- Ну, можем ко мне...- промямлила она, враз растеряв свой боевой запал.
Маркус усмехнулся и обнял техничку за тонкую талию. Она прильнула к его плечу и даже перестала дрожать (хотя холодно ей почти всегда).

Как оказалось, жила Степанида Ростиславовна небогато, в уютной маленькой двушке неподалёку от школы и совершенно одна. Хотя, не сказать чтобы «жила», скорее «переодически существовала».
Проходя по узенькому коридору, Маркус не смог не отметить многочисленные дипломы и пару кубков. Как выяснилось, в юности его новая пассия увлекалась танцами и хотела стать балериной, но не срослось. Вернее не срослось, а не вправилось - правая нога после вывиха так и не оправилась. Теперь-то стало ясно, почему женщина в свои тридцать с чем-то заметно хромала.
Выпив для приличия пару чашек чая, Маркус уже предложил перейти к более тесному общению. Степанида вздохнула и согласилась. Она попросила бывшего десантника подождать в спальне, а сама ретировалась в ванную.
Комната выглядела какой-то странной. Что-то в ней было не женского, должно быть слишком небрежно перекинутые через спинку стула джинсы или маленький флакон мужского одеколона среди баночек и бутылочек с косметикой. В любом случае, Маркусу всё больше начинало казаться, что что-то здесь не так, даже в этой идеально заправленной постели.
- Что-то не так, Марко?- раздался неожиданно не женоподобный, слегка хрипловатый голос с порога.
Бывший полковник обернулся и увидел свою новую «барышню» в неожиданно тёмном халате. Халат был мужским. Как ни странно, Степаниде шло.
- Да нет, просто задумался,- отозвался тот.- Кстати, почему ты не взяла резинку? Ещё залетишь.
Женщина села на кровать. Тяжёлый халат слегка присполз, оголяя костлявое покатое плечо и лёгкую впадинку, плавно превращающую плечо в начало изящной шеи.
- Нам не понадобится,- глухо заметила техничка.- Можешь поверить, я не залечу.
- Противозачаточные?- спросил Маркус, которого такая беспечность удивила.
- Нет,- необычайно сухо обрезала женщина и передёрнула другим плечом так, что халат сполз, оголяя спину до лопаток.
- А-а-а...- расстроенно протянул обж-шник.- Болеешь, что ли?
- Можно и так сказать,- плечи технички неожиданно синхронно вздрогнули.
Маркус быстро снял с себя вконец опротивевший пиджак, расстегнул пуговицы на рубашке и скинул её следом. Умелым движением пальцев разобрался с чёрным ремнём (пряжка в своём роде эксклюзивная) и стянул брюки. Из одежды на бывшем полковнике остались лишь трусы цветом армейского камуфляжа.
Степанида вздохнула и стряхнула халат с себя. Взгляду бывшего полковника предстала мертвенно-бледная спина, тонкая кожа, обтягивающая кости, анатомическое пособие вен и артерий... Чёрт возьми, всё же жуткое зрелище. И... Чёрный лифчик, скрывающий одну из главных женских прелестей.
Бледные тонкие пальцы сомкнулись на застёжке и сделали какое-то почти невидимое движение. Бюстгальтер с очень странным звуком расстегнулся и будто отпал от тела, ничем не удерживаемый. Степанида обернулась к своему кавалеру. Маркус застыл в шоке.
У неё не было груди. ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ВООБЩЕ НИКАКОЙ! Только два маленьких бледных соска. Наверное, у несчастной проблемы с гормонами или же проблема в недоедании...
- Всё ещё хотите со мной переспать?- спросила техничка всё тем же неженским голосом.
Маркус кивнул. Да, он всё ещё хотел эту чёртову техничку. Хотел за томный взгляд, за изящное тело - просто хотел страстью похотливого самца. Загорелые пальцы потянулись к краю чёрных трусиков и без колебаний стянули вниз. Готовый вырваться похотливый стон превратился в сдавленный хрип.
- Твоюжмать...- нечленораздельно буркнул Маркус, мгновенно отдёрнув руки.
Наваждение как рукой сняло. Маркус мог понять всё, даже отсутствие груди. Но не это. У неё, чёрт возьми, был член. Она, чёрт возьми, не она, а он.
- Ты чё, мужик?- ошалело спросил бывший десантник.
- Я пыталась объяснить...- вздохнула Степанида.- Вернее, пытался. Но вы же косых намёков не понимаете.
- Грёбаный педик...
Маркус всё ещё сидел на кровати, тяжело дыша и размышляя, что теперь делать. Вообще, он понимал, что лучше уйти. В конце концов, лучше не связываться с такими типами. Но всё же любопытство оказалось сильнее.
- Ну? И как тебя звать-то?
- С-сте...- парень пытался выдавить длинное имя сквозь слёзы.
Маркус жёстко хлопнул его по спине. Кости под тонкой кожей дрогнули и даже будто звякнули.
- Ври да не завирайся. Степанида, блин... Ты по паспорту кто?
Парень задрожал ещё сильнее. Лопатки задёргались, руки нервно вцепились в свои же предплечья. Видок у парня был не лучший.
- Славик,- наконец выдавил он, чувствуя себя обречённым.
Ответ Маркусу не понравился. «Славик»... Почему у этих уродов даже имена такие же?
- Конкретно,- грубо приказал бывший полковник.- «Славик» это неопределённо. Изяслав, Вячеслав, Ростислав, Ярослав или Станислав?
- Стасик...- прошептал парень пости что одними губами, но, увидев сердитое лицо Маркуса, немедленно исправился.- Станислав Ростиславович Керимченко.
Маркус смерил Славика взглядом. Невысокий, костлявый, наверняка анорексик. Грудь впалая, руки-ноги похожи на длинные и тонкие палки. Пальцы - сегментированные иглы. Ступни чуть-чуть расшлпанные. Со стороны кажется, что парень - будущее пособие по физиологии человека.
Ещё больше поражало лицо. Большие карие глаза, опушённые белесыми ресницами, тонкие брови, изящный вздёрнутый носик. И в то же время по-мужски отсутствующие губы и форма лица как у голодного партизана. В общем, бесполое какое-то существо, прямо гермафродит. Вроде бы на бабу похож, но в то же время всё равно проглядывают мужские черты.
- Паспорт покажи, а то мало ли кто ты на самом деле,- мрачно буркнул бывший полковник.
Степанида, а уже точнее Станислав Ростиславович подошёл к тумбочке и вытащил оттуда что-то. Вскоре перед ясными очами обж-шника предстали два удостоверения личности: одно - Станислава Ростиславовича Керимченко, другое - Степаниды Ростиславовны. Разницы на фотографиях почти не было за исключением причёски и макияжа. Опытный глаз легко найдёт сходства в лицах и докажет, что изображён один и тот же человек.
- Ну и как это называется?- спросил полковник.- Кто ты вообще, с двумя-то паспортами?
- Трансгендер,- тихо ответил Станислав. Увидев чужой недоумённый взгляд, юноша вздохнул.- Это очень долгая история.
- Как видишь, я не тороплюсь.
Парень вздохнул.
- Ну что же. Ты сам согласился. Итак, эта история началась давно...

Когда Станиславу не было и года, его отец женился. Мать умерла при родах, а потому воспитывала его мачеха, сорокалетняя Тамара, довольно строгая и жестокая женщина, сделавшая из ребёнка игрушку. Нет, она не запирала мальчика в подвале и не морила его голодом - пасынок ни в чём не нуждался. Она поступила ещё хуже: «извратила» его сущность. С трёх лет Станислав знал, каково это: ходить в сарафанчике, сидеть по полчаса, пока мама вплетает в твои волосы ленточки и как жмут новые туфельки. Отец же был слишком занят, чтобы обращать внимание на родного сына, так что выбора не было - мальчик был в полной власти мачехи.
Проблемы начались, когда Станислав начал ходить в школу. Другие дети его не приняли и гнобили. Доставалось по полной и от старшеклассников, и даже от учителей: одна из них, принципиальная до невозможного, даже запретила мальчику появляться на её уроках в «таком омерзительном виде», при этом ставила это как прогулы. Когда об этом прознала мачеха, она немедленно прибежала разбираться. Её громогласные возмущения были слышны в радиусе двухсот метров от школы. Тем не менее, вернувшись из школы, она схватила Станислава за руку и повела в магазин - покупать рубашку, пиджак и брюки (но всё равно отдала в балет).
Где-то класса до девятого всё было нормально. Станислав ходил в костюме, как все мальчики и ничем не отличался, кроме разве что непривычно примерного поведения.
Идиллия окончилась внезапно. В один прекрасный день Станислав, на тот момент уже шестнадцатилетний подросток, вернулся из школы каким-то не таким. Сначала отец долго недоумевал, откуда у его сына одежда явно женского кроя, а потом выяснилось, что одежду эту парень взял из шкафа мачехи, выбрав то, что поменьше размером. Вот тогда-то мальчику влетело по полной. Отец был в ярости, и это мягко сказано.
Когда Тамара вернулась, она немедленно узнала о произошедшем и пришла утешать пасынка. Заодно она «любопытства ради» поинтересовалась:
- Зачем ты оделся как женщина, если это не нравится другим?
- Мне так спокойнее,- ответил парень, вытирая слёзы.- Я чувствую, что мне удобно. Я знаю, что мне хорошо, что мне идёт. Мне нравится, как я выгляжу.
Женщина только довольно усмехнулась.
Последний скандал в их семье случился два года после, когда Станислав сказал, что хочет получить паспорт на женское имя. Отец разорался и выгнал парня из дома. Упираться юноша не стал, собрал все вещи и ушёл. А паспорт он выправил себе позже...


Когда Станислав-Степанида окончил свой рассказ, Маркус точно понял, что ему понадобится хоть что-нибудь крепкое. Чёрт возьми, ему излили душу, пусть даже и такую.
- Вот так и живу,- грустно закончил Станислав.- С отцом так и не помирились. Он умер десять лет назад.
Маркус выдохнул. Правая рука сама собой потянулась к лицу.
- Значит, трансвестит,- коротко заметил он.- Точно не гей?
- Не знаю, мне как-то никто не нравится,- ответил парень, откинув белесую прядь.- Я просто люблю одеваться как женщина, вести себя как женщина, но это значит, что я сплю с мужиками.
- А моё приглашение тогда чего принял?- настороженно спросил Маркус.
- Захотелось и принял,- мрачно ответил тот,- А теперь оставьте меня одного.- раздался весьма слышный всхлип и шмыганье.

Когда на следующее утро начались уроки, ученики начали по-тихому перешёптываться. По старшим классам потекла сплетня, что у технички роман с суровым преподом ОБЖ. Уже вскоре этот слух дошёл до учительской.
Олег спустился на первый этаж и зашёл в кабинет к другу. И поздравить и признать, что был не прав.
- Ну, что же, Маркус, я тебя хочу поздравить. Похоже, у тебя теперь появилась девушка...- начал пафосную речь историк.
Бывший полковник усмехнулся. Видеть эту пафосную морду казалось таким забавным.
- Вообще-то, не девушку,- строго заметил он.
Васильково-синие глаза Олега Иммануиловича стали бездонными. Неужели всё нет? Неужели их главное радио в виде девятиклассницы Леночки Копронской дало ложную информацию? Боже, как неловко.
- Я обрёл нечто большее,- добавил Маркус, выдержав эффектную паузу.- Славка, выходи.
Из подсобки юркой тенью появился тот, кого Олег ещё в пятницу назвал бы Степанидой Ростиславовной. На деле же это оказался молодой человек со стройной фигурой, но при этом всё же сильно отличный от девушек. На нём были джинсы и клетчатая рубашка, явно великоватая: рукава закатаны, подол подоткнут и завёрнут под края. Но всё же сомнений нет - перед ним Степанида Ростиславовна во всей своей красе. И от неё несло мужским одеколоном.
- Я искал девушку, а нашёл его,- спокойно продолжил Маркус.- Кстати, Оленька, лучше познакомься нормально. Это - Станислав Ростиславович Керимченко. Так что не ты один с Ромашкой кувыркаешься.
Сидящие под дверью шипперши тихо начали орать - наконец-то их главное ОТП нашло подтверждение.
«Степанида» улыбнулся своими тонкими, почти отсутствующими губами и изящно присел в красивом реверансе.
- Можно просто «Славик».
Визг сидящих под дверью шипперов-старшеклассниц почти разнёс все окна в школе.

- (Твоё имя), вытри, пожалуйста, доску перед уходом, - бросила тебе напоследок учительница, собрав в охапку журнал и тетради с домашними заданиями. - И не забудь потом закрыть кабинет.

Расплывшись- в слабой, наполненной гордостью за себя, улыбке, с которой ты проводила молодую женщину, чьим доверием ты заручилась, как самая образцовая ученица, ты неторопливо встала с гладкой парты. В пустующем классе, с которого со звонкам высыпались, как бисер, нанизанный на тонкую нить, остались только вы с Нимурой. Юноша несколько подозрительно медлил с уходом: изображал из себя типичного зубрилу, который со всей скрупулёзностью складывает учебники к учебникам, а тетради аккуратно раскладывает по отсекам портфеля, чтобы они не помялись, и со всей своей черепашьей неторопливостью и невинной улыбкой походил на праведного монаха, который терпеливо ожидал божественного просвящения на алтаре. Изредка, когда ты с мнительностью засматривалась на него, он беззастенчиво отвечал тебе прямым взглядом и слащавой улыбкой, от которой хотелось залиться краской: не то от возмущения, не то от неловкости. Ты стушевалась, опустив брови в напускной сердитости, и, молниеносно развернувшись на пятках, с расправленными плечами направилась к доске, намереваясь взять с подставки для мела тряпицу.

Она сухая, - сложив руки на парте, как примерный студент, запоздало оповестил тебя Фурута со сладкой улыбкой до ушей, когда ты уже с разочарованием и недоумением отстранила руку от вещи - она ведь была недавно мокрой, ты точно помнила. Направила короткий взгляд на парня; похоже, здесь не обошлось без его вмешательства. - Стоит смочить её. Ты же не хочешь оставить разводы на доске и расстроить учительницу, (Твоё имя)-чан? - поинтересовался он, дразня тебя и пошатывая твоё равновесие, которое как раз становилось хрупким с его присутствием.

На минуту ваши взгляды перекрестились: его - смеющийся, хитрый, как у опытного лиса, искушённого в садизме, и твой - гневный, с сузившимися веками, оглядывающий его с ног до головы, как сканер, в поисках опасности внутри него. Он оставался чересчур спокойным, стойко вынося твой буравящий взор, и его бесспристрастие отразилось на твоих губах кривым оскалом. Гадёныш умел строить из себя ангела, ни разу не вступившего по своей осмотрительности на раскалённую тропу греха, поэтому оставалось только поверить ему - доказательств-то не было.

Спасибо за подсказку, "Сэр Очевидность", - иронично кинула ты, придав своему выражению надменно-презритель- - ных черт, и, не глядя на него, выдвинулась из класса в уборную комнату, чтобы увлажнить тряпку. Всё это время ты чувствовала на своей спине внимательный взгляд Нимуры, который прожёг в тебе дырку.

Промыв под краном с холодной водой ткань, впитавшую в себя всю влагу, ты неспешно возвращалась в класс, надеясь уже не увидеть там надоедливого одноклассника. Так оно и было - класс пустовал, но на доске белым по тёмно-зелёному появилась нецензурная брань в адрес вашей учительницы. "И к чему он это вообще сделал?" - раздражённо хмыкнула ты, надвигаясь к ней с намерением очистить. Но, как только ты взметнула руку, за спиной послышался осуждающий цокот и недовольный стук каблуков. Ты остолбенела, в горле пересохла, а зрачки расширились под адреналином. Медленно-медленно, страшась встретиться с глазами учительницы, ты повернула голову и морально упала в вязкую грязь. Фурута, строящий из себя святого, сложил в руки в замок и качал головой со снисходительной ухмылкой, а женщина рядом с ним испепеляла твою персону гневным взором.

И как ты это объяснишь, (Твоё имя)? - спросила предельно холодным тоном она, от которого у тебя всё внутри застыло и покрылось морозной коркой.

Я... мне... - потеряв дар речи, ты какое-то время беспомощно хватала ртом воздух, пугливо трепеща от мерного постукивания туфлей, которое уже раздавалось у тебя покарёженным эхом в голове, останавливая раз за разом сердце. - Это не я... - жалобно пропищала твоя персона; и звучало это так жалко, так тихо, так сломленно неуверенно, что просто не оставалось сомнений, что это было твоих рук дело, и сейчас, придавленная буквально к стенке осознанием своей вины, ты тушевалась и ждала жестокого приговора.

Ты разочаровала меня, (Твоё имя), - обрушился на тебя леденящий душу и кровь строгий голос женщины. - Неплохо было бы отвести тебя к директору, но так как ты являешься способной ученицей, подающей большие надежды, отделаешься моим личным наказанием. Вычистишь этот класс до блеска под чутким присмотром Нимуры. Если ты попытаешься избежать обязанностей, он доложит мне об этом и тогда разговор будет другим. Поняла?

Чётко слыша его внутреннее глумливое хихиканье над тобой, ты просверлила брюнета ненавистным взглядом, на что он лишь продолжил миролюбиво улыбаться. Сломанная, как кукла, оглушённая и обезличенная - такой ты себя чувствовала под властью Нимуры.

Поняла... - вымученно выдавила ты на одном дыхании, словно спустив предсмертный вздох перед главной частью казни - отрубанием головы.

Нимура, рассчитываю на тебя, - перед уходом добавила учительница, задержав на тебя пристальный взгляд, словно силой мысли пытаясь приказать тебе начать уборку; с усталым вздохом, чтобы убедить её в своём послушании, ты начала покорно протирать белый подоконник, который под налётом пыли казался местами грязно-серым.

Я не подведу Вас, Мико-сенсей! - с радостной улыбкой торжественно поклялся Фурута, шутливо отдав честь женщине, на что та кивнула и удалилась из класса, оставив вас наедине.

Напряжение,- как температура в знойное лето, нарастала с каждой секундой. Ты тёрла подоконник хаотично, нервно и яростно, чуть ли не проделывая дыры в массивном дереве. Даже больше не слыша знакомого цокота каблуков, тебе не стало легче и ты не желала оборачиваться назад на Нимуру, который уже успел очутиться за твоей спиной, точно призрак. Мерзкая улыбка не спешила сойти с его утончённого лица местного школьного идола.

Чем же тебе так не угодила наша милая учительница, (Твоё имя)-чан? - начал игриво он, разыгрывая дурацкий спектакль. - Мне казалось, ты слепо влюблена в неё, но первое впечатление бывает обманчиво.

Ну хватит! - наплевав на всё и поддавшись эмоциям, прошипела ты, небрежно бросив тряпку на подоконник. - Кончай играть в свой погорелый театр! Может, ты и обманул своей невинностью всю школу, но только не меня. Я знаю, какой ты отвратительный тип, поэтому со мной этот трюк не прокатит. Можешь прямо сейчас снять свою клоунскую маску и показать своё истинное лицо. Мне будет интересно послушать, почему ты подставил меня.

Фурута не торопился обнажать перед тобой душу, поэтому продолжал исполнять свою роль.

Ну, кто-то ведь должен был убрать наш грязный кабинет, - он медленно приблизился к тебе с боковой стороны и заглянул тебе за плечо, разворот которого частично закрывал обзор на центр подоконника. Он добавил с ехидной улыбкой человека, которй радовался поражению своего оппонента: - Ты, кстати, пропустила пятно.

Я тебя сейчас превращу в пятно! - рявкнула ты, изрядно устав от его лицемерия, и демонстративно сжала кулаки, намекая о своей готовности атаковать.

Божечки! - Фурута отскочил в сторону, изобразив на лице гримасу ужаса, и приложил ладонь к открытому рту, как девица, напуганная крохотной мышкой. - Не пугай меня так, (Твоё имя)-чан! Я и не знал, что ты можешь быть такой грозной!

Ты удручённо закатила глаза, на миг успокоившись; его идиотское поведение раздражало и одновременно предательски веселило, вопреки бушевавшей злости. Но виду изменений в себе ты не подавала.

Заканчивай, - прохладно отчеканила ты, от безысходности вернувшись к протиранию мебели. - Я уже давно не верю в твои игры. Дурачь кого-нибудь другого.

Брюнет по-лисьи сощурил глаза, словно анализируя твоё поведение, - стоит ли ему раскрывать прямо сейчас все карты или ещё следует оттянуть момент неизбежности, - а затем и вовсе сменился в лице, принимая окончательное решение: взгляд приобрёл толику лукавства, губы растянулись в какой-то самодовольно-пошлой- - улыбке, зрачки вызывающе поблёскивали азартом, а поза, в которой он стоял, стала более расслабленной, раскрепощённой, как у местных популярных баскетболистов, уверенно пользующихся своей привлекательностью.- - Пай-мальчик, у коротого только что обсохло молоко на губах, превратился в нахального плейбоя, знающего толк в откровенных равзлечениях.

Но, согласись, из меня вышел прекрасный актёр, раз никто не засомневался в ангеле в моём лице. Даже твоя любимая учительница повелась на мою уловку, как последняя младшеклассница, - приторно проговорил он, растягивая слова, как песню.

Жаль, что она не слышит сейчас твоих слов, иначе бы ты уже давно полетел к директору и тогда бы мои глаза отдохнули от {censored} вроде тебя, - тяжело вздохнула ты, надавив тряпицей на твёрдую поверхность подоконника под накалом раздавленных нерв. - На её месте я бы ещё избила тебя прутьями, как в старые добрые времена.

О, даже так? - сыто ухмыльнулся он. - Мне нравятся дерзкие девушки, но доминировать я люблю больше.

Мне плевать, - безэмоционально отмахиваешь ты, при этом чувствуя, как кровь в жилах предательски закипает от его слов; да ещё и этот чёртов томный тон, с которым только об интимностях и говори, доводя до предела. Он явно издевается! Но и ты так просто не сдашься.

На твои слова Фурута нахально рассмеялся, демонстрируя нелепость твоих слов и неверие твоей фразе.

Я бы посмотрел, с каким безразличием ты стонала бы подо мной.

Что? - ты обернулась, встретившись с самоуверенным взглядом брюнета, который уселся на стул напротив тебя. Он широко расставил ноги и, оценивающе разглядывая твой силуэт с заднего ракурса, опустил ладонь ниже живота, устроив её на ширинке штанов. Ты нервозно сглотнула, чувствуя страшный жар внутри себя, и поспешила отвернуться. - Значит, под маской хорошего мальчика скрывается извращенец, любящий садомазо? - отшутилась ты, чтобы хоть как-то подавить прилив необъяснимого волнения.

Не сказал бы, что люблю его, но такую строптивицу, как ты, могу укротить и причинить тебе приятную боль, - сладко пролепетал молодой человек. - И чего же я сразу извращенец? Просто положил на тебя глаз.

Он был всё это время на мне? - иронично протянула ты, попутно пытаясь унять бешеное сердцебиение от его пикантных предложений, и с демонстративной пренебрежительность- - ю отряхнула школьную форму. - Мне чужой глаз, особенно твой, не нужен. Надо будет сдать одежду в химчистку. На две недели.

Чтоб ты знала, я мою их каждый день, так что тебе не о чём беспокоиться, - отшутился и он тоже, не теряя оптимистичный настрой.

Ты же за Камиширо бегал, на неё и клади свои органы, - перевела ты тему, вдруг вспомнив о своей неосознанной ревности, которую ты не смогла унять.

Ну, вкусы меняются, как видишь, - уклончиво ответил парень, чуть пожимая плечами. - Всё равно Ризе, кажется, не против отдаться старику Вашу, который не сводит с неё похотливого взгляда. Я уже ничего не могу поделать с её предпочтениями.

Заме- тив, что брюнет заметно помрачнел, ты ощутила, как в груди шевелится что-то неприятное и ядовитое. Тебе захотелось поскорее закрыть тему с Ризе, которая смогла так быстро поменять его настроение. Уж лучше видеть его чёртову ухмылку, чем наблюдать за печалью, зная, что виновницей тому ненавистная тебе одноклассница.

Займись-ка лучше полезным делом и принеси мне ведро с водой, раз уж ты не хочешь уходить. И тогда, быть может, я буду ненавидеть тебя меньше, - предложила ты, мечтая хоть на секунду избавиться от его присутствия; с ним кабинет казался слишком тесным, а стены неумолимо сжимались.

Конечно, буду не против посмотреть, как ты наклоняешься, - озорливо заключил он, прежде чем скрыться за дверью.

Клоун... - бросила ты уже в след ничего неслышащему Нимуре, фыркнув про себя и уперев ладони в края подоконника.

Ты устало опустила макушку, силясь вновь овладеть контролем над собой и своими реакциями на одноклассника. Волнение продолжало кружиться внутри и скручиваться тугой спиралью. Тебе было слишком душно, хотя окно было распахнуто настежь, пропуская приятно обволакивающий и струящийся по коже ветерок. И почему ты испытываешь рядом с ним столь противоречивые чувства, которые сводят с ума? Кабинет, в котором вы ныне находились вместе, представился клеткой с голодным львом в лице Нимуры, который мог в любой момент клацнуть челюстями возле твоего подбородка. Ты наивно надеялась, что он пропадёт где-нибудь по пути, но парень как назло вернулся всё с той же миловидной улыбкой уже с полным ведром, не дав тебе даже времени на более глубокие размышления. С туманом в голове ты отпрянула от подоконника и протянула вперёд руку, чтобы взять за ободок переданный предмет, который Фурута возвысил на уровне твоего лица, как брюнет с наигранным оханьем окатил тебя ледяной водой, которая прошибла тебя до позвоночника. Ты заскулила псом, которому наступили на хвост, и отпрыгнула назад, обвив руками плечо и талию - влажная, прилипающая рубашка заставляло пульсировать всё тело.

Упс, какой я неловкий! - в этот раз Фурута переигрывал с сожалением. - Руки внезапно затряслись. Наверное, от твоей красоты, (Твоё имя)-чан.

Ты такая мокрая, что тебя можно хоть выжимать, - залилися двусмысленным хохотом он. - Придётся тебе снять рубашку и юбку, ведь мокрая одежда будет утежелять движения, - игнорируя твои вопли, пожал плечами с раздосованным видом Нимура.

Только в твоих мечтах!

О, так ты хочешь, чтобы я сам тебя согрел? - оживился Фурута, позже немного сбавив свой пыл и изобразив неизбежное смирение. - Что ж, видимо, у меня нет другого выбора.

Стой там, где стоишь! - запаникованно закричала ты, словно на тебя надвигался маньяк, размахивая руками. - Не вздумай подходить ко мне! У нас ничего с тобой не будет!

Неужели? - неожиданно шепчет он тебе уже на ухо, стремительно преодолев между вами расстояние и властно захватив в плен своих цепких и сильных, как у ящерки, пальцев твоё запястье. - Что-то мне подсказывает, что всё будет наоборот.

Ты попыталась сделать в сторону шаг, но Нимура будто клешнями жёстко притянул тебя вплотную к себе. В следующий миг ты почувствовала, как тебя настигает поцелуй - больно, грубо, чересчур вожделенно. И хоть ты начала сопротивляться, но Фуруте запросто удалось раздвинуть твои плотно сжатые губы, когда его ладонь опустилась на правую ягодицу и с силой сжала её, вынудив тебя пискнуть. Ты чувствовала горячее прикосновение его настойчивого языка, который вплетал твой прячущийся в жаркий танец. Тело пробила холодная дрожь, в мгновение ока обращающаяся волной жара. Ты протестующе застонала, пытаясь вырваться, но брюнет усилил болезненный натиск на ягодицу. Он, надавив пальцами на кожу, стиснул её и потрепал по округлому бедру, затем по-хозяйски скользнул пальцами под кружево нижнего белья, знаменуя о том, что тебе лучше остановить свою импульсивность, иначе он перейдёт раньше времени к решительным действиям. Преждевременное проникновение в запретную зону застало тебя врасплох; ты вся скукожилась, поморщилась, когда указательный и средний пальцы дотронулись до малых половых губ, начали производить мучительно-приятное- - трение, добираясь до крайней плоти, зажав её между собой. Упираешься ладонями в его грудь, когда он провокационно начинает спускаться ниже и гладить большие половые губы, то приближаясь к влагалищу, касаясь его только кончиком ноготка,то издевательски отстраняясь, и начинаешь бить его, захлёбываясь криком сквозь поцелуй.

Нимура послушно вытаскивает чуть увлажнённые пальцы с интимной места, но взамен грубо опрокидывает тебя на ближнюю парту, занимая позицию между твоими ногами, которые он с силой раздвинул, и упирается затвердевшим органом в твою промежность. Запрокидываешь голову то ли от накатившего возбуждения, то ли от отчаяния, когда не можешь найти выход из тупика. Он наваливается на тебя всем весом, хватая за бёдра, и прислоняется губами к груди; даже чёртова рубашка и лифчик под ней не спасают от хорошо физически ощутимого укуса прямо в твёрдую горошинку - он с лёгкостью преодолевает препятствие, находя сквозь одежду заветное место, и тянет его вместе с тканью, которая не спасла от чужого вторжения. По наитию дёргаешься червём на прогретой сковородке и, приподнимаясь на локтях, снова предпринимаешь попытку ударить его по переносице, но Фурута успевает ловко перехватить твои руки. Он соединяет их, держа ладонью одной руки, а другой дотягивается до влажной тряпки и, быстро запрокинув твои руки за голову, перевязывает запястья тканью, как верёвкой. И этот чёрт продолжает при этом нахально смотреть в твои глаза, горящие яростью.

Тебе это так просто не сойдёт с рук! Сюда кто-нибудь придёт и тебя к чёрту выгонят из школы! - отчаянно вопила ты, брыкаясь, как дикий конь, отказывающийся подчиняться какому-то человеку.

Школа полностью пуста, охраник придёт только через три часа. Как думаешь, хватит ли тебя на такое время или ты начнёшь молить о пощаде уже на первой секунде? - он наклонился к твоему лицу, опалив твоё ухо горячим дыханием, и чуть прихватил зубами мочку.

Сволочь! - ты замотала головой, словно отгоняя от себя прилипшего комара. Фуруте пришлось отпрянуть, чтобы твои разметающиеся волосы перестали щекотать ему кожу и бить по глазам. - Я убью тебя, если ты что-то сделаешь с моим телом!

Всего лишь немного изнасилую. Ты ведь не против? - кокетливо шепчет он.

- {censored}! Скотина! Мхх...!

В очередной раз мастерски орудующие губы Фуруты нашли твои, разливая, вопреки ненависти и чувству поражения, томительное тепло внизу живота. Ты больше не хотела думать, за тебя делали это естественные инстинкты, которые умело подчинил себе брюнет. Ты чувствовала, что беспомощно тонешь в своём порочном, тайном желании, которое было раньше заперто в изоляции, и ничего не можешь поделать с умолкшим голасом разума. Ты не могла поверить, что способна на такое бесстыдное поведение с тем, к кому ты всегда проявляла напускное равнодушие. Собственное бессилие поражало. Страст жгла вены. Ты будто приросла спиной к парте, став с ней единым целым, чувствовала, как сердце грохочет в висках и ничего не могла противопоставить своему плачевному положению податливой куклы. Ты перестала так напористо рыпаться, когда его ладони легли на твою грудь. Одного негрубого сжимания было достаточно, чтобы ты успокоилась и начала думать о бесполезности одежды. Словно читая твои мысли, Фурута одним резким движением распахнул твою рубашку; несколько сорванных пуговиц отлетело в сторону, но тебя меньше всего волновали их жалобные кружения на полу. Рефлекторное смущение породило желание прикрыться, но, пошевелив скованными ладонями, ты с обречённостью поняла, что тебе не удастся совершить замысел. Пришлось боязливо зажмурить глаза, когда парень, разъединив лямки с чашечками, опустил лифчик на твой живот, а сам приник к груди, по очереди проводя по вершинкам языком и захватывая их ртом.

Всё внутри сжималось от ожидания. Хотелось вертеться, браниться и кричать от разумного негодования и внутреннего наслаждения. Он спустил влажную дорожку до живота, чертя незамысловатый круг на коже, и обводил языком изгибы талии, намеренно застывая у лобка. Чёрт бы его побрал! Ты начала нетерпеливо ёрзать на парте, в глубине души мечтая, чтобы он вторгся в твоё естество. Плевать на моральные принципы и на то, что он тот ещё {censored}, ведь ты безумно хотела его. Хотела с девятого класса, когда только начала видеть в нём парня, запоздало заметив, что он бегает хвостиком за Ризе. Сейчас, когда он находится в твоём распоряжении, ты ни за что не отдашь его своей сопернице. Когда он снова проникает под трусики, уже не сопротивляешься, но машинально слегка сдвигаешь ноги, несильно сжимая его бёдра. Нимура дразнит, теребя головку клитора одним пальцем, заставляя тебя чуть ли не давиться криком. Довольно улыбается своему эффекту и, резко приближаясь к твоим устам, вводит два пальца в горячую влагу. Выгибаешься, встречаясь с его губами, и нервно прикусываешь ему нижнюю, заливаясь стоном, когда он проталкивает их глубже, раздвигая тесные стенки, и натыкается на преграду.

Как это волнительно - я буду у тебя первым, - приглушённо смеётся он, на что ты, горя от стыда, резко поднимаешься и несильно смыкаешь губы на его щеке, оттягивая её.

Замолчи! И сделай это уже...

Окончательно сдаёшься Фуруте, позволяя ему полностью завладеть твоим контролем. Плевать на хорошую учёбу, если дело касается возлюбленного. Оценки ты всегда успеешь подтянуть, как и доверие учительницы, а получить удовольствие в экстримальных условиях будет уже проблемно. Впрочем, Нимура ведь изобретательный парень, а у вас ещё весь день впереди.

Кишо Арима: Если Нимура доставляет тебе слишком много проблем, я могу поговорить с ним. Не хочу, чтобы ты испытывала трудности из-за моего брата, - говорит предельно спокойным голосом Кишо, смеряя укоризненным взглядом мелькающего перед глазами брюнета.
Между братьями всегда царили напряжённые отношения, а сейчас они только усилились: скрещенные тяжёлые взгляды, плавно метающиеся на тебя, словно они мысленно делили твою персону, подколы Фуруты о том, что ты не принадлежишь Ариме, и напускная сдержанность последнего. По взгляду Бога смерти нельзя с точностью сказать, что он вообще умеет что-то чувствовать, но к тебе он испытывает самые тёплые ощущения. Некогда помогал тебе с учёбой, был кем-то вроде репетитора, и отношения между вами были, как у влюблённой в учителя школьницы и преподавателя, который не поддавался чувствам по табу. Что ж, чувств ты к нему не испытывала, но всегда между перерывами шутила и незаметно сближалась с ним, оставляя на его губах снисходительную улыбку. Привязанность с отдалением перешла в симпатию, с которой теперь Кишо провожает тебя долгим и томным взглядом, стоит тебе удалиться с Фурутой. Не показывает своих эмоций и не лезет в ваши отношения, терпя победные ухмылки Нимуры, но если ты когда-нибудь решишь обратить на него внимание, готов ответить тебе взаимностью - ты глубоко запала в его душу.

Это Йошимура: твоя лучшая подруга, провожающая влюблённым взглядом Кишо, и изредка выспрашивающая тебя о его предпочтения в шутливой форме. Именно Это подтолкнула тебя к осознанию чувств к Нимуре посредством психологии: садистски давила на тебя, задавала провокационные вопросы с подвохом и в шуточной манере обнимала тебя за плечи, шепча непристойности голосом брюнета. Искренне получала удовольствие от твоего пылающего лица. Пусть между вами и есть сложности в отношениях ввиду её страсти к издёвкам о тонкости чувств людей, но вы доверяете друг другу и обе являетесь поклонницами книг и учёбы. Со временем начнёт ревновать твою персону к Фуруте и начнёт шутливо, - а возможно, даже серьёзно, - угрожать ему, чтобы тот хоть изредка отдавал тебя в её руки. Также пообещала ему в приторной форме, что обязательно выпотрошит его, если он причинит тебе боль. От тебя скрывает их тяжёлые отношения, поэтому всегда в твоей компании обменивается с ним дежурными улыбками.

Ута: знакомство с лучшим другом твоего возлюбленного было неизбежно, поэтому уже через некоторое время ты стала свидетельницей его эксцентричных манер и любви к запугиванию. Зачастую можно увидеть, как ты хватаешься за сердце, когда он резко высунет голову из-под вашей парты, а Нимура со смешком удерживает тебя от обморока за талию. Близкие отношения вы так и не смогли выстроить, потому что ты чувствуешь напряжение с этим странным парнем не от мира сего, а он попросту не испытывает к тебе особого интереса. Единственное, что ему нравится, так это смущать тебя своими откровенными воросами по типу: "А вы предохраняетесь с Фурутой-куном?", "Сколько раз у вас за день может произойти секс и сколько это длится?", "А ты не беременна случаем, а то Фурута-кун что-то говорил о ваших долматинцах?".

Итори- : вот уж кто проявляет к тебе из компании Нимуры ненормальный интерес с привкусом одержимости, так это рыжеволосая дива, у которой тут же любопытно загораются глаза при виде вашей пары. Мечтает узнать, что же Фуруте понравилось в тебе, что заставило его забыть о Ризе, поэтому забрасывает тебя многочисленными вопросами. Тебя крайне смущает её зависимость тобой, поэтому всегда краснеешь в её компании, на что она называет тебя "очень милой, чистой и невинной", заявляя, что Фурута достал себе настоящее сокровище и должен его беречь. Особенно в неловкость тебя приводит её любовь к тактильному контакту, с которым она вечно обнимает тебя или прижимает к своей полной груди. Часто делает тебе комплименты без причины, пытаясь завоевать таким образом твоё расположение. Отчаянно набивается к тебе в лучшие подруги, но не без выгоды для себя: её очень интригует то, как ты противостоишь Ризе, и она мечтает стать первым зрителем на арене вашего поединка - конечно же, она просто будет делать ставки, а не помогать твоей персоне. Йошимура же всегда прерывает ваш милый диалог, уводя тебя подальше от сплетницы и интриганки, на что Итори разочарованно вздыхает. Впрочем, ты ведь тоже по-своему используешь её: она с радостью предоставляет тебе информацию о поклонницах Нимуры, надеясь при этом посмотреть на твоё ревнивое лицо - уж больно её забавляет эмоциональный экспонат вроде тебя. Воспринимает тебя, скорее, как подопытную зверюшку, за которой интересно понаблюдать и иногда поболтать по душам в нетрезвом состоянии.

Ризе Камиширо: у вас крайне напряжённые отношения ввиду того, что ты прожигаешь её ненавистным взглядом, а она считает тебя просто занудой, помешанной на учёбе, которой бы стоило раскрепоститься. Через некоторое время на подсознательном уровне начала чувствовать твоё раздражение тем, что она общается с Фурутой, и стала этим активно пользоваться, чтобы поглядеть на твою реакцию. Садизм ей тоже не чужд, поэтому, глумливо хихикая, часто издевается над тобой и бросает колкие словечки в адрес твоей светлости. Ей почему-то доставляет сущее удовольствие видеть поражение на твоём лице, кровожадность Камиширо просто ликует. Пару раз её шуточки чуть не обернулись серьёзной дракой, но Это за тебя горой, поэтому принимает все нападки Ризе на себя. Можно сказать, ты стала главной причиной их вражды, потому что Йошимура не позволит кому-то набрасываться на своих близких людей. Ризе же просто тошнит от вашей связи, потому как ей не понять, что такое сентиментальность дружбы - она одиночка по жизни.

Рассказать друзьям