Черная белая магия н степанова. Черная магия

💖 Нравится? Поделись с друзьями ссылкой

Ну тут я, слава те Господи, вспомнила, чего мне одна колдунья еще в войну говорила. Вспомнила, да пошла на двор: думаю, видь собиралась же она, сука, старая, скотину-то лячить – тут, видно, что и сделала! Взяла я лопату да давай копать в сараи-то. А меня всю ломаить, лопата из рук валицца. Я ие подыму да опять копаю. И ведь нашла! Нашла в самом углу, почти под порогом, старую концервную банку, тряпкой какой-то прикрыта, а чего в ней – и не знаю, глидеть-то нельзя было.
Взяла я ие и пошла на выгон: бягу, сколь силы есть, – знаю, скорей надоть. А ноги не идуть. Ну, дошла кое-как до выгона, стала туда спиной, к кладбищу-та, и ды как чириз левое плечо кину ие, банку-то! она полетела, а за мной такой шум, и свистить, и гогочить! Ну я чириз плячо-то плюнула ище да бягом обратно. А сама бягу – за мной еще долго там шумело. Да оглядывацца нельзя видь, – не знаю, че там было». (Из архива автора.)
Снять насланную болезнь, порчу, сглаз с человека или скотины мог либо колдун, сделавший это, либо другой, но обязательно более сильный. Если знаток черной магии не собирался довести человека до смерти, часто он сам являлся с предложением помощи. Но считалось, что надо срочно искать кого-то, кто может помочь, а потом еще открыть жертве имя врага и по возможности отомстить.
Месть осуществлялась по-разному: иногда такого злыдня просто избивали или позорили перед людьми, но чаще более сильный колдун что-то делал против своего соперника, и тот даже уходил из деревни. А порой колдун наказывался такими страшными страданиями, что его начинало разрывать, растаскивать неведомой силой в разные стороны.
Результаты деяний колдунов различны и многочисленны. Насылая страшные болезни и муки на человека, они могут уродовать его внешность (распухает и теряет форму нос, видоизменяется губа, вылезают из орбит глаза, появляются шрамы и полосы на теле, отнимаются ноги и руки, пухнет живот, в котором могут оказаться черви, мышь, рыба, женщины испытывают родовые муки и т. д.). Порой под их воздействием человек теряет рассудок, пространственную ориентацию, подвижность. Последнее иногда применяется в качестве наказания.
«Дед с внуком везли однажды воз пшеницы, смололи на мельнице, обратно едут. Ну, темнеет. Оне к Гришке Босяку:
– Пусти нас ночевать. Ну, он: заходите.
Оне говорят, мол, воз надо завести. А он: ниче, ниче. Пусть там. Если че случится, я, паря, свое отдаю.
Утром встают: пять мужиков круг телеги ходят с мешками, а уйти не могут. Гриша к ним подошел, каждого по плечу стукнул и говорит: ну спасибо за службу. Они мешки побросали и ушли!» (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Колдуны обычно мстительны. Они никому не прощают худого слова, сказанного даже о них за глаза, ведь им ведомо все, что делается. Мстительность у колдунов часто соседствует с завистью, стремлением наказать человеческую гордыню.
«Было это на свадьбе на одной. Мы приехали туда с Васей. Началась гулянка. Ну, уж все подвыпили, песни поют. А я петь люблю. Голос у меня красивый. Я пою – все удивляются. И вот был там один дядька. Он ко мне подошел и говорит «Давай с тобой выпьем». А мне и невдомек, что что-то случиться может. Я с ним пить-то отказалась. Он усмехнулся и пошел.
Тут опять начали петь. А у меня настроение хорошее, я опять пою! Вдруг замечаю, что на меня все как-то странно смотрят и молчат. И тут я понимаю, что я пою, а голоса-то своего совсем не слышу. Я хочу людям-то сказать что-то – а голоса совсем нет, а мне кажется, что я просто кричу изо всех сил! Тут мне так страшно стало, я заплакала. Ну, тут Васю привели. Он посмотрел на меня и все понял. Он ведь, Вася-то, у нас сам колдун, только не сознается, ему мать передала.
Он послал за тем дядькой. Тот идет – а Вася встал в двери, уперся руками в косяки и стоит, его не пускает. А тот перед ним также стал. И вот они стоят, смотрят друг на друга. Ну, тот дядька-то не выдержал. Отвел глаза и пошел. Вася за ним. Не знаю уж, что они там во дворе делали, только Вася за мной пришел, вывел меня во двор, а тот там на завалинке сидит. Вася-то говорит, чтоб я перед тем стала на колени и прощения просила. Делать нечего: я встала на колени, а сама думаю, как же я буду прощение просить, если я ни слова вымолвить не могу? Хочу так что-то сказать – не получается, а прощение просить – голос идет. Ну, я попросила у него прощение. Он мне и говорит: «Вставай, молодка, да не хорохорься больше!» Встал и пошел. И со мной все нормально стало. Только плакала я потом очень». (Из архива автора.)
Колдуны часто портят свадьбы, куда их не пригласили. Обычно на таком торжестве колдун должен быть дружкой или почетным гостем. Если черного мага обходили стороной, то он обязательно либо свадебный поезд останавливал, либо портил невесту, жениха, поезжан. Часто при такой порче, если к нему вовремя не приходили на поклон, люди умирали или оставались калеками. Рассказывают, что сильный колдун мог всех поезжан на свадьбе обратить в волков на столько, сколько было заказано чародеем. Делалось это для того, чтобы заставить себя уважать и бояться, а также получить традиционное вознаграждение. Многие колдуны жили в основном на такие подаяния.
«Была свадьба… А этого старика не пригласили… Когда время отошло, начали жених с невестой угощать. Когда они из-за столов вышли, взялись угощать, раз обнесли вином, потом второй – и готово, взялись перевертываться!
А этот старик в Ушумуне там. Он знал, что это будет, этот старик-то… Эти запрягают пару лошадей, да туды…
– Вот так и так, дядя Кирилл…
– Но-о, оне не помрут! Не помрут! Почаюем и поедем. Почаевали. Поехали.
– Ты не перегоняй лошадей-то. Че их перегонять-то?..
Приехали.
– Но-о, ниче они – отойдут. – Потом воды наладил в стакане, попрыскал на их – все! Жених с невестой встали, как ни в чем не бывало…
Потом он поехал домой, хозяин… ему нагреб воз – кулей пять-шесть – и повезли ему. Заработал, нагулялся, значит, и людей намучил». (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Колдовской порче подвергались не только люди, но и домашний скот. Особенно часто портили коров, поскольку они были основными кормилицами в хозяйстве. Порченая корова переставала давать молоко, доилась кровью, а потом начинала мучиться и могла подохнуть, если порчу вовремя не снимали. Колдовством такого рода больше занимались женщины, которых называли ведьмами. Их мог легко опознать тот, кто правил корову. Он говорил, когда конкретно и зачем придет в дом колдунья, испортившая скотину. Если ей давали требуемый предмет, лечение утрачивало свою силу, в противном случае что-то происходило с самой ведьмой. Вызвать в дом чаровницу можно было и самим. Например, в Юрьев день до зари надо было подоить корову, налить в металлическую посудину молоко, бросить туда несколько иголок и кипятить на огне: обычно ведьма тут же являлась.
Таких колдуний в деревнях часто очень серьезно наказывали, если их деяния обнаруживались. Сравнительно недавно на Волыни знахари могли заставить ведьму, простоволосую и раздетую, явиться в хлев к испорченной ею корове. Бывало, хозяин забивал виновницу почти до смерти.
Среди ведунов встречались повелители змей. С помощью заклинаний они приказывали ползучим гадам являться в определенное место либо, наоборот, его не посещать. Интересно, что змею, укусившую кого-то вопреки приказу или не повиновавшуюся, колдун наказывал.
«…Он, гыт, взял ножик, пошел в этот кустарничек, срезал тоненьку осиночку, таку длиной вот, завострил. И вот вышел, где выкосили, на кошенину, сперва зачертил ей кружок, этой осиночкой, и в серединочку воткнул, говорит, эту осиночку. Тепериче я смотрю…
И вот смотрю: оне, гыт, с разных сторон эти змеи, – ну прямо, гыт, вот, как россыпь кака – катятся все к этой палочке со всех сторон, только трава шумит!..
А она уж эта, котора укусила, виноватая, тянется сзади. Он на нее командует:
– Но, подходи, подходи. Что, боишься? – на ее командует. И вот потом, значит, она сзади остановилась. Он, тепериче, вдруг че-то сделал, говорит, – оне все разошлись, все разбежались остальны-то. А эта осталась. Он подошел и давай ее прутиком стегать. Она, говорит, вот вьется колесом, прискакивает, а ни бежит, ниче никуды…» (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Повелевание змеями не ограничивается только общими командами. Колдун может брать змей в руки, класть себе на плечи и шею. Змеи иногда охраняют дом, стерегут детей колдуна и даже спят рядом с ними.
«…Да он с женой уходит (это она рассказывала, с ее слов), оставляет ее:
– Ты уж не бойся. Вот придут змеи, оне с тобой будут лежать – не бойся. Они караулят.
И вот… она потом встала, разбудилась (лампа-то горит): у порога-то лежит така змеишша здорова. Посмотрела: и с этой стороны, и с этой стороны змеи караулят ее». (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Мощный колдун командует также и другой живностью. Он может наслать червей на огород и, наоборот, убрать их оттуда; во время охоты к нему сбегаются нужные звери, а от других охотников он волен их увести. То же бывает при рыбной ловле. Кстати, колдуну иногда приписывают способность понимать язык зверей и птиц и вступать в контакт с ними.
Помимо животного мира, колдун повелевает природными стихиями. Он умеет насылать ветер, дождь, град, метель или отводить непогоду. Град никогда не побьет его посевы, даже если все поля вокруг выбиты. Он или охраняемые им люди могут идти совершенно спокойно во время страшной бури, не чувствуя ее. Повелители погоды, или облакопрогонники, как их называли, полагались, видимо, на собственную магическую силу. Во всяком случае, здесь, как и при общении с живностью, важно было знать, какие слово, действие и предмет помогают в конкретной ситуации. Например, остановить дождь и град могли и простые люди, которые знали, что для этого нужно выбросить во двор хлебную лопату или еще какую-то печную утварь.

Насылание порчи

Заклинательные акты из колдовской ворожбы описаны очень мало. Большинство из них рассказывают ни о каком-то необычном поведении колдуна, а содержат только какие-то конкретные угрозы («Ну, ты еще попомнишь меня!», «Ну-ну, попробуйте без меня свадебку сыграть!») или некие своеобразные комплименты, высказанные с чувством зависти («Хороша коровка-то у тебя!», «Ты глянь-ка, как девка-то твоя растолстела, как на дрожжах растет!»). Обычно после этого сразу начиналось недомогание, переходящее потом в страшные страдания. Человек часто сам догадывался, что с ним случилось, или ближайшие родственники, заметив странности в его облике, поведении, речи, понимали, что произошло, и, расспросив пострадавшего, искали того, кто мог бы ему помочь.
Иногда, чтобы наслать порчу, достаточно было прикосновения колдуна к человеку или животному. Колдуны делали это и просто своим взглядом – наиболее страшным оружием в их арсенале. Под таким взглядом человек чувствовал, как у него останавливается сердце, холодеет все внутри.
Представители черной магии порой пускают порчу по ветру, не предопределяя, кому она предназначается. Делают это, вероятно, они тогда, когда их обуревают темные силы. Они вынуждены внести в мир дисгармонию, но не имеют конкретной жертвы.
В народной традиции различают пускание порчи по ветру и насылание плохого ветра. Первое делают обученные колдуны, а второе те, у кого в подчинении находится нечистая сила, – они призывают плохой ветер, вихрь (с «чертова» болота, из глухого нечистого места) и посылают на своего врага. От такого ветра человек получает «подвий» – недомогание, которое как бы отождествляется с нечистью. Считается, что ветер, особенно вихрь, и есть нечистый. Если случайно попасть в вихрь, то с человеком произойдет что-то нехорошее.
Наслать порчу по ветру колдун может и из корысти, например, чтобы самому же потом излечить и получить вознаграждение. В таких ситуациях колдун или колдунья почти тут же приходят к пострадавшему и предлагают свою помощь.
Порча и иные несчастья часто насылаются на человека через поклад – специально наговоренные предметы, которые подбрасываются в дом или закапываются рядом с ним. Покладом может быть любая обычная вещь, иногда как бы случайно оброненная. Если неопытный человек брал ее да еще успевал каким-то образом использовать, это грозило самыми страшными страданиями, часто приводило к смерти. Избавиться от подобного «подарка» можно, только обладая специальным знанием. Старые опытные люди никогда не брали поклады голыми руками, а прикасались к ним через тряпку, бумагу, рукавицы. Такой предмет выбрасывался обычно с произнесением заклинаний, в то место, где никто не ходит.
Сложнее обстояло дело с зарытыми в землю или спрятанными в доме покладами. Например, чтобы поселить нечисть, вредящую хозяевам, в доме пряталась тряпичная кукла. Хозяева могли избавиться от наваждения, только разыскав наговоренную игрушку и выбросив ее. Что именно зарывалось в качестве предметов, наводящих порчу, сказать трудно. В поклады входили вещи, соприкасавшиеся с тем, кому предназначалась порча, или некие атрибуты, напоминающие о дьявольской силе: в банках, которые выкапывали или находили где-то, оказывались человеческие волосы, навоз, обрезанные ногти, тухлые яйца, шерсть животных.
Схожи с покладами завитки, или закрутки, которые делают колдуны в поле. Это переплетенные колосья, надломленные, связанные странным образом пучки жита. Если такую закрутку не замечали и, сжав, обмолачивали, она попадала в хлеб, и людям, съевшим его, уже нельзя было помочь. Обнаружив завитки, от порчи можно было избавиться с помощью опытного колдуна так же, как от любого другого поклада. Закрутка вырывалась защищенными руками с заклинаниями и уничтожалась в том месте, где не ступает нога человека; иногда завитки сжигались прямо в поле, но тоже со специальными действиями-оберегами и заклинаниями.
Колдовские чары насылались также через питье или еду. В данном случае можно, конечно, предполагать, что в обычные продукты подмешивали некую отраву. Но часто бывало так, что наговоренное действовало только на того, кому он было адресовано. Впрочем, нередко делались специальные предупреждения, что питье или еду нельзя использовать никому, кроме того, кому они приготовлены.
Иногда питье и вода, предназначавшиеся человеку, предлагались колдуну-обидчику, если более сильный ведун мстил по просьбе обиженных. Реакция на еду или питье с наговором порой бывала просто страшная.
«…Вот она нас накормила, сама села, куском макнула в кулагу и только надкусила – сразу на пол, пена изо рта, бить ее стало… Отец рассказывал; вот ее хлестало, ажио волосы на себе рвала…» (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Испортить человека можно было с помощью наговора на его след, оставленный босой ногой. Чары наводились либо на месте, для чего в него втыкались иголки с наговором, либо след вынимался и волхование происходило уже дома, у печи или в бане. Чары на след служили как для обычной порчи, так и для любовной ворожбы.
Истребить человека колдун мог с помощью подручной нечистой силы. Он насылал на человека чертей, которые мучили его по ночам.
«…До двенадцати часов дома, а потом как вскочит, начинает вокруг избе кружачить. Кружачит, кружачит – а как петух запоет, упадет и лежит.
А еще было: возьмет два ведра песку, обсыпет себя и так спит. А утром проснется – а песок-то в ведрах. Черти, видать, собирали». (Из собр. В. П. Зиновьева.)
Так рассказывает быличка о несчастном мужчине, которого мучила собственная мать-колдунья.
Порча с помощью нечистого могла быть наслана под видом икоты. В человека вселялся как бы личный бес. Икотницы и икотники, называемые еще кликушами, страшно мучились, поскольку приступы начинались в самое неподходящее время. Часто сидящий в них бес говорил то, что сами они не хотели сообщать другим. Такие страдальцы не могли войти в церковь или во время службы начинали там кликушествовать: падали и бились на земле в корчах и муках. У икотников различают несколько стадий болезни. «У сынка уж то, что говоруха отстала, а почалась «немуха», нет у него молвы, как у людей, а только рык да крик, подобно лесному зверю, – волку бы, что ли, сказать. Худо у таких-то одно: из «немухи» сама «смертна» нарождается. Бьется-бьется ин человек, почнет его ломать справа налево всякими судорогами, а в них и сама смерть приключается. Ведь сто бесов животы-то гложут».
Лечить икотников особенно трудно. Иногда их отчитывали в церкви, но вернее было обратиться к сильному колдуну. При отчитывании или на молитве икотник сам называл того колдуна, который в него вселил беса.

Любовная ворожба

Деяния колдуна, воплощенные в словесную форму, иногда доходили до широкой публики. Обычно известными становились те заклинания, которые не считались особенно серьезными и вредными. Так, на границе дозволенного и недозволенного находилось волхование, связанное с любовными чарами. Привораживанием любовных пар и насыланием остуды на любящих занимались часто не только колдуны, но и знахари. Им активно помогали в том и сами заинтересованные лица. В любовных присушках и отсушках, используемых различными заклинателями, есть некоторые различия. Знахари белой, магии использовали те заговоры, которые по содержанию не противоречили их практике. Колдуны, естественно, обращались при этом к дьявольскому миру. Малоопытные заклинатели использовали то, что им удалось случайно узнать. Считалось, что воздействие колдуна и его текстов много сильнее, чем знахаря. Но к представителям черной магии часто опасались обращаться, боясь божественного возмездия для себя и вреда для того, кому адресовалось заклинание.
Произнося заговор, заклинатель отрекается от божественной силы и передает себя в руки дьявола. Видимо, это рассматривалось как единичное обращение к нечисти – грех, который позже можно замолить.
«Не молясь ложуся спать и не перекрестившись, встану не благословясь, пойду из двери в двери в трое двери, из ворот в ворота в трое ворота, в чистые поля. На мори на Окияне, на острове на Буяне стоят три кузницы. Куют кузнецы на четырех станках. Бес Салчак, не куй белого железа, а прикуй доброго молодца (или красную девицу) кожею, телом, сердцем (такими-то глазами и кудрями). Не сожги орехового дерева, а сожги ретивое сердце в добром молодце (красной девице); в естве бы не западал, в питье бы не запивал, во сне бы не засыпал, во всем бы меня почитал и величал, светлее светлого месяца, краснее красного солнца, милей отца, матери, роду и племени. Ключ – небо, замок – земля».
Похожие заговоры произносятся и при напускании остуды. В них также, помощниками выступают нечистые.
«Встану не благословясь, пойду не перекрестясь, из избы не дверями, из двора не воротами; выйду я дымным окном, окладным бревном, пойду я не в чистое поле.
Не в чистом поле есть пенья да коренья. На этом пенье на коренье стоит избушка на курьих ножках; в этой избушке есть холодная печка, на этой печке сидят кошка, да собака. Как они сидят чапаются, плюются, харкаются, друг друга в руки не даваются, так (имярек) друг друга в руки не давались, чапались, царапались, плевались, харкались и век ненавиделись».
Впрочем, любовные заговоры могут быть иными и напоминать обыкновенные лечебные заклинания. По всей вероятности, такими текстами пользовались приверженцы белой магии.
Колдун всегда адресовал свои просьбы только черным силам. Если, например, он хотел наслать икоту, то произносил следующее отречение: «Отрекаюсь Бога и Животворящего Его Креста, отдаю себя в руки дьяволам… Пристаньте сему человеку скорби, под названием икоты, трясите и мучьте (имярек) до окончания жизни… Как будет сохнуть соль сия, так сохни и (имярек), отступитесь от меня дьяволы, а приступите к нему…»
Приобщенный к черной магии человек мог видеть или не видеть вызываемую им силу. Иногда помощники являлись ему в их естественном виде. Порой, если они находились постоянно при колдуне, их могли видеть некоторые люди.
Это могли быть не только черти. Знающие люди иногда вызывали и иных существ ирреального мира. Чтобы обратиться, например, к лешему, в купальскую ночь надо было отправиться в лес, «найдя осину, срубить ее так, чтобы она вершиной упала на восточную сторону; на пне срубленной осины, став лицом на восток, нагнуться и, глядя в отверстие, образовавшееся между ногами, говорить: «Дядя леший, покажись не серым волком, не черным вороном, не елью жаровою, покажись таким, каков я»».
Существовала аналогичная возможность вызвать дворового. По одному из способов человек, совершив ряд ритуальных действий, должен был среди ночи выйти к двери хлева с заклинанием: «Дядя дворовый, приходи ко мне не зелен, как дубравный лист, не синь, как речной вал, приходи таким, каков я, я тебе христово яичко дам».
Возможно было и общение с водяным по инициативе человека. Но знающие люди старались не заключать с ним никаких сделок, а просто с помощью заклинаний отбирать у водяного его имущество.
Вера в силу приобщенных к сфере черной магии до недавнего времени в восточнославянских селениях была практически абсолютной. Много рассказывают о колдунах и ведьмах и сейчас.
Кстати, если бы мы были немного более внимательны к древнему знанию, то не делали бы многих ошибок, активно вторгаясь в непознанную сферу нашего бытия. Например, поспешное всеобщее увлечение телесеансами психотерапевтов, как известно, вместо улучшения здоровья у многих людей приводит как раз к обратному. Ах, если бы мы знали и помнили о том, что народная медицина в отношении лечения биополем была столь осторожна! Наши предки прекрасно понимали, что далеко не каждого человека может лечить знахарь и даже не на каждого действует колдун. Это делалось избирательно, как, впрочем, и весьма избирательно передавалось знахарское и колдовское искусство – искали схожего по типу поля человека. Народной культуре хорошо известно: мир биполярен, основан на противостоянии двух начал.
Думается, многочисленные вопросы до сих пор таинственного мира, в котором мы живем, могли значительно быстрее обрести свой ответ, если бы мы лучше знали собственное прошлое. Может быть, тогда мы научились бы с большей осторожностью вести себя в этом мире, чтобы не нарушать его целостности и равновесия, а также не причинять вреда себе и другим.

II
Н. Степанова
Книги магии и колдовства

Белая магия

От автора

Если вы решили постичь белую магию, го должны знать о ней следующее. Мастер белой магии в отличие от мастера черной магии преследует лишь благие цели. Он никогда не станет делать зло. Потому-то белую магию называют благостной, т. е. сотворяющей благие, добрые дела. Мастер не должен отказывать тому, кто постучался в его дверь за помощью, даже если знает наверняка, что, сняв порчу с больного, может заболеть сам. Конечно, чтобы избежать последствия снятия порчи, существуют специальные для этих случаев обереги и лечебные заговоры, которым вы научитесь из этого учебника.
Следует абсолютно верить в то, что вы вылечите больного, ни на минутку не сомневаясь, как бы плох он ни был. Ваша непоколебимая вера в силу белой магии – вот гарант успеха. Нельзя сомневаться в истинно могучей силе белой магии. Нельзя похваляться тем, что вы исцелили. Запрещено говорить: «Он умирал, а я подняла из гроба». Ибо тот, чьим здоровьем вы похвалились, заболеет заново. Нельзя для удовлетворения чьего-то любопытства показывать тайное. Те, кто будет просить у вас показать «чудо» в доказательство вашей силы, не понимают, что этим отберут вашу силу в белой магии и вы никогда не сможете помогать людям. Умейте вести себя достойно Мастера светлых дел. Берегите свой дар и не жалейте времени и сил для оказания помощи страждущим. Радуйтесь и благодарите Бога, когда увидите, что спасли человека от болезни и неминуемой смерти. Не берите за свое лечение еды и полотенец, платков и сала. Этого делать нельзя. Не ставьте себе целью наживу. Ваша цель – спасенье и помощь. Не носите черной одежды в дни, когда лечите людей и животных.
Когда исправляете испорченные земли на огородах, следите, чтобы пришедший за помощью имел на себе крест. Поинтересуйтесь, крещеный ли человек; если нет – уговорите покреститься. Исключением бывает, когда человек не в состоянии ходить и нет возможности пригласить батюшку для крещения на дому. В этом случае должно гореть при лечении не менее 12 свечей.
Не забывайте спросить у хозяев, куплен ли скот или народился в их хозяйстве, прежде чем возьметесь лечить больных животных. Если скот куплен, брызгать при чтении наговора левой рукой. Если нет, то правой. Если в наговоре сказано, что нужно сложить вместе палец с пальцем, указательный с указательным или мизинец с мизинцем, то нельзя стоять и думать – какой палец безымянный, а какой средний. Все должны делать быстро и четко. Заранее выучите порядок пальцев: мизинец, безымянный, средний, указательный, большой.
Старайтесь реже подавать людям руку при приветствии; здоровайтесь словами, а не руками. Берегите пальцы. Если какой-нибудь палец поранен, воздержитесь от лечения, если оно, конечно, не срочное. Не провожайте за порог тех, кто у вас лечился, прощайтесь, не выходя из комнаты.
Можно ли лечить человека, если он смеется над оккультными науками или не верит в подобную помощь, а также когда все тело покрыто наколками, т. е. рисунками, наносимыми иглой и тушью? Нежелательно. Пользы мало, и мастеру тяжело. Больной человек должен попросить для себя помощи у мастера и с верой ждать исцеления. Если же человек не просит о лечении и мало того, не верит, зачем лечить? А по поводу насмешек над оккультизмом – вот вам пример. К моей ученице Людмиле Ивановне Зыряновой обратилась женщина за помощью. Она утверждала, что видит образ человека ночью в определенный час. Тот входит в комнату, садится за стол и начинает делать руками беспорядочные движения, как бы раздвигая лежащие карты, выискивая ту, которая ему нужна. Больная по совету Людмилы Ивановны убрала стол из этой комнаты, чтобы лишить его возможности задерживаться в этой комнате, а также чтобы узнать, что будет делать пришелец без стола. В следующий визит больная рассказала, что ночью ее вновь посетил человек в черном, сел в ноги к женщине (условно назовем ее Лариса) и стал смотреть на Ларису невероятно злыми глазами. Та стала читать «Отче наш», и человек исчез.

Почему мы создали такой раздел - потому что книги «Заговоры сибирской целительницы» Натальи Степановой очень широко распространены. А поскольку эти книги Натальи Степановой несут в себе слабо замаскированную форму сатанизма, от них страдают очень многие люди. Не известно, существует ли на самом деле человек с таким именем, не известно, но это и не важно. Важно, что многие ищут это имя, стремятся купить или скачать книги Натальи Степановой. При этом, нам не известно ни одного свидетельства, подтверждающего, что эта "целительница" существует в действительности, а не является плодом воображения сотрудников издательства "Рипол классик", известного своими успехами на ниве магической (то есть сатанинской) литературы.

Как обычно на нашем сайте, основная информация - практическая. То есть основные материалы - это свидетельства тех людей, которые читали заговоры целительницы Натальи Степановой и в полной мере испытали влияние этой магии на своей жизни, жизни своей семьи.

Если Вы пострадали от книг Натальи Степановой, .

Обрести семейное счастье поможет дистанционный (онлайн) курс «40 шагов к семейному счастью» .

Короткие истории читателей об опыте чтения книг Натальи Степановой (1)

Если хотите разрушить свою жизнь, пользуйтесь магией Натальи Степановой. Я сама не сильно пострадала от магии Степановой. Быстро поняла, что это плохо. Но вот моя родная тетя как помешалась на ней. Сначала заговоры действовали, и муж стал любить, и деньги повалили, и с работой у обоих все гладко, и со здоровьем все хорошо, и долгожданная вторая беременность, и дочь в институт поступила и хорошо училась. Но за все надо платить. Все началось с выкидыша. И больше она не смогла забеременеть, как ни старалась, потому что начались проблемы со здоровьем у обоих. И с работой все в тартарары пошло. Сидят без работы по уши в долгах.

Короткие истории читателей об опыте чтения книг Натальи Степановой (2)

Один парень проявил ко мне интерес, а я, чтобы ускорить процесс, приворожила его по книгам Натальи Степановой. Приворотом я хотела ещё больше ему понравиться. Но парень внезапно стал ко мне холоден, а меня к нему одолела блудная страсть и ненависть за равнодушие.

Короткие истории читателей об опыте чтения книг Натальи Степановой (3)

Мой муж 15 лет за рулем, и никогда ни одной аварии не было, и правила не нарушал, всегда все было хорошо, пока я не написала ему заговор от милиции по книге Натальи Степановой. Через неделю у него забрали права и лишили на полтора года якобы за пьянку (он не пьет, у него язва). Не знаю, может, совпадение, а может, и книга «помогла».

Короткие истории читателей об опыте чтения книг Натальи Степановой (4)

И тут появилась книга Степановой, валявшаяся на антресолях, подаренная «заботливой» подругой. Руки сразу же отлистали нужный раздел - любовную магию. Надо сказать, никогда не верила её «православности» - ибо истинный христианин не будет советовать отомстить, как делала она в одной из книг в ответ на письмо читательницы. Но это не остановило меня - я очень хотела вернуть того человека, нашла «сильнейший», по словам автора, приворот, и сделала все по инструкции. Не смутили меня ужаснейшие слова в заговоре. Были там даже и матерные слова.

Короткие истории читателей об опыте чтения книг Натальи Степановой (5)

Меня всегда интересовала подобная литература, года три назад у меня началась как будто мания, я скупала все книги Степановой, которые мне попадались. В основном я просто читала их и ничего не делала по ним. Как-то мы поругались с моим - на тот момент гражданским мужем. Я была в этом виновата, он ушёл. У меня была дикая истерика, и я сдуру решила прибегнуть к книгам Степановой. Я сделала заговор на тоску и приворот на фото - несколько строк прочитать, глядя на фото...

Книги Натальи Степановой не сделали меня счастливее

Мое знакомство с книгами Натальи Степановой началось еще в детстве - у меня была подружка, мама которой купила первую книгу заговоров, и мы, дети, эти заговоры тоже очень охотно читали. Какие-то заговоры я пробовала использовать на практике - для успехов в учении, например, или чтобы отвязаться от врагов...

Как на меня действовали заговоры Натальи Степановой

Мое знакомство с книгами Натальи Степановы началось с того, что мои родители развелись, а наша соседка дала моей маме книгу «Черная магия». Насколько я знаю, моя мама так и не рискнула воспользоваться этой книгой. Многие годы она лежала на полке никому ненужной, но в один день мне стало интересно, и я попробовала заговор «на гнев матушки», наверно просто из любопытства. Действительно, моя мама стала так добра со мной - в тот день я разбила кое-что, но она это даже не заметила...

Как я практиковала по «Большой книге магии» Натальи Степановой

«Большую книгу магии» я читала по порядку, и, когда заговоры из первой книги («Белой») не сработали, я обратилась ко второй. Как вы догадались, вторая носила название «Черной». Хотя от православия в то время я была, конечно, страшно далека, все-таки название меня смутило. Вдруг появились сомнения, что же это за книга такая, что же я хочу делать. Я послала письмо Степановой, в котором спросила, не получится ли, что, занимаясь черной магией, я продаю душу дьяволу? Пришел мне глупейший ответ: «Пользуйтесь книгами и советами из них. Душу продавать никому не надо».

Наталья Степанова сделала моего ребенка инвалидом

Был у меня трудный период в жизни, связалась я с человеком, верившим в магию, ненавидевшим Церковь и отрицавшим учение Христа. Все книжные полки у него были забиты всевозможными книгами по магии, меня хватило прожить с ним три месяца, потом я сбежала от него. Но в книги Натальи Степановой я через его рассказы поверила...

Наталья Степанова: миф или реальность?

Для многих книги Степановой открыли ворота в мир магии, в том числе и для меня. Именно с этих книжек я вступил на путь, ведущий к гибели души. На тот момент так мне не казалось, я совершенно был уверен в том, что магия - это инструмент, с помощью которого я могу производить в своей жизни и жизни других людей изменения.

Отнесла книги Натальи Степановой на помойку

Началось мое знакомство с данной персоной с книги «Большая книга магии 5». Заинтриговала красивая обложка и низкая цена. С первых строк поняла, что это как страшилки на ночь, не более, но, тем не менее, книгу прочитала за ночь. Слава Богу, на ум не пришло что-то на ребенка читать, видать, интуиция спасла. Далее началась как ломка, хотелось книг ещё и ещё, в итоге в моей коллекции оказалось 7 книг Натальи Степановой. Решила прочитать заговор от нервозности...

Действительно ли целительница Наталья Степанова - христианка?

Почти в каждом книжном магазине продаётся множество книг сибирской целительницы Натальи Степановой. Книги вводят в заблуждение людей, которые считают эти книги православными. Мы попросили священника Православной Церкви прокомментировать некоторые моменты деятельности Натальи Степановой (или тех, кто выступает от ее вымышленного имени). Помочь нам решил священник Покровского собора Тобольско-Тюменской епархии иеромонах Изосим.

Книги заговоров Натальи Степановой в моей жизни (1)

Я попытаюсь сейчас описать часть тех заговоров Натальи Степановой, к которым я прибегала. Например, в книгах по магии Натальи Степановой написано, что чтобы волосы были густыми, нужно их мыть заговорёнными яйцами, что я и делала, от чего у меня на коже головы появилась странная болезнь - струпья, которые прошли, лишь когда я перестала это всё делать. Я всегда тяжело переносила месячные, а в книгах был заговор: в первый день месячных выпить наговорённой воды. Был второй день, но боли были сильные, я выпила воды (тогда я в первый раз им воспользовалась), и - о чудо - тут же прекратились всякие боли и сами месячные, зато они появились через 2,5 месяца и на целое лето.

Книги заговоров Натальи Степановой в моей жизни (2)

Конечно же, после отказа от сатанинских книг Натальи Степановой я начала терпеть всевозможные искушения. Если до прихода в Церковь меня преследовали страхи, тревоги, панические атаки, то дальше хуже: стоило мне читать молитву, как в моей голове появлялось большое количество мыслей не моих, и каждая из них мыслила от моего имени, но своё; их было так много и длилось это около двух недель...

Книги Натальи Степановой вызывают ночных гостей

Мое увлечение магией началось как раз с книг Степановой Натальи Ивановны. Случайно наткнулась на эти «чудо-книги» сибирской целительницы в книжном магазине. Просмотрев содержание, подумала, что такая вещь в хозяйстве пригодится, и как же раньше я без них обходилась! Там же столько всего полезного: заговоры на удачу, на любовь, на деньги, всевозможные обереги, защита от сглаза, порчи и т.п. Мне казалось, что, прочитав такие книги, я смогу иметь все, что только захочу и без особых усилий.

Сибирская целительница Наталья Степанова или Добро пожаловать в ад

Книги Натальи Степановой стояли рядом с томиками Пушкина, Толстого и Достоевского. Их давали «почитать на ночь», дарили на праздники, передавали по наследству. И одновременно тянулись в открывающиеся православные храмы, целовали святые Образы и пачками возжигали свечи. Потерявшие духовное наследие, разорители церквей и убийцы священников, собственноручно ослепившие себя люди, пытались на ощупь найти путь ко спасению.

Заговоры целительницы Натальи Степановой порождают проблемы

В этот период в доме появляются книжек пять целительницы Натальи Степановой, попробовали все, каждый нашёл там что-то для себя. Что-то конечно стало лучше после чтения заговоров, но потом появлялась другая проблема в пять раз хуже предыдущей...

Что такое маг? Наверное, для многих современных читателей это слово ассоциируется с доном Хуаном – героем мистического древне-американского учения, изложенного Карлосом Кастанедой. Многие, конечно, вспомнят ушедшего из жизни Виталия Ахрамовича, который и сам называл себя магом, и действительно был им, – не в смысле занятий «колдовством», а потому, что всегда, в любой бытовой ситуации чувствовал себя составной частью среды (прежде всего городской). Причем эта среда для него не была мертвым веществом; она живая и таинственная, она подчиняется незримым законам, которые нам пока еще плохо понятны. Это и есть законы магии.


Если отвлечься от сказочного образа старичка в мантии, расшитой звездами, и в остроконечном колпаке, то мага можно сравнить с охотником, которому внезапная тишина или следы на песке говорят гораздо больше, чем обычному человеку. Мир для охотника-мага полон тайн, но они его не пугают; он никогда неожиданно для себя не войдет в берлогу зверя. Ибо он – «человек знания».

Знания? Да, конечно. Только имеется в виду не книжная наука, а знание практическое, конкретное – но в то же время, как это ни покажется странным современному европейцу, знание всеобъемлющее. В любой традиции маг воспринимается как человек почти всезнающий. Вот только его русские наименования: «ведун», «знахарь»; сибиряки просто говорят о таком человеке – «знает много». Во всяком случае, больше других.

Магия стара если не как мир, то как человечество. Следы приемов «натуральной магии» – в погребениях эпохи палеолита, древне-каменного века. На заре времен магия воспринималась как данность, без оценки по принципу «хорошо – плохо». Просто можно было знать много – или мало. Колдун-маг мог быть вождем, жрецом, знахарем, воителем, палачом… Лишь потом, по мере развития культуры, когда весь мир поделили на правое – левое, горнее – дольнее, райское – инфернальное, – лишь тогда появились представления о магии белой и магии черной. (Один из самых наглядных, самых универсальных примеров такого рода – эволюция взглядов на древнекитайский символ инь – ян. Мы сейчас говорим в связи с ним о противоположности женского и мужского, левого и правого, влажного и сухого и т. п.; изначально же инь символизировало затененный склон горы, а ян – склон освещенный. Вот и пойми, что тут «добро», а что «зло»: гора-то одна и та же…)

Конечно, нетрудно представить себе хрестоматийного черного мага как человека, который использует свое могущество, свою власть над силами природы для убийства и подавления всего и вся, кроме себя самого. Легенды утверждают, что такие «безусловно черные» маги некогда погубили Атлантиду – так основательно, что великая культура сгинула практически без следа, вместе со своим материком. Но как тогда оценить деятельность деревенских знахарей, которые своим колдовством излечивают вполне конкретные болезни и помогают людям, или деяния, скажем, библейского Соломона? По преданию, он пользовался услугами злых демонов, «джиннов» – однако делал это совсем не так, как черные маги атлантов.

Соломон подчинил себе духов зла и заставил их построить Храм – не кумирню демонов, а Храм Единого Бога, Творца Вселенной. Конечно, потом, наверное, у Соломона было немало проблем с тем, чтобы избавиться от им же созданной связи с этими джиннами…

Сейчас нам трудно представить, как конкретно складывались представления о белой и черной магии. Можно лишь предположить, что в эпоху господства патриархальных религий (то есть в последние тысячелетия) функция жреца – служителя высших сил – стала ассоциироваться с добром и мужским началом, с белой магией. В то же время улаживание дел повседневных, однозначно не связанных с горним миром – весь этот круг проблем стали соотносить со злом и с женским началом, поскольку именно на женские плечи легло бремя материальных дел (даже само слово «материя» – вещество, противопоставленное духу в современной философии – во многих европейских языках созвучно слову «матерь»).

И действительно, из истории мы знаем, что в черной магии чаще обвиняли женщин, а не мужчин. Наиболее красноречива в этом плане история позднего христианства, которое, начиная примерно с X века, карало исцеляющие колдовские действия отлучением от Церкви, порой с последующей казнью. Правда, долгое время гражданское право было терпимее церковного и несколько смягчало ситуацию. Еще в начале XVII века ведущие правоведы Европы отличали естественную магию («всего лишь более точное знание природы») от магии «вредоносной, злой, противозаконной», «совершаемой с помощью демонов или создающей угрозу для тела и души». Все-таки к XVI веку церковная позиция в целом взяла верх, и начались массовые казни…

Однако магия жива и поныне – просто потому, что это вполне определенная область человеческого знания, как теоретического, так и практического. Секрет жизненности этого знания прост. К магии прибегают тогда, когда не помогают «официальные» средства медицины, «научные» психологические приемы или же методы разрешения конфликтов между людьми.

В любой области человеческого знания нужно так или иначе освоиться. Вряд ли кто-нибудь сейчас сможет найти себе живого «учителя-ведуна». Значит, остаются книги. Одна из них и предлагается вниманию читателей. Сборник из серии «Ваша тайна» включает в себя очерк кандидата филологических наук Валентины Ивановны ХАРИТОНОВОЙ «Черная и белая магия славян». Ученый-фольклорист позитивно относится к этим знаниям, дожившим до наших дней в старинных бывальщинах, легендах и сказаниях.

Вы прочитаете также работы практической направленности – труды Натальи Ивановны СТЕПАНОВОЙ. Она сама практикует белую магию; свои книги составила, отвечая на письма учеников – порой скептические. И это неудивительно: вспомним, как почти все мы еще недавно воспринимали все эти наговоры, гадания, ворожбу, зелья… А теперь начинаем потихоньку осознавать, как дальновидны могут быть идущие из глубины веков советы народных целителей.

Ценность работ Н. И. Степановой уже доказана довольно оригинальным образом. Когда Наталья Ивановна начала их выпускать небольшими малотиражными брошюрками (в Новосибирске) – тотчас появились подделки. Однако они, по мнению автора, не только вредоносны, но и непригодны для работы. ТОЛЬКО ИЗДАТЕЛЬСТВО «РИПОЛ классик» гарантирует выверенное издание этих работ (сведения о некоторых прежних, столь же тщательно проверенных изданиях приведены в конце нашего сборника).

Вы прочтете эти книги и… обогатитесь знаниями? обретете силу мага? получите еще одну книгу в свою коллекцию? постигнете новый пласт культуры своего народа? Каждый ищет свое, у каждого свои задачи. Но в любом случае эти книги могут быть вам полезны, если вы хотите избежать ударов судьбы, по-новому осознать мир и себя в нем, если хотите выйти из стрессовой ситуации не сломленным, а обновленным. Когда вы приобретете эту книгу, вам уже не придется в случае необходимости искать «знающих людей» – тем более что в них порой можно и ошибиться.

Максим ОШУРКОВ

I
В. Харитонова
Черная и белая магия славян

Откуда приходят видения?

Я успел только узнать, что в их мире есть реки, и озера, и деревья, и нивы, что живут в нем частью дьяволы, сотворенные прежде Богом благими, после же отпавшие с Люцифером, а частью – души умерших людей, не достойные ада, но не получившие надежды чистилища и осужденные томиться на земле до второго пришествия, что они всегда рады говорить с людьми, которых видят, как огонек во тьме, но не ко всем могут приступить, а лишь к тем, кто на это способен и кто не закрыт щитом служения Богу.

В. Брюсов. Огненный ангел


Чтобы понять некоторые странности современного мира или, по крайней мере, поближе познакомиться с ними, нужно обратиться к фольклорно-этнографиче-ским сведениям В них закреплены те необычные явления, которые и до сих пор поражают сознание человека. Их неимоверно много в несказочной народной прозе. И даже непосвященному слушателю становится понятно, например, что наш мир – не единственный на планете. Есть еще одна обитаемая среда, куда уходим мы после смерти. Самое же интересное, что там пребывают некие существа, способные влиять на нашу жизнь, и между двумя мирами особые лица могут установить контакты.

Кроме того, существа иного мира довольно часто посещают мир ныне живущих.

«Когда настало среднее время между полуднем и закатом, в пятницу повели они девушку к чему-то, сделанному ими наподобие карниза у дверей, она поставила ноги на руки мужчин; поднялась на этот карниз, сказала что-то на своем языке и была спущена. Затем подняли ее вторично, она сделала то же самое, что и в первый раз, и ее спустили; подняли ее в третий раз, и она делала как в первые два раза. <…> Я же спросил толмача об ея действии, и он мне ответил: в первый раз она сказала «вот вижу отца моего и мать мою!», во второй раз «вот вижу всех родственников сидящими!», в третий же раз сказала она: «Вот вижу моего господина сидящим в саду (в раю. – В. X.), а рай прекрасен, зелен: с ним находятся взрослые мужчины и мальчики, он зовет меня, посему ведите меня к нему». Так описывает восточный путешественник Ибн-Фадлан один из ритуалов при похоронах знатного русса, свидетелем которых он был. В ответах девушки, приготовленной к роли жертвы – спутницы умершего, заключены представления о мире мертвых, которые были свойственны человеку X века. Повествование доносит до нас, естественно, отголоски верований, гораздо более древних. Но и в произведениях фольклора, записанных в XX веке, обнаруживаются схожие воззрения на структуру, характер потустороннего мира. Оно только осложнено влиянием христианского учения.

Каковы же были в самом общем виде взгляды наших предков, восточных славян, на устройство этого мира и его обитателей?

Человеческое сознание, которому свойственно одушевлять все неживое и наделять его формой бытования, сходной с человеческой, создало мир инобытия.

Сама смерть осознавалась как пространственно-временной переход из одной жизни в другую, поскольку человеку трудно было представить неприсутствие в некоем пространстве того, кто совсем недавно был в среде его обитания.

К ушедшим в потусторонний мир издревле относились очень почтительно, поскольку они воспринимались как существа, наделенные неземным сверхзнанием и могуществом. Постепенно сформировался культ предков, включавший своеобразные формы поклонения.

Упорядочилось все, что было связано с переходом человека в инобытие. Это породило даже ритуалы проводов стариков на тот свет. Смерть жертв не воспринималась трагически. Она и для них обставлялась торжественно и означала для избранного в качестве жертвы человека достижение могущества, более значимого магического потенциала.

Был разработан строгий регламент для общения с умершими, осмыслен характер самих возможных контактов как во временном, так и в пространственном плане. Разумеется, в первую очередь эти правила предусматривали вторжение предков в мир живых.

Со стороны предков, заведомо наделенных сверхзнанием и силой, можно было ожидать как плохого, так и хорошего. Поэтому в различные календарные периоды необходимо было, соблюдая определенные правила поведения, задабривать представителей ирреального мира, особенно если они появлялись в мире живых. Один из таких периодов – зимние Святки, когда происходил непосредственный контакт двух миров. Считалось, что под видом святочных колядников, ряженых по деревням, по домам ходят предки, напоминая о себе. Ряженые исполняли магические песнопения – благопожелания (колядки, овсени, виноградия, щедровки), за которые пришельцев надо было одарить ритуальной едой, часто той же самой, какой угощали во время поминок.

Считалось, что контакты с миром мертвых обязательно происходят также на Масленицу, в Юрьев день, на Троицко-русальную неделю, послепасхальную Радуницу, Родительские субботы, Михайловские и другие поминальные дни.

Контакт с потусторонним миром осмысливался как двусторонний: не только предки могли являться живым, но и человек имел право обращаться к ним в каких-либо важных случаях. Это проявлялось, например, в устойчивой доныне традиции гаданий именно в то время, когда предполагается разомкнутость границы между мирами. Любая попытка узнать судьбу связывалась с непосредственным обращением к духам ирреального пространства.

Появление загадочных пришельцев для посвященных не являлось неожиданностью и не было очень страшным: система оберегов и вынужденного сопротивления потусторонней силе разработана в народной практике весьма детально.

Некоторые люди могли постоянно обращаться к потустороннему миру. Это было уделом тех, кто имел отношение к магии.

Но и для всех прочих людей появление жителей ирреального мира в мире живых не ограничивалось и календарными сроками. Некоторые духи всегда незримо как бы присутствовали рядом, а порой могли являться в своем реально-ирреальном образе. Это духи, чье существование связывалось с идеей покровительства или владения определенными пространствами и стихиями. Так, например, у человеческого жилища имелся свой предок-покровитель в образе домового, в лесу хозяйничал Леший, в воде – Водяной, в овине – овинник, в бане – банник. Человек осмысливал их существование сообразно собственной жизни: у них были жены и дети, им требовались работники, для чего духи могли использовать и людей.

Духи так называемой низшей мифологии прочно прижились в реальном мире. Но, помимо них, ирреальное пространство населяли существа, которых надлежало воспринимать с гораздо большими предосторожностями. Это были языческие боги. С их появлением ирреальный мир стал трехпространственным, соотносимым по членению своему c идеей мирового древа. Добро и зло в нем поляризовались, и возникло как бы три ирреальных пространства: мир богов, горний мир, и мир противостоящих им отрицательных божественных существ, мир преисподней. Распространение христианства среди славян практически вытеснило из народного сознания языческие божества.

Пожалуй, наиболее четко сохранился в народной традиции культ Перуна со всеми атрибутами (почитание его дерева – дуба, дня недели – четверга, ассоциирование грозы с битвой божества и мифического змея, часто заменяемого в наши дни на черта).

В некоторых случаях языческие боги совместились с христианскими преемниками. Например, крайне сложно объяснить, кто же такой Иван Купала, день которого по-разному чтят церковная и народная традиции.

Духи же низшей мифологии и сейчас окружают человека, о чем свидетельствуют многочисленные устные народные былички.

Однако они стали почитаться за нечистых и относиться к инфернальному миру дьявола. Но даже это не вызывало у человека абсолютно отрицательного отношения к существам ирреального мира. Поэтому сохранилось все-таки почитание духов дома, хотя не исключалось, что в дом может проникнуть и черт.

У восточных славян сформировалось так называемое двоеверие. Оно не только определяло отношение человека к потустороннему миру, но и к магическому началу в мире этом.

Магия как представление о сверхъестественных возможностях человека имеет место практически во всех религиозных системах. Реализация этих способностей разграничивается в зависимости от того, какие силы их питают. Магия делится на черную и белую.

Белая магия – как бы полуразрешенная сфера деятельности человека. Абсолютно дозволенной и необходимой она была в системе языческих религий. Монотеистическая религия отрицает любое магическое проявление, полагая, что человек полностью зависит от Бога, а все иное – от лукавого. Но такой запрет далеко не всегда выдерживался по отношению к белой магии: порой даже сами священнослужители отчитывали бесноватых, больных лихорадкой с помощью христианских молитв и даже более древних заклинаний.

Черная магия на стадии язычества была допустима в определенных случаях. Христианство же ее решительно отвергает как средство отрицательного воздействия на мир и человека с помощью дьявольских сил.

По системе христианских воззрений, людям, допущенным к магии, могут быть приданы силы, исходящие непосредственно от дьявола. При этом сам человек оказывается в значительной степени от него зависимым. Однако это относится только к черным колдунам. Большая же часть магических способностей обращена к силам добра. Любой представитель магического клана в нашем мире является личностью необычной, сверхсильной, способной знать, видеть и делать, чего не могут другие. Сила его зависит от собственной внутренней энергетической основы и от того, с кем он контактирует в ирреальном мире.

Человек может быть наделен сверхзнанием и могуществом и по особому велению свыше за праведность или какое-то иное особое поведение. Пророки и ясновидящие как бы совмещают в себе знания божественного и человеческого уровней.

Вера в возможность контактов с потусторонним миром и в сам этот мир сохраняется людьми, видимо, под воздействием тысячелетней магической практики предков, передаваемой генетически. Во всяком случае, мы часто сталкиваемся с пока непознанными воплощениями материи и духа.

Мир, в котором живем не только мы

– Привидения есть или нет? – спрашиваю я кота.

– И да и нет! – дремотно отвечает кот на ящике.

– Если ты их видишь и веришь, значит, есть. Если у тебя только два глаза и больше нет глаз, значит, нет.

Л. Миронихина. Семейная повесть


Таинственный мир наших сопланетников подстерегает нас повсюду, проявляясь подчас совершенно нежданно, а иногда по требованию человека. Контакт с существами нечеловеческой природы наиболее легко находят люди, которых в деревнях называют знахарями, колдунами, ведьмами. Эти люди необычайно интересны сами по себе. Они обладают почти неограниченными возможностями: их воздействие может распространяться не только на людей и животных, но и на природные явления и стихии.

Вот одна из быличек.

«Приехала к нам в село баба с Палесья. А тада война была. Беглые они были. Ну, поселились они, а ведь работать нада. Тада им колхоз стал работу давать. И вот эта баба, ее Палашкой звали, стала в район с птичника яйца возить. Да… А возила-то она их на телеге, да не как все, в ящеках, а в мешки складана, потом мешки на воз, веревкой вязала, да еще и сама сверху садилась. Вот так. И ты знаешь, ни одного яичка никада ни разбила!

Ну, тут слухи про нее по сялу поползли: ведьма, говорят, палесская. А она молчунья такая была, ни с кем дружбу ни водила, все одна. Да ведь одна-то весь век ни промолчишь. А люди сторонюцца – бояца. Одна я, видно, ее не боялась. Она мимо мово дома ходила. Нет-нет да и зайдет хоть воды напица. Вот я с ней поговорю, а бывалча покормлю чем – у них, у беглых-то, ничегошеньки ни было, а мы все ж своим домочком жили, хоть и война…

И вот один раз Пелагея моя зашла, а я огород поливаю, а воду-то мне далеко таскать: колодезя-то свово ни было. Вот она, сердешная, глядить на меня и говорить: Наташа, чего ж ты так маишьси-то? Давай я тибе под окном на дворе колодезь-то за одну ночь вырыю! Ты и ни пачуишь, а утром он уж тебя готов будить! – У-у-у, нет! – говарю. – Мне, Пелагея, таких подарков не надоть. Да и ты мне про то ни говари, а то я тебя бояцца буду!

Ну, она пошла, ниче мне ни сказала. А потом, када уезжать-то они все стали посля войны, она мне ище сказала, как колдунов от себя пугать нада. Да она тут много че делыла: людям говарила, кто с войны ни придеть… Вот лишь боялись ее все…» (Из архива автора.)

Но как бы к ведьмам и колдунам ни относились – они все-таки существа человеческой природы. В деревнях их опасаются, но знают средства, как им навредить и от них избавиться. Ведьмой могут называть обычную колдунью или ту, которая «специализируется» на отбирании у коров молока. Ведьма могла, превратившись в ужа или жабу, проникнуть в хлев и отсасывать молоко. Но иногда достаточно было колдовства без оборотничества.

«Пошла я один раз до зари в жито, а то на Юрья было. Вышла, гляжу, а соседка моя Марья так по житу прям катаицца. А она, Марья-то, много всего знала. Ну, дай, думаю, и я покатаюсь! Сняла одежу, осталась в исподнем, да и давай катацца! А у нас говаривали, что роса-то на Юрья от всего лечить, и я подумала, что она, Марья-то, лечицца.

А пришла я домой, сняла с себя мокрое-то все да на грубку сушить бросила, а сама к печке пошла. Чевой-то там делаю – глянула: батюшки светы! да у меня воды полна изба! Откуда беда такая? Гляжу, а у меня с исподней юбки-то, сушить-то я положила, вода ручьем!

Ну, я скорей юбку кинула на двор, а сама к Марье под окно: у нее-то что? Гляжу в окно, а у ней-то исподнее на ткацком станке лежите, а с него молочко ручьем бежить. Вот тут я и поверила, что люди правду про нее говорят – ведьма она!» (Из архива автора.)

Что такое маг? Наверное, для многих современных читателей это слово ассоциируется с доном Хуаном – героем мистического древне-американского учения, изложенного Карлосом Кастанедой. Многие, конечно, вспомнят ушедшего из жизни Виталия Ахрамовича, который и сам называл себя магом, и действительно был им, – не в смысле занятий «колдовством», а потому, что всегда, в любой бытовой ситуации чувствовал себя составной частью среды (прежде всего городской). Причем эта среда для него не была мертвым веществом; она живая и таинственная, она подчиняется незримым законам, которые нам пока еще плохо понятны. Это и есть законы магии.

Если отвлечься от сказочного образа старичка в мантии, расшитой звездами, и в остроконечном колпаке, то мага можно сравнить с охотником, которому внезапная тишина или следы на песке говорят гораздо больше, чем обычному человеку. Мир для охотника-мага полон тайн, но они его не пугают; он никогда неожиданно для себя не войдет в берлогу зверя. Ибо он – «человек знания».

Знания? Да, конечно. Только имеется в виду не книжная наука, а знание практическое, конкретное – но в то же время, как это ни покажется странным современному европейцу, знание всеобъемлющее. В любой традиции маг воспринимается как человек почти всезнающий. Вот только его русские наименования: «ведун», «знахарь»; сибиряки просто говорят о таком человеке – «знает много». Во всяком случае, больше других.

Магия стара если не как мир, то как человечество. Следы приемов «натуральной магии» – в погребениях эпохи палеолита, древне-каменного века. На заре времен магия воспринималась как данность, без оценки по принципу «хорошо – плохо». Просто можно было знать много – или мало. Колдун-маг мог быть вождем, жрецом, знахарем, воителем, палачом… Лишь потом, по мере развития культуры, когда весь мир поделили на правое – левое, горнее – дольнее, райское – инфернальное, – лишь тогда появились представления о магии белой и магии черной. (Один из самых наглядных, самых универсальных примеров такого рода – эволюция взглядов на древнекитайский символ инь – ян. Мы сейчас говорим в связи с ним о противоположности женского и мужского, левого и правого, влажного и сухого и т. п.; изначально же инь символизировало затененный склон горы, а ян – склон освещенный. Вот и пойми, что тут «добро», а что «зло»: гора-то одна и та же…)

Конечно, нетрудно представить себе хрестоматийного черного мага как человека, который использует свое могущество, свою власть над силами природы для убийства и подавления всего и вся, кроме себя самого. Легенды утверждают, что такие «безусловно черные» маги некогда погубили Атлантиду – так основательно, что великая культура сгинула практически без следа, вместе со своим материком. Но как тогда оценить деятельность деревенских знахарей, которые своим колдовством излечивают вполне конкретные болезни и помогают людям, или деяния, скажем, библейского Соломона? По преданию, он пользовался услугами злых демонов, «джиннов» – однако делал это совсем не так, как черные маги атлантов. Соломон подчинил себе духов зла и заставил их построить Храм – не кумирню демонов, а Храм Единого Бога, Творца Вселенной. Конечно, потом, наверное, у Соломона было немало проблем с тем, чтобы избавиться от им же созданной связи с этими джиннами…

Сейчас нам трудно представить, как конкретно складывались представления о белой и черной магии. Можно лишь предположить, что в эпоху господства патриархальных религий (то есть в последние тысячелетия) функция жреца – служителя высших сил – стала ассоциироваться с добром и мужским началом, с белой магией. В то же время улаживание дел повседневных, однозначно не связанных с горним миром – весь этот круг проблем стали соотносить со злом и с женским началом, поскольку именно на женские плечи легло бремя материальных дел (даже само слово «материя» – вещество, противопоставленное духу в современной философии – во многих европейских языках созвучно слову «матерь»).

И действительно, из истории мы знаем, что в черной магии чаще обвиняли женщин, а не мужчин. Наиболее красноречива в этом плане история позднего христианства, которое, начиная примерно с X века, карало исцеляющие колдовские действия отлучением от Церкви, порой с последующей казнью. Правда, долгое время гражданское право было терпимее церковного и несколько смягчало ситуацию. Еще в начале XVII века ведущие правоведы Европы отличали естественную магию («всего лишь более точное знание природы») от магии «вредоносной, злой, противозаконной», «совершаемой с помощью демонов или создающей угрозу для тела и души». Все-таки к XVI веку церковная позиция в целом взяла верх, и начались массовые казни…

Однако магия жива и поныне – просто потому, что это вполне определенная область человеческого знания, как теоретического, так и практического. Секрет жизненности этого знания прост. К магии прибегают тогда, когда не помогают «официальные» средства медицины, «научные» психологические приемы или же методы разрешения конфликтов между людьми.

В любой области человеческого знания нужно так или иначе освоиться. Вряд ли кто-нибудь сейчас сможет найти себе живого «учителя-ведуна». Значит, остаются книги. Одна из них и предлагается вниманию читателей. Сборник из серии «Ваша тайна» включает в себя очерк кандидата филологических наук Валентины Ивановны ХАРИТОНОВОЙ «Черная и белая магия славян». Ученый-фольклорист позитивно относится к этим знаниям, дожившим до наших дней в старинных бывальщинах, легендах и сказаниях.

Вы прочитаете также работы практической направленности – труды Натальи Ивановны СТЕПАНОВОЙ. Она сама практикует белую магию; свои книги составила, отвечая на письма учеников – порой скептические. И это неудивительно: вспомним, как почти все мы еще недавно воспринимали все эти наговоры, гадания, ворожбу, зелья… А теперь начинаем потихоньку осознавать, как дальновидны могут быть идущие из глубины веков советы народных целителей.

Ценность работ Н. И. Степановой уже доказана довольно оригинальным образом. Когда Наталья Ивановна начала их выпускать небольшими малотиражными брошюрками (в Новосибирске) – тотчас появились подделки. Однако они, по мнению автора, не только вредоносны, но и непригодны для работы. ТОЛЬКО ИЗДАТЕЛЬСТВО «РИПОЛ классик» гарантирует выверенное издание этих работ (сведения о некоторых прежних, столь же тщательно проверенных изданиях приведены в конце нашего сборника).

Вы прочтете эти книги и… обогатитесь знаниями? обретете силу мага? получите еще одну книгу в свою коллекцию? постигнете новый пласт культуры своего народа? Каждый ищет свое, у каждого свои задачи. Но в любом случае эти книги могут быть вам полезны, если вы хотите избежать ударов судьбы, по-новому осознать мир и себя в нем, если хотите выйти из стрессовой ситуации не сломленным, а обновленным. Когда вы приобретете эту книгу, вам уже не придется в случае необходимости искать «знающих людей» – тем более что в них порой можно и ошибиться.

Максим ОШУРКОВ

В. Харитонова

Черная и белая магия славян

Откуда приходят видения?

Я успел только узнать, что в их мире есть реки, и озера, и деревья, и нивы, что живут в нем частью дьяволы, сотворенные прежде Богом благими, после же отпавшие с Люцифером, а частью – души умерших людей, не достойные ада, но не получившие надежды чистилища и осужденные томиться на земле до второго пришествия, что они всегда рады говорить с людьми, которых видят, как огонек во тьме, но не ко всем могут приступить, а лишь к тем, кто на это способен и кто не закрыт щитом служения Богу.

В. Брюсов. Огненный ангел

Чтобы понять некоторые странности современного мира или, по крайней мере, поближе познакомиться с ними, нужно обратиться к фольклорно-этнографиче-ским сведениям В них закреплены те необычные явления, которые и до сих пор поражают сознание человека. Их неимоверно много в несказочной народной прозе. И даже непосвященному слушателю становится понятно, например, что наш мир – не единственный на планете. Есть еще одна обитаемая среда, куда уходим мы после смерти. Самое же интересное, что там пребывают некие существа, способные влиять на нашу жизнь, и между двумя мирами особые лица могут установить контакты.

Текущая страница: 1 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

Наталья Ивановна Степанова
Магия

Человек в магическом мире

Что такое маг? Наверное, для многих современных читателей это слово ассоциируется с доном Хуаном – героем мистического древне-американского учения, изложенного Карлосом Кастанедой. Многие, конечно, вспомнят ушедшего из жизни Виталия Ахрамовича, который и сам называл себя магом, и действительно был им, – не в смысле занятий «колдовством», а потому, что всегда, в любой бытовой ситуации чувствовал себя составной частью среды (прежде всего городской). Причем эта среда для него не была мертвым веществом; она живая и таинственная, она подчиняется незримым законам, которые нам пока еще плохо понятны. Это и есть законы магии.

Если отвлечься от сказочного образа старичка в мантии, расшитой звездами, и в остроконечном колпаке, то мага можно сравнить с охотником, которому внезапная тишина или следы на песке говорят гораздо больше, чем обычному человеку. Мир для охотника-мага полон тайн, но они его не пугают; он никогда неожиданно для себя не войдет в берлогу зверя. Ибо он – «человек знания».

Знания? Да, конечно. Только имеется в виду не книжная наука, а знание практическое, конкретное – но в то же время, как это ни покажется странным современному европейцу, знание всеобъемлющее. В любой традиции маг воспринимается как человек почти всезнающий. Вот только его русские наименования: «ведун», «знахарь»; сибиряки просто говорят о таком человеке – «знает много». Во всяком случае, больше других.

Магия стара если не как мир, то как человечество. Следы приемов «натуральной магии» – в погребениях эпохи палеолита, древне-каменного века. На заре времен магия воспринималась как данность, без оценки по принципу «хорошо – плохо». Просто можно было знать много – или мало. Колдун-маг мог быть вождем, жрецом, знахарем, воителем, палачом… Лишь потом, по мере развития культуры, когда весь мир поделили на правое – левое, горнее – дольнее, райское – инфернальное, – лишь тогда появились представления о магии белой и магии черной. (Один из самых наглядных, самых универсальных примеров такого рода – эволюция взглядов на древнекитайский символ инь – ян. Мы сейчас говорим в связи с ним о противоположности женского и мужского, левого и правого, влажного и сухого и т. п.; изначально же инь символизировало затененный склон горы, а ян – склон освещенный. Вот и пойми, что тут «добро», а что «зло»: гора-то одна и та же…)

Конечно, нетрудно представить себе хрестоматийного черного мага как человека, который использует свое могущество, свою власть над силами природы для убийства и подавления всего и вся, кроме себя самого. Легенды утверждают, что такие «безусловно черные» маги некогда погубили Атлантиду – так основательно, что великая культура сгинула практически без следа, вместе со своим материком. Но как тогда оценить деятельность деревенских знахарей, которые своим колдовством излечивают вполне конкретные болезни и помогают людям, или деяния, скажем, библейского Соломона? По преданию, он пользовался услугами злых демонов, «джиннов» – однако делал это совсем не так, как черные маги атлантов. Соломон подчинил себе духов зла и заставил их построить Храм – не кумирню демонов, а Храм Единого Бога, Творца Вселенной. Конечно, потом, наверное, у Соломона было немало проблем с тем, чтобы избавиться от им же созданной связи с этими джиннами…

Сейчас нам трудно представить, как конкретно складывались представления о белой и черной магии. Можно лишь предположить, что в эпоху господства патриархальных религий (то есть в последние тысячелетия) функция жреца – служителя высших сил – стала ассоциироваться с добром и мужским началом, с белой магией. В то же время улаживание дел повседневных, однозначно не связанных с горним миром – весь этот круг проблем стали соотносить со злом и с женским началом, поскольку именно на женские плечи легло бремя материальных дел (даже само слово «материя» – вещество, противопоставленное духу в современной философии – во многих европейских языках созвучно слову «матерь»).

И действительно, из истории мы знаем, что в черной магии чаще обвиняли женщин, а не мужчин. Наиболее красноречива в этом плане история позднего христианства, которое, начиная примерно с X века, карало исцеляющие колдовские действия отлучением от Церкви, порой с последующей казнью. Правда, долгое время гражданское право было терпимее церковного и несколько смягчало ситуацию. Еще в начале XVII века ведущие правоведы Европы отличали естественную магию («всего лишь более точное знание природы») от магии «вредоносной, злой, противозаконной», «совершаемой с помощью демонов или создающей угрозу для тела и души». Все-таки к XVI веку церковная позиция в целом взяла верх, и начались массовые казни…

Однако магия жива и поныне – просто потому, что это вполне определенная область человеческого знания, как теоретического, так и практического. Секрет жизненности этого знания прост. К магии прибегают тогда, когда не помогают «официальные» средства медицины, «научные» психологические приемы или же методы разрешения конфликтов между людьми.

В любой области человеческого знания нужно так или иначе освоиться. Вряд ли кто-нибудь сейчас сможет найти себе живого «учителя-ведуна». Значит, остаются книги. Одна из них и предлагается вниманию читателей. Сборник из серии «Ваша тайна» включает в себя очерк кандидата филологических наук Валентины Ивановны ХАРИТОНОВОЙ «Черная и белая магия славян». Ученый-фольклорист позитивно относится к этим знаниям, дожившим до наших дней в старинных бывальщинах, легендах и сказаниях.

Вы прочитаете также работы практической направленности – труды Натальи Ивановны СТЕПАНОВОЙ. Она сама практикует белую магию; свои книги составила, отвечая на письма учеников – порой скептические. И это неудивительно: вспомним, как почти все мы еще недавно воспринимали все эти наговоры, гадания, ворожбу, зелья… А теперь начинаем потихоньку осознавать, как дальновидны могут быть идущие из глубины веков советы народных целителей.

Ценность работ Н. И. Степановой уже доказана довольно оригинальным образом. Когда Наталья Ивановна начала их выпускать небольшими малотиражными брошюрками (в Новосибирске) – тотчас появились подделки. Однако они, по мнению автора, не только вредоносны, но и непригодны для работы. ТОЛЬКО ИЗДАТЕЛЬСТВО «РИПОЛ классик» гарантирует выверенное издание этих работ (сведения о некоторых прежних, столь же тщательно проверенных изданиях приведены в конце нашего сборника).

Вы прочтете эти книги и… обогатитесь знаниями? обретете силу мага? получите еще одну книгу в свою коллекцию? постигнете новый пласт культуры своего народа? Каждый ищет свое, у каждого свои задачи. Но в любом случае эти книги могут быть вам полезны, если вы хотите избежать ударов судьбы, по-новому осознать мир и себя в нем, если хотите выйти из стрессовой ситуации не сломленным, а обновленным. Когда вы приобретете эту книгу, вам уже не придется в случае необходимости искать «знающих людей» – тем более что в них порой можно и ошибиться.

Максим ОШУРКОВ

I
В. Харитонова
Черная и белая магия славян

Откуда приходят видения?

Я успел только узнать, что в их мире есть реки, и озера, и деревья, и нивы, что живут в нем частью дьяволы, сотворенные прежде Богом благими, после же отпавшие с Люцифером, а частью – души умерших людей, не достойные ада, но не получившие надежды чистилища и осужденные томиться на земле до второго пришествия, что они всегда рады говорить с людьми, которых видят, как огонек во тьме, но не ко всем могут приступить, а лишь к тем, кто на это способен и кто не закрыт щитом служения Богу.

В. Брюсов. Огненный ангел

Чтобы понять некоторые странности современного мира или, по крайней мере, поближе познакомиться с ними, нужно обратиться к фольклорно-этнографиче-ским сведениям В них закреплены те необычные явления, которые и до сих пор поражают сознание человека. Их неимоверно много в несказочной народной прозе. И даже непосвященному слушателю становится понятно, например, что наш мир – не единственный на планете. Есть еще одна обитаемая среда, куда уходим мы после смерти. Самое же интересное, что там пребывают некие существа, способные влиять на нашу жизнь, и между двумя мирами особые лица могут установить контакты.

Кроме того, существа иного мира довольно часто посещают мир ныне живущих.

«Когда настало среднее время между полуднем и закатом, в пятницу повели они девушку к чему-то, сделанному ими наподобие карниза у дверей, она поставила ноги на руки мужчин; поднялась на этот карниз, сказала что-то на своем языке и была спущена. Затем подняли ее вторично, она сделала то же самое, что и в первый раз, и ее спустили; подняли ее в третий раз, и она делала как в первые два раза. Я же спросил толмача об ея действии, и он мне ответил: в первый раз она сказала «вот вижу отца моего и мать мою!», во второй раз «вот вижу всех родственников сидящими!», в третий же раз сказала она: «Вот вижу моего господина сидящим в саду (в раю. – В. X.), а рай прекрасен, зелен: с ним находятся взрослые мужчины и мальчики, он зовет меня, посему ведите меня к нему». Так описывает восточный путешественник Ибн-Фадлан один из ритуалов при похоронах знатного русса, свидетелем которых он был. В ответах девушки, приготовленной к роли жертвы – спутницы умершего, заключены представления о мире мертвых, которые были свойственны человеку X века. Повествование доносит до нас, естественно, отголоски верований, гораздо более древних. Но и в произведениях фольклора, записанных в XX веке, обнаруживаются схожие воззрения на структуру, характер потустороннего мира. Оно только осложнено влиянием христианского учения.

Каковы же были в самом общем виде взгляды наших предков, восточных славян, на устройство этого мира и его обитателей?

Человеческое сознание, которому свойственно одушевлять все неживое и наделять его формой бытования, сходной с человеческой, создало мир инобытия.

Сама смерть осознавалась как пространственно-временной переход из одной жизни в другую, поскольку человеку трудно было представить неприсутствие в некоем пространстве того, кто совсем недавно был в среде его обитания.

К ушедшим в потусторонний мир издревле относились очень почтительно, поскольку они воспринимались как существа, наделенные неземным сверхзнанием и могуществом. Постепенно сформировался культ предков, включавший своеобразные формы поклонения.

Упорядочилось все, что было связано с переходом человека в инобытие. Это породило даже ритуалы проводов стариков на тот свет. Смерть жертв не воспринималась трагически. Она и для них обставлялась торжественно и означала для избранного в качестве жертвы человека достижение могущества, более значимого магического потенциала.

Был разработан строгий регламент для общения с умершими, осмыслен характер самих возможных контактов как во временном, так и в пространственном плане. Разумеется, в первую очередь эти правила предусматривали вторжение предков в мир живых.

Со стороны предков, заведомо наделенных сверхзнанием и силой, можно было ожидать как плохого, так и хорошего. Поэтому в различные календарные периоды необходимо было, соблюдая определенные правила поведения, задабривать представителей ирреального мира, особенно если они появлялись в мире живых. Один из таких периодов – зимние Святки, когда происходил непосредственный контакт двух миров. Считалось, что под видом святочных колядников, ряженых по деревням, по домам ходят предки, напоминая о себе. Ряженые исполняли магические песнопения – благопожелания (колядки, овсени, виноградия, щедровки), за которые пришельцев надо было одарить ритуальной едой, часто той же самой, какой угощали во время поминок.

Считалось, что контакты с миром мертвых обязательно происходят также на Масленицу, в Юрьев день, на Троицко-русальную неделю, послепасхальную Радуницу, Родительские субботы, Михайловские и другие поминальные дни.

Контакт с потусторонним миром осмысливался как двусторонний: не только предки могли являться живым, но и человек имел право обращаться к ним в каких-либо важных случаях. Это проявлялось, например, в устойчивой доныне традиции гаданий именно в то время, когда предполагается разомкнутость границы между мирами. Любая попытка узнать судьбу связывалась с непосредственным обращением к духам ирреального пространства.

Появление загадочных пришельцев для посвященных не являлось неожиданностью и не было очень страшным: система оберегов и вынужденного сопротивления потусторонней силе разработана в народной практике весьма детально.

Некоторые люди могли постоянно обращаться к потустороннему миру. Это было уделом тех, кто имел отношение к магии.

Но и для всех прочих людей появление жителей ирреального мира в мире живых не ограничивалось и календарными сроками. Некоторые духи всегда незримо как бы присутствовали рядом, а порой могли являться в своем реально-ирреальном образе. Это духи, чье существование связывалось с идеей покровительства или владения определенными пространствами и стихиями. Так, например, у человеческого жилища имелся свой предок-покровитель в образе домового, в лесу хозяйничал Леший, в воде – Водяной, в овине – овинник, в бане – банник. Человек осмысливал их существование сообразно собственной жизни: у них были жены и дети, им требовались работники, для чего духи могли использовать и людей.

Духи так называемой низшей мифологии прочно прижились в реальном мире. Но, помимо них, ирреальное пространство населяли существа, которых надлежало воспринимать с гораздо большими предосторожностями. Это были языческие боги. С их появлением ирреальный мир стал трехпространственным, соотносимым по членению своему c идеей мирового древа. Добро и зло в нем поляризовались, и возникло как бы три ирреальных пространства: мир богов, горний мир, и мир противостоящих им отрицательных божественных существ, мир преисподней. Распространение христианства среди славян практически вытеснило из народного сознания языческие божества.

Пожалуй, наиболее четко сохранился в народной традиции культ Перуна со всеми атрибутами (почитание его дерева – дуба, дня недели – четверга, ассоциирование грозы с битвой божества и мифического змея, часто заменяемого в наши дни на черта).

В некоторых случаях языческие боги совместились с христианскими преемниками. Например, крайне сложно объяснить, кто же такой Иван Купала, день которого по-разному чтят церковная и народная традиции.

Духи же низшей мифологии и сейчас окружают человека, о чем свидетельствуют многочисленные устные народные былички.

Однако они стали почитаться за нечистых и относиться к инфернальному миру дьявола. Но даже это не вызывало у человека абсолютно отрицательного отношения к существам ирреального мира. Поэтому сохранилось все-таки почитание духов дома, хотя не исключалось, что в дом может проникнуть и черт.

У восточных славян сформировалось так называемое двоеверие. Оно не только определяло отношение человека к потустороннему миру, но и к магическому началу в мире этом.

Магия как представление о сверхъестественных возможностях человека имеет место практически во всех религиозных системах. Реализация этих способностей разграничивается в зависимости от того, какие силы их питают. Магия делится на черную и белую.

Белая магия – как бы полуразрешенная сфера деятельности человека. Абсолютно дозволенной и необходимой она была в системе языческих религий. Монотеистическая религия отрицает любое магическое проявление, полагая, что человек полностью зависит от Бога, а все иное – от лукавого. Но такой запрет далеко не всегда выдерживался по отношению к белой магии: порой даже сами священнослужители отчитывали бесноватых, больных лихорадкой с помощью христианских молитв и даже более древних заклинаний.

Черная магия на стадии язычества была допустима в определенных случаях. Христианство же ее решительно отвергает как средство отрицательного воздействия на мир и человека с помощью дьявольских сил.

По системе христианских воззрений, людям, допущенным к магии, могут быть приданы силы, исходящие непосредственно от дьявола. При этом сам человек оказывается в значительной степени от него зависимым. Однако это относится только к черным колдунам. Большая же часть магических способностей обращена к силам добра. Любой представитель магического клана в нашем мире является личностью необычной, сверхсильной, способной знать, видеть и делать, чего не могут другие. Сила его зависит от собственной внутренней энергетической основы и от того, с кем он контактирует в ирреальном мире.

Человек может быть наделен сверхзнанием и могуществом и по особому велению свыше за праведность или какое-то иное особое поведение. Пророки и ясновидящие как бы совмещают в себе знания божественного и человеческого уровней.

Вера в возможность контактов с потусторонним миром и в сам этот мир сохраняется людьми, видимо, под воздействием тысячелетней магической практики предков, передаваемой генетически. Во всяком случае, мы часто сталкиваемся с пока непознанными воплощениями материи и духа.

Мир, в котором живем не только мы

– Привидения есть или нет? – спрашиваю я кота.

– И да и нет! – дремотно отвечает кот на ящике.

– Если ты их видишь и веришь, значит, есть. Если у тебя только два глаза и больше нет глаз, значит, нет.

Л. Миронихина. Семейная повесть

Таинственный мир наших сопланетников подстерегает нас повсюду, проявляясь подчас совершенно нежданно, а иногда по требованию человека. Контакт с существами нечеловеческой природы наиболее легко находят люди, которых в деревнях называют знахарями, колдунами, ведьмами. Эти люди необычайно интересны сами по себе. Они обладают почти неограниченными возможностями: их воздействие может распространяться не только на людей и животных, но и на природные явления и стихии.

Вот одна из быличек.

«Приехала к нам в село баба с Палесья. А тада война была. Беглые они были. Ну, поселились они, а ведь работать нада. Тада им колхоз стал работу давать. И вот эта баба, ее Палашкой звали, стала в район с птичника яйца возить. Да… А возила-то она их на телеге, да не как все, в ящеках, а в мешки складана, потом мешки на воз, веревкой вязала, да еще и сама сверху садилась. Вот так. И ты знаешь, ни одного яичка никада ни разбила!

Ну, тут слухи про нее по сялу поползли: ведьма, говорят, палесская. А она молчунья такая была, ни с кем дружбу ни водила, все одна. Да ведь одна-то весь век ни промолчишь. А люди сторонюцца – бояца. Одна я, видно, ее не боялась. Она мимо мово дома ходила. Нет-нет да и зайдет хоть воды напица. Вот я с ней поговорю, а бывалча покормлю чем – у них, у беглых-то, ничегошеньки ни было, а мы все ж своим домочком жили, хоть и война…

И вот один раз Пелагея моя зашла, а я огород поливаю, а воду-то мне далеко таскать: колодезя-то свово ни было. Вот она, сердешная, глядить на меня и говорить: Наташа, чего ж ты так маишьси-то? Давай я тибе под окном на дворе колодезь-то за одну ночь вырыю! Ты и ни пачуишь, а утром он уж тебя готов будить! – У-у-у, нет! – говарю. – Мне, Пелагея, таких подарков не надоть. Да и ты мне про то ни говари, а то я тебя бояцца буду!

Ну, она пошла, ниче мне ни сказала. А потом, када уезжать-то они все стали посля войны, она мне ище сказала, как колдунов от себя пугать нада. Да она тут много че делыла: людям говарила, кто с войны ни придеть… Вот лишь боялись ее все…» (Из архива автора.)

Но как бы к ведьмам и колдунам ни относились – они все-таки существа человеческой природы. В деревнях их опасаются, но знают средства, как им навредить и от них избавиться. Ведьмой могут называть обычную колдунью или ту, которая «специализируется» на отбирании у коров молока. Ведьма могла, превратившись в ужа или жабу, проникнуть в хлев и отсасывать молоко. Но иногда достаточно было колдовства без оборотничества.

«Пошла я один раз до зари в жито, а то на Юрья было. Вышла, гляжу, а соседка моя Марья так по житу прям катаицца. А она, Марья-то, много всего знала. Ну, дай, думаю, и я покатаюсь! Сняла одежу, осталась в исподнем, да и давай катацца! А у нас говаривали, что роса-то на Юрья от всего лечить, и я подумала, что она, Марья-то, лечицца.

А пришла я домой, сняла с себя мокрое-то все да на грубку сушить бросила, а сама к печке пошла. Чевой-то там делаю – глянула: батюшки светы! да у меня воды полна изба! Откуда беда такая? Гляжу, а у меня с исподней юбки-то, сушить-то я положила, вода ручьем!

Ну, я скорей юбку кинула на двор, а сама к Марье под окно: у нее-то что? Гляжу в окно, а у ней-то исподнее на ткацком станке лежите, а с него молочко ручьем бежить. Вот тут я и поверила, что люди правду про нее говорят – ведьма она!» (Из архива автора.)

Рассказать друзьям