Губкообразная энцефалопатия крупного рогатого скота. Энцефалопатия норок Энцефалопатия норок

💖 Нравится? Поделись с друзьями ссылкой

Энцефалопатия (трансмиссивная энцефалопатия) - наименее изученная инфекция из группы медленных; поражает норок, характеризуется длительным инкубационным периодом, прогрессирующим нарушением функции центральной нервной системы и дегенеративными изменениями в мозге.
Распространение. Болезнь зарегистрирована только США и Канаде. Описана Hartsough, Burger в 1965 г. Первые вспышки болезни наблюдали в 1947 г. в штате Висконсин, в 1961, 1963 гг. в этом штате и штата Айдахо, а также в Канаде, в провинции Онтарио.
Этиология. Возбудитель энцефалопатии норок прион. Установлено, что по физическим и химическим свойствам он похож на возбудителя скрепи. Размеры его, как установлено методом фильтрации, менее 50 нм. Устойчив к действию ультрафиолетовой радиации, кипячению в течение 15 мин, разрушается ферментом проназой, снижает инфекционную активность после обработки эфиром в течение 18 часов при температуре 4°С. Инфекционная активность возбуди­теля сохраняется в течение 20 месяцев хранения в 10%-ном растворе формалина. Попытки выделить из тканей мозга больных животных инфекционную нукле­иновую кислоту методом фенольной экстракции ока­зались безуспешными.
Эпизоотология. В естественных условиях болеют только норки. Поражаются взрослые животные в возрасте одного года и старше.
Пути передачи возбудителя точно не установлены, но считают, что при совместном содержании больных и здоровых животных он либо не передается, либо передается крайне редко. Распространению болезни способствует каннибализм.
При одинаковых условиях содержания и кормления, а также при совместном содержании потомства с больной самкой случаи заболевания молодняка не были зарегистрированы ни в одной из описанных вспышек. Однако установлен факт заболевания и гибели потомства через 8-9 месяцев после гибели самки. При этом отмечалось поедание молодняком внутренних органов и тушки трупа. В экспериментах установлена одинаковая чувствительность новорожденных и взрослых норок к интрацеребральному заражению. По-видимому, избирательное поражение энцефалопатией норок старше одного года объясняется не различной возрастной чувствительностью животных, а особенностями инфекционного процесса при медленных инфекциях, в частности длительностью инкубационного периода, а также особенностями биологии норок. Не установлено также различий в чувствительности норок в зависимости от породы, окраски меха животных.
Наблюдали возникновение эпизоотии после скармливания норкам мяса, как считают, контаминированного возбудителем скрепи. Норки содержались на обычной диете, в состав которой входило сырое мясо, иногда от вынужденно убитого скота, субпродукты, печень, рыба.
В 1961 г. в штате Висконсин (США) вспышка охватила животных пяти ферм, получавших корм из одной фабрики. В 1963 г. болезнь наблюдали еще на двух фермах, также получавших корм из общего источника.
Заслуживают более пристального внимания и обсуждения вопросы происхождения возбудителя энцефалопатии, имеющие важное эпизоотологическое значение.
Hartsough, Burger считают, что норки играют незначительную роль в эпизоотологии болезни. Основным хозяином служат, по-видимому, другие виды животных, пока окончательно не установленные.
Сходство клинико-анатомических признаков скрепи овец и энцефалопатии норок, а также одинаковые свойства возбудителей этих инфекций определяют правомерность постановки вопроса о том, не является ли заболевание норок результатом скармливания им мяса и субпродуктов овец, инфицированных скрепи. Хотя, прямых доказательств использования таких продуктов не получено, абсолютно исключить такую возможность, как показали наблюдения, нельзя. Результаты экспериментального заражения норок свидетельствуют об их чувствительности к возбудителю скрепи. Интрацеребральное заражение норок суспензией ткани мозга или селезенки овец, больных скрепи, вызывало типичную картину энцефалопатии.
К экспериментальному заражению чувствительны козы, хомяки, хорьки-альбиносы, полосатые скунсы, еноты, макаки-резус, беличьи и короткохвостые обезьяны
Через 20-28 месяцев после интрацеребралыюй инокуляции козам суспензии мозга больных норок у коз наблюдали клинические признаки болезни (нарушение походки, птоз век, слепоту) и гистологические изменения в мозге, характерные для энцефалопатии. Обезьяны-резус после подкожного, внутримышечного, внутривенного и орального заражения оставались клинически здоровыми в течение 33 месяцев (срок наблюдения). Однако при гистологическом исследовании мозга обнаружена полиэнцефалопатия, подобная наблюдаемой при энцефалопатии норок. У хомяков так же обнаружили дегенеративные изменения в мозге, характерные для энцефалопатии.
Норки заболевали после инокуляции суспензии мозга хомяков.
У зараженных белых мышей (линия swiss), кошек, телят не наблюдали ни клинических признаков болез­ни, ни гистологических изменений в мозге, между тем как введение суспензии мозга этих животных норкам вызывало заболевание последних. Дискутирует­ся вопрос о том, происходит ли в данном случае реп­ликация возбудителя или он персистирует в мозге? Ввиду того что после введения материала, полученно­го от животных, не проявивших клинических призна­ков, картина болезни у норок развивается по истече­нии длительного инкубационного периода (200-250 дней), делается вывод о низком титре возбудителя во вводимом материале и, следовательно, о возможном персистировании его без репликации.
Таким образом, обсуждаемые данные, на наш взгляд, не устанавливают ясного понимания связей между скрепи и энцефалопатией норок, а лишь свиде­тельствуют о клинико-анатомическом сходстве этих заболеваний. Делать окончательные выводы еще не представляется возможным.
Болезнь может вызвать значительный экономический ущерб. Заболеваемость колеблется от 10-30 до 90-100 %. Летальность всегда 100 %-ная.
Патогенез изучен недостаточно. Он сходен с та­ковым при скрепи. Возбудитель накапливается глав­ным образом в клетках и тканях лимфатической и центральной нервной систем, вызывая в них дистрофические и некротические процессы. Так же как при скрепи, характерно отсутствие классического клеточного и гуморального ответа организма на внедрение возбудителя инфекции.
Симптомы. Длительность инкубационного периода в естественных условиях не установлена, считается от 8 до 12 месяцев. При экспериментальном заражении путем подкожного введения материала инкубационный период продолжается 5-6 месяцев и 8 месяцев при скармли­вании тканей и органов от пораженных животных.
Болезнь развивается медленно и незаметно, всегда заканчивается летально. Вначале наблюдают­ся едва заметные отклонения от нормального поведе­ния животных. Исчезает инстинкт поддержания чис­тоты: гнездо становится загрязненным, помет не со­бирается как обычно в одном месте, а разбрасывается по всей клетке, пища в кормушке обычно затоптана. Норки испытывают некоторую затрудненность при глотании. Часто животные становятся более возбуди­мыми и бесцельно бегают по клетке. Самки пренебре­гают заботой о щенках, и этот признак часто выявля­ется раньше других.
Хвост, как правило, располагается поверх спины, как у белок, часто встречаются жи­вотные с тяжело изувеченными хвостами. Вскоре раз­виваются симптомы нарушения двигательной коорди­нации, походка делается одеревенелой, а поступь не­уверенной, шаткой, наблюдаются отрывистые резкие движения задних конечностей, иногда судороги. Жи­вотные кусают свой хвост, двигаясь по кругу, при этом отчетливо выявляется нарушение походки. Затем дви­гательные расстройства прогрессируют, и вскоре жи­вотные почти полностью утрачивают способность к движению. Однако вялые параличи никогда не на­блюдаются. В заключительной стадии болезни живот­ные сидят в углу клетки, вцепившись зубами в прово­локу сетки, и могут оставаться в таком положении длительное время. В этот период они находятся в по­лусонном состоянии, но могут легко быть разбужены. Часто наблюдается легкий тремор. Зрение, слух, так­тильная чувствительность обычно не нарушаются, корнеальный рефлекс сохраняется.
Болезнь продолжается от 3 до 6 недель и заканчива­ется гибелью животных. Самцы, как правило, погиба­ют несколько раньше самок.
Различные неблагоприят­ные условия, такие как резкие колебания температу­ры, ускоряют гибель. Погибших животных обычно находят в характерном положении: в углу клетки с зубами, крепко стиснутыми на проволоке сетки.
Возможно бессимптомное течение, при котором от­мечают периодические отказы от корма и прогресси­рующее исхудание.
Патологоанагомические изменения. При осмотре трупа бросается в глаза обезвоживание тканей и рез­кое уменьшение жировых отложений, труп истощен. В головном мозге - анемия и отек. Отсутствуют ка­кие-либо макро- и микроскопические поражения ске­летной мускулатуры, костей, внутренних органов.
Гистологические изменения. При исследовании срезов мозга выявляются значительные дистрофичес­кие изменения. Наиболее характерна диффузная вакуолизация серого вещества, приводящая к образо­ванию губкообразных участков в мозговой ткани. Дист­рофические изменения нервных клеток, характеризу­ющиеся хроматолизом, склерозом, пикнозом, обнару­живаются в коре и стволе головного мозга и мозжеч­ке. В нейронах среднего мозга, варолиева моста и но­жек мозжечка наблюдается вакуолизация цитоплаз­мы. Вакуоли разнообразны по размеру, могут быть большими и маленькими, по одной и несколько в каж­дом нейроне. Они бывают пустые или содержат эозинофильные включения. Обычно вакуоли обнаружива­ются в клетках одного-двух ядер серого вещества и от­сутствуют в других.
В начальной стадии поражения мозговой ткани в нейронах - мелкие вакуоли, в дальнейшем они увели­чиваются, сливаются и оттесняют ядро к периферии клетки. Вакуоли находят и в межклеточном веществе головного мозга. Располагаясь вокруг нейрона, они часто глубоко вдавливаются в наружную мембрану клетки.
В мозжечке отмечается пикноз клеток Пуркинье. Выраженный астроцитоз и вакуолизация нейроглии являются постоянно обнаруживаемым признаком.
Диагноз на трансмиссивную энцефалопатию уста­навливают на основании клинических (медленное про­грессирующее нарастание симптомов поражения цент­ральной нервной системы), эпизоотологических дан­ных (высокая заболеваемость, 100 %-ная летальность, поражение животных старше года), результатов гис­тологического исследования.
Для исследования отбирают кусочки аммонова ро­га, коры больших полушарий в области бокового же­лудочка, фиксируют в 10%-ном растворе нейтрально­го формалина. Срезы окрашивают гематоксилин-эо­зином. Обнаруживают характерную вакуолизацию нейронов серого вещества коры головного мозга, гипер­трофию и пролиферацию клеток астроглии. Признаки воспаления не выявляются. Срок гистологического ис­следования - до 7 суток.
Дифференциальный диагноз. При пос­тановке диагноза необходимо дифференцировать эн­цефалопатию норок от самопогрызания, которым бо­леют щенки с 30- 45-суточного возраста и взрослые звери, тогда как энцефалопатия проявляется только у взрослых. При самопогрызании у норок при клиниче­ском и патологоанатомическом осмотре обнаружива­ют травмы, которые при энцефалопатии отсутствуют.
Иммунитет. Как и при других спонгиозных энцефалопатиях, у больных норок иммунный ответ не раз­вивается. Серологическими реакциями не удалось об­наружить специфических антител.
Меры профилактики и борьбы. Меры специфиче­ской профилактики не разработаны. Основным про­филактическим мероприятием является ветеринарно-санитарный контроль мяса, поступающего в корм нор­кам.

Губкообразная энцефалопатия крупного рогатого скота (ГЭ КРС) -медленно развивающаяся инфекционная прионная трансмиссивная болезнь взрослого крупного рогатого скота, характеризующаяся длительным, до 2.5-8 лет, инкубационным периодом и проявляющаяся поражением центральной нервной системы со 100% летальностью.

Историческая справка .

Губкообразная энцефалопатия впервые была зарегистрирована в 1985—1986 годах в Великобритании под названием «болезнь бешеной коровы». Хотя ранее имелись данные, что болезнь подобного рода была еще раньше в 1965году, когда заболело около 200 тысяч коров в возрасте от 3 до 5 лет.

Практически почти одновременно данную болезнь установили в Ирландии.

В последующие 10 лет произошло распространение ГЭ КРС на другие страны — Франция, Португалия, Швейцария, Германия, Нидерланды, Италия, Дания, Словакия, Финляндия и др. В результате завоза инфицированного скота имели место случае заболевания ГЭ КРС в Канаде, Израиле,Омане, Японии, Австралия.

На сегодняшний день установлено, что ГЭ КРС появилась в результате экс-позирования на крупном рогатом скоте скрейпи (скрепи) — подобного агента (возбудителя скрейпи овец), находившегося в мясо-костной муке, которая и входила в рацион крупного рогатого скота.

В России болезнь не регистрировалась.

Экономический ущерб . ГЭ КРС нанесла европейским странам громадный экономический ущерб, ввиду того, что было уничтожено около 4миллионов голов крупного рогатого скота. Только одна Великобритания понесла экономический ущерб в сумме 7миллиардов фунтов стерлингов. В результате ГЭ КРС, произошло разорение большого числа фермеров, сократился рынок мясной продукции. Болезнь несла дополнительно социальную напряженность, ввиду того, что от нее в мире умерло около 200 человек и около 70 тысяч человек по этой причине могли заболеть болезнью Крейтцфельда -Якоба.

Этиология . К настоящему времени в мире принята прионная концепция ГЭ КРС. Прион — в переводе означает «белковая инфекционная частица». Он имеет очень малые размеры (м м 28-30 КD)ми высокая устойчивость к физическим и химическим факторам. В ткани мозга и селезенке белки PrP 27-32 KD полимеризуясь, образует специфические скрепи — ассоциированные фибриллы (САФ фибриллы).

Сам возбудитель представлен только белком без нуклеиновой кислоты и поэтому выдерживает кипячение, многократное замораживание и оттаивание, не гибнет при температуре 115° С в течении 30минут, при 90° С в течении 1часа. Автоклавированием (18 минут при 134-138° С или при при том же режиме 6 циклов по 3 минуты). Возбудитель выдерживает несколько месяцев действие 12%-го формалина и рН от 2 до 10,5. В 20%-ном растворе формалина инфекционность не утрачивается 18 часов при 37° С.

В качестве дезинфицирующего средства используют 8%-й раствор гидрооксида натрия, с воздействием на возбудителя в течении 1 часа при температуре + 20°С.Относительно эффективен 2%-й гипохлорит натрия при воздействии в течение 2 часов при температуре +20°С.

Эпизоотологические данные . В естественных условиях к ГЭ КРС восприимчив крупный рогатый скот, особенно в 4-х летнем возрасте, а также парнокопытные шести видов (антилопа южно-африканская, куду, и ньяла, сернобык, аравийский орикса и др.) и кошачьи 4 видов. Экспериментально можно заразить овец, свиней, норок, крыс, мышей, хомяков и обезьян. Болезни в большей степени подвержен молочный скот. Заболевают ГЭ КРС в основном коровы, реже племенные быки. При употребление продуктов убоя больных ГЭ КРС могут заболеть люди болезнью Крейтцфельда-Якоба. При этом особенно опасны в употреблении головной и спинной мозг убитых животных. Мясо и молоко от больных животных в принципе не являются опасными, ввиду того, что прионы в них содержатся в незначительных количествах.

Источником возбудителя инфекции являются больные и находящиеся в инкубационном периоде животные. Факторами передачи возбудителя инфекции являются продукты убоя овец, больных скрейпи, и крупного рогатого скота больного ГЭ, в том числе находящихся в инкубационном периоде заболевания.

Возбудитель болезни передается от больного животного здоровому алиментарным путем, при поедании зараженного корма(мясо -костная мука) Возможна (до 10-20%) вертикальная передача, но она существенно не влияет на распространение эпизоотии.

В Великобритании распространению болезни способствовали следующие причины:

  • Увеличение поголовья овец и возросшие объемы переработки (включая головы) на мясокостную муку.
  • Изменение с середины 70-х годов 20века на утильзаводах страны режимов стерилизации сырья животного происхождения (замена термообработки сушкой с органическими растворителями).
  • Увеличение производства молока, требовавшего более раннего отъема телят и интенсивного их откорма с использованием мясокостной муки.

В итоге все это привело к более массовому применению в пищевой цепи мясокостной муки, которая оказалась контаминированной прионами.

Патогенез . Патогенез недостаточно изучен. Предполагается, что патогенный прион, попав в организм, обычно алиментарным путем в начале реплицируется в селезенке и других органах системы мононуклеарных фагоцитов (лимфоидных органах), а затем и мозгу.

При попадании инфекционного прионного белка в здоровый организм животного в результате соединения одной молекулы инфекционного прионного белка PrPsrc одной молекулой клеточного (нормального) прионного белка PrPc в молекуле последнего происходят пространственные изменения: две из четырех спирально завитых структур в молекуле клеточного прионного белка вытягиваются и т.д. Под действием приона, излюбленным местом локализации которого является головной мозг, у животного развивается энцефалопатия т.е. в мозжечке, стволовой части головного мозга происходит какуолизация нейронов и серого мозгового вещества, имеет место пролиферация астроцитов. При этом воспалительной реакции нет. В мозгу больной ГЭ КРС накапливается около миллиона инфекционных единиц на грамм, в то время как в мышцах и молоке не обнаруживают инфекционных частиц. В костях (за исключением черепа и позвонков, в которых могут присутствовать остатки мозга) и коже КРС, больного ГЭ, возбудителя болезни нет. Это является очень важным, поскольку они используются для приготовления желатина и коллагена. Патоморфологические изменения в головном мозге приводят к развитию соответствующих симптомов болезни, сопровождающихся нервным синдромом.

Течение и симптомы болезни . Инкубационный период составляет от 2,5 до 8 лет, в отдельных случаях он может растягиваться до 25-30лет. Чаще болеют животные в возрасте от 2-х лет. Течение болезни прогрессирующее, без ремиссий. Болезнь протекает без повышения температуры тела животного, при сохраняющемся аппетите. Несмотря на нормальный аппетит, у коров снижается молочная продуктивность. Клиническое проявление болезни наблюдается у животных старше 2 лет и характеризуется признаками поражения центральной нервной системы. При ГЭ выявляем три типа нервных явлений.

Первый тип нервных явлений сопровождается развитием у животных чувства страха, нервозности, особенно когда животное входит в помещение, боязнь дверных проемов, агрессивности (которая является лишь следствием нервного состояния животного), скрежета зубами, беспокойства, боязливости, перемены иерархического места в стаде, стремления отделится от остальных животных стада, возбудимости, дрожания отдельных участков тела или всего тела, нераспознавания препятствий, ляганием при нормальном к ним обращении, атаксии задних конечностей (корова поднимается с пола как лошадь), частых движений ушами, облизывание носа, почесывание головы ногой, и о различные предметы. Вышеперечисленные симптомы встречаются у 98% больных животных.

Второй тип нервных явлений характеризуется наличием у больных животных двигательных расстройств: рысистые движения, «загребание передними конечностями», «подкашивание» задних – при быстром повороте животного, падение, приподнятый хвост.

При третьем типе нервных явлений происходит нарушение чувствительности, когда у больных животных отмечаем гиперстезию при шуме, прикосновении и свете.

Продолжительность болезни от нескольких недель до 12 месяцев и больше. Болезнь всегда заканчивается смертью животного.

Патологоанатомические изменения. При вскрытии павших животных характерные патологоанатомические изменения либо отсутствуют, либо слабо выражены. Отмечаем признаки истощения, может быть отек головного мозга. При проведении гистологического исследования в головном и спинном мозге обнаруживают вакуолизацию нейронов, срез ткани мозга имеет вид губки (спонгиоз) и некоторые другие изменения, свойственные губкообразной энцефалопатии (гиперплазия и пролиферация астроцитов, формирование амилоидных бляшек).

Диагноз. Диагноз на ГЭ КРС ставится комплексно с учетом:

  • эпизоотологических данных;
  • характерных клинических признаков болезни;
  • патогистологических исследований.

Прижизненная лабораторная диагностика не разработана. Из-за отсутствия у животных иммунного ответа антитела при ГЭ КРС не вырабатываются, из-за чего серологическая диагностика не осуществима.

В лабораторию посылают головной мозг погибших или вынужденно убитых животных.

Основные методы исследования:

  • гистопатологический метод (обнаружение губчатого перерождения нейронов с образованием вакуолей, в основном в сером веществе продолговатого и среднего отделов мозга) ;
  • выявление скрепиподобных миофибрилл при негативном контрастировании (электронная микроскопия + гистология) ;
  • иммунногистохимические методы (определение прионного белка методом иммунноблот-тинга, метод флуоресцирующих зондов в иммуноблоттинге) ;
  • иммуноферментный метод;
  • биопроба на белых мышах при заражении их гомогенатом мозга;

Дифференциальная диагностика.

ГЭ КРС необходимо в первую очередь дифференцировать от следующих групп заболеваний:

  • болезней, проявляющихся нервными явлениями ( , Лечение.

    Лечение неэффективно, так как оно начинается при появлении клинических признаков, когда в головном мозге развились необратимые патоморфологические изменения. Прогноз при заболевании неблагоприятный.

    Профилактика.

    Основой профилактики для благополучных стран являются:

    • недопущение завоза из неблагополучных зон или стран племенного скота, мяса, консервов, субпродуктов и полуфабрикатов, мясокостной муки, спермы, эмбрионов, технического жира, кишечного сырья и других продуктов и кормов животного происхождения от жвачных;
    • тщательный контроль за закупками племенного скота и биологических тканей, особенно из неблагополучных стран;
    • запрет скармливания жвачным животным мясокостной и костной муки от крупного рогатого скота и овец;
    • запрет на использование кормов и кормовых добавок любого неизвестного происхождения;
    • тщательная диагностика при любом подозрительном случае и лабораторный мониторинг проб мозга убойного крупного рогатого скота, особенно от животных старше 3 лет.

    Меры борьбы.

    В неблагополучных странах запрещено добавлять животные белки в корм жвачным, биоткани — в рацион животных, использовать бычьи субпродукты в биологической и пищевой промышленности и так далее. Проводят диагностику ГЭ КРС больных животных и уничтожение туш.

    Применяют жесткие методы стерилизации и дезинфекции.

    Патологический материал, посуду, инструменты, спецодежду обеззараживают одним из следующих методов: автоклавированием при избыточном давлении (134°С) не менее 20минут; выдерживанием в течение 12 часов в одном из растворов-4%-ном гидроксида натрия, 2%-ном гипохлорите натрия, 5%-ном хлорной извести; сжиганием в упакованном виде одноразового инструментария и посуды.

    Проведение подобных строгих мер в Великобритании позволили в свое время резко снизить заболеваемость и оздоровить ряд районов страны от ГЭ КРС.

Трансмиссивная энцефалопатия норок - заразная болезнь, характеризующаяся очень продолжительным инкубационным периодом, симптомами поражения нервной системы и патологоанатомическими изменениями в ЦНС. С 1963 г данное заболевание считается распространенным повсеместно.

Клинические признаки и патологоанатомические изменения. Болезнь протекает в виде эпизоотий, восприимчивы норки, а лабораторных условиях и хорьки. Инкубационный период продолжается от 5 мес до года. В естественных условиях чаще поражаются взрослые животные. Ранними симптомами болезни считается изменение внешнего вида норок. У них своеобразно изгибается хвост, грубеет мех, снижается масса тела. Во время отдыха норки резко подергивают задними лапами. Движения замедленны, появляется неустойчивость зада, постепенно нарушается координация движений. Одни норки становятся агрессивными, другие - робкими, пугливыми и малоподвижными. С прогрессированием болезни кратковременные периоды сонливости становятся более продолжительными, а сон - глубоким.

Продолжительность болезни неодинакова. У некоторых норок продромальный период продолжается от трех до 4 нед, после чего болезнь обостряется и через 5-7 дн животные ПОгибают. У других животных клинических признаков болезни не наблюдают и только за 2-3 дн до гибели отмечают анорексию. Иногда норки с атаксией живут более 6 нед.

Видимых патологоанатомических изменений нет, лишь иногда отмечают умеренную отечность мозга. Микроскопические изменения постоянно находят только в мозге: увеличение глиальных элементов, астроцитоз, вакуолизацию нейроглии, инфильтрацию, дегенерацию нейронов; некоторые нервные клетки содержат эозинофильные гранулы. Изменения обнаруживают также в лобной области коры, в обонятельных луковицах, мозолистом теле (corpus stratum). Повреждения распространяются каудально, обычно вовлекается таламус, гипоталамус, варолиев мост, продолговатый мозг. В белом веществе, мозжечке, спинном мозге поражений не бывает. У норок с прогрессирующим заболеванием в этих отделах обнаруживают ишимический некроз клеток. Микроскопические изменения при трансмиссивной энцефалопатии норок напоминают таковые при скрейпи, однако у овец и коз их распределение отличается, а вакуолизация нервных клеток при скрейпи менее заметна.

ХАРАКТЕРИСТИКА ВОЗБУДИТЕЛЯ

Прион сходен с возбудителем скрейпи. Различаются агенты тем, что возбудитель энцефалопатии норок может инфицировать хомячков, коз, полосатых скунсов, енотов, макак- резус, белок и тупохвостых макак, но не поражает мышей линии Swiss. Агент скрейпи патогенен для мышей, но менее патогенен для приматов. В этом аспекте возбудитель энцефалопатии норок аналогичен возбудителям энцефалопатий человека (куру или БКЯ), которые также не патогенны для мышей и не передаются приматам.

Устойчивость. Агент устойчив к высокой температуре н УФ облучению. Прогревание в кипящей водяной бане 15 мин, воздействие 0,3%-ным раствором формалина в течение 12 ч при 37°С не инактивирует его, 10%-ный раствор формалина в течение 20 мес снижал инфекционный титр агента более чем на 31%. При воздействии эфира в течение 18 ч титр снижался незначительно. Агент разрушается проназой. Выделить фракцию инфекционной нуклеиновой кислоты не удалось.

Экспериментальная инфекция. Удается при подкожной, внутримышечной, внутри- мозговой и внутрибрюшинной инъекции 1 мл гомогената мозга в разведении 105-107, а также при скармливании норкам инфицированного материала. Продолжительность инкубационного периода зависит от способа заражения и числа пассажей агента на норках. Прн внутримышечной инокуляции инкубационный период на 2-3 мес короче, чем при скармливании зараженного материала или естественном заражении. Кроме норок удается заразить хомячков, коз, полосатых скунсов, енотов, белок, обезьян макак-резус.

Культивирование. Возможно пока только на норках.

ЭПИЗООТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ В естественных условиях болезнь передается при контакте больных и здоровых животных.

ДИАГНОСТИКА

Диагноз ставят на основании симптомов болезни и нейрогистологических изменений, сходных с наблюдаемыми при срейпи, но отличающихся от скрейпи по виду хозяина и локализации (только в ЦНС).

Выполнила Иванюк Алёна

Инфекционная (трансмиссивная) энцефалопатия норок (Infectiosa encephalopathiae lutreolarum) - малоизученная болезнь, характеризующаяся длительным инкубационным периодом, медленным течением, поражением центральной нервной системы с почти всегда летальным исходом. Болезнь распространена в странах с искусственным разведением пушных зверей. Наносит значительный экономический ущерб.

Возбудитель болезни - РНК-геномный вирус, принадлежащий к семье Retroviridae, подсемейства Lentivirinae (медленные ретровирусы). Вирионы сферической формы, размером 47 х 100 нм, покрытые липидной оболочкой. Вирус изолируется почти из всех органов больного животного, в самой высокой концентрации содержится в головном мозге, не обнаруживается в крови. Культивируется в глиальных клетках головного мозга.

Вирус чрезвычайно устойчив во внешней среде. Хранится годами в фекалиях, моче и другом патологическом материале. Не разрушается под действием ультрафиолетового облучения, кипячение в течение 15 мин. Чувствителен к действию фенола и формальдегида.

Эпизоотология болезни. Заболевания наблюдается среди взрослых зверей возрастом один год. Заболевшие норки выделяют вирус с фекалиями и мочой. Заражение происходит через пищеварительный канал при скармливании контаминированных возбудителем болезни кормов. Предполагается, что норка не является естественным хозяином возбудителя инфекционной энцефалопатии, а вирус проникает в ее организм с сырым мясом, потрохами и при скармливании в сыром виде бараньих голов от инфицированных вирусом скрепи животных. Заболевание возникает преимущественно летом и осенью. Характеризуется очень медленным энзоотии, которая, однако, под влиянием неблагоприятных условий может быстро охватить все неблагополучное стадо и вызвать массовую гибель норок.

Патогенез изучен недостаточно. Из пищеварительного канала вирус попадает в кровь, разносится по всему организму, преодолевает гематоен-цефалитний барьер и проникает в центральную нервную систему, вызывая такие характерные для энцефалопатии поражения, как вакуоли-зация нейронов и астроцитоз. Проникновения и размножения вируса в центральной нервной системе приводит также развитие характерных клинических признаков - эпилептические припадки, судороги, параличи, нарушения координации движений. Патологический процесс нередко осложняется присоединением вторичных бактериальных инфекций.

Клинические признаки и течение болезни. Инкубационный период длится 6 - 12 мес и более. Наиболее характерны клинические признаки, которые предопределяются поражением центральной нервной системы. Проявляются в неуклонном росте возбуждения животного и прогрессирующей атаксии, которые периодически меняются спонтанными конвульсиями и сонливостью. Заболевшие норки бегают по клетке, осуществляют круговые движения и кусают хвосты. Самки не обращают никакого внимания на своих щенков, забывают приобретенные навыки, разбрасывают фекалии по всей клетке. Возбуждение заменяется угнетением, развиваются сонливость, атаксия, эпилептические припадки, мех теряет блеск, становится взъерошенным. Продолжительность болезни - 2 - 7 недель, затем наступает смерть, выздоровление не бывает. Перед гибелью в норок часто отмечаются возбуждение, эпилептические припадки.

Патологоанатомические и гистологические изменения. Во внутренних органах не наблюдаются. Иногда отмечается истощение зверя, отек головного мозга и его оболочек. Все патогистологические изменения выявляются в головном мозге, в ходе исследования которого устанавливаются вакуольная дистрофия нервных клеток и серого межклеточной мозгового вещества, пролиферация астроцитарная глии в области вестибулярных ядер, варолиева моста и среднего мозга (Н. И. Архи-пов, 1984). В пораженных нейронах наблюдаются одиночные или многочисленные вакуоли различной величины и формы, некоторые нейроны полностью лизированной. Особенно характерны большие вакуоли, которые занимают почти всю клетку, а протоплазма оказывается в виде узкого ободка по периферии клетки. Наблюдается также вакуолизация и размягчения серого мозгового вещества, что приводит его пористый (спонгиозный) вид. Воспалительные реакции отсутствуют.

Диагноз основывается на анализе клинических и эпизоотологических данных и патоморфологических исследований головного мозга. Диагноз считают установленным при характерного медленного течения болезни у взрослых норок с поражением центральной нервной системы и выявлении хотя бы в одном гистопрепарати не менее 10 вакуолизирован нервных клеток (особенно крупных) при отсутствии воспалительной реакции.

Дифференциальная диагностика. Предусматривает необходимость исключения авитаминоза В и самопогризання. Следует иметь в виду, что инфекционная энцефалопатия смертельно поражает только взрослых зверей, тогда как авитаминоз В и самопогризання наблюдаются среди молодняка норок и сопровождаются невысокой летальностью. Для обоих этих заболеваний характерно отсутствие вирусного этиологического фактора. При вскрытии погибших при авитаминозе В щенков выявляют гиперемию головного мозга, поражение печени, кровоизлияния под эндо-и эпикарда, дерматиты. При гистологическом исследовании устанавливают жировую дистрофию и некроз гепатоцитов, зернистую и вакуольная дистрофия нейронов, пролиферацию и дистрофию эндотелия сосудов, дистрофию симьяридного эпителия. Самопогры-с а н и возникает под действием различных стрессовых факторов, проявляется возбуждением, зудом, разгрызания и травмированием различных участков тела с последующим инфицированием и нагноением тканей. Гистологическими исследованиями выявляют вакуолизацию и некроз нейронов головного мозга и спонгиоз проводящих путей спинного мозга.

Лечение. Специфической терапии не разработано. Проводят симптоматическое лечение, применяют витамины группы В и витамин С.

Иммунитет. Принимая во внимание отсутствие случаев выздоровления заболевших норок, можно утверждать, что иммунитет при инфекционной энцефалопатии не образуется.

Профилактика и меры борьбы. Средств специфической профилактики этой болезни не предложено. Подозреваемых по заболеванию инфекционной энцефалопатии норок переводят в изолятор, где содержат до убойного периода. Помещения и клетки, где находились зараженные животные, инвентарь и предметы ухода за ними, дезинфицируют 5%-м раствором серно-карболовой смеси, 20%-м раствором хлорной извести, а по возможности обжигают огнем паяльной лампы. Самок, в выводках которых наблюдалась энцефалопатия, выбраковывают из племенного стад.

Губкообразная энцефалопатия (ГЭ) - медленно развивающаяся болезнь ЦНС взрослого КРС, сходная со скрейпи овец, трансмиссивной энцефалопатией норок, медленными инфекциями человека (куру, болезнь Крейцфельда-Якоба). У КРС её впервые зарегистрировали в ноябре 1986 г. в Великобритании (25). К 1991 г. выявили около 20 тыс. больных животных Прионные инфекции
(в основном голштинофризской породы) на территории почти всей страны; отмечали 350-400 случаев болезни в месяц. Клинические признаки поражения в большинстве стад регистрировали у единичных особей, что не снижало значимости проблемы в виду фатального исхода, характерного для ГЭ. Фактически одновременно болезнь выявили в Ирландии, а с 1990-1991 гг. МЭБ информирует о неблагополучии по ней Швейцарии и Франции: в первой за 8 мес 1991 г. отмечено 9 вспышек (число случаев не указано), во второй - 4 (278 случаев), но причины её возникновения не установлены. В Омане болезнь выявили у 2-х коров джер-сейской породы, импортированных телочками в 1985 г. из Великобритании, ГЭ КРС новая нозологическая форма из группы ТГЭ быстро распространялась с прогрессивно возрастающей инцидентностью с 2,5 тыс. случаев в 1988 г (начало эпизоотии) до 37 и 35 тыс. соответственно в 1992 и 1993 гг. (пик эпизоотии). Общее число пораженных животных к 1996 г. превысило 150 тыс. голов (около 30% поголовья КРС Великобритании, более половины молочных стад оказались неблагополучными). Заболевание бьшо объявлено как особо опасная болезнь (notificable disease).

Клиническая картина и патологоанатомические изменения . Термин ГЭ применительно к КРС впервые ввели Уэлл и др. (25) для обозначения симптомокомплекса болезни, при которой нейроны и серое вещество мозга напоминали губку, будучи пронизанными вакуолями. Эта картина была сходна с таковой в группе медленных инфекций у животных других видов(скрепи овец, трансмиссивная энцефалопатия норок, хроническое изнурение чернохвостных оленей) и человека (куру, БКЯ). Инфекционный характер болезни подтвержден экспериментально у мышей, зараженных суспензией мозга от больных животных, у которых клинические проявлялась ГЭ (24).

Предполагают, что инкубационный период может составлять от 2,5 до 8 лет. Клиническая картина складывается из следующего комплекса: состояния страха, расстройства локо-моции, гиперстезия, потеря массы.

Подозрения фермеров возникали из-за незначительных изменений, похожих на гипо-магнезию или кетоз. Первоначально агрессивность животного рассматривалась в качестве основного симптома; в настоящее же время считают, что основной признак - боязливость, а агрессивность является лишь следствием нервного состояния животных. Отмечали, что большинство животных были послушны и возбуждались только в том случае, когда к ним приближались или загоняли в угол. У больных животных отмечали скрежет зубов, дрожание нижнего отдела шеи и плечевой области, а иногда боковых сторон туловища, редко -дрожание всего тела. Больные животные сопротивлялись попыткам их осмотра, особенно в области головы. Локомоторные нарушения на ранней стадии проявлялись в слабой атаксии задних конечностей, причем заметнее при резких поворотах животного, когда происходило заплетание конечностей, спотыкание и даже падение. Атаксии передних конечностей обычно не наблюдали. Если животное падало, то часто поднималось на передних конечностях, демонстрируя при этом резко выраженную слабость задней части тела. Отдельные случаи патологии впервые выявлены при неудаче животного преодолеть обычные препятствия: подставки, применяемые при доении, ступеньки или скользкий спуск, отмечали также внезапную боязнь проходить в дверь. Если же такое животное заставить сделать пробежку, то можно наблюдать полную картину болезни.

Часто наблюдали также опускание таза, утрату нормальной походки и характерные рысистые движения. Передние и задние конечности животного на одной стороне двигались совместно, оно при этом покачивалось. Отмечена гиперстезия, проявлялся неадекватный ответ (испуг и падение) на звук, внезапный шум или прикосновение Симптомы проявлялись постепенно спустя 6-8 нед с начала заболевания, с последующим нарастанием (до 4-х мес) Но обычно животных убивали раньше в связи с потерей ими продуктивности. Несмотря на нормальный аппетит, у них снижалась лактация. Прогноз в целом безнадежный. Несмотря на отдельные случаи ремиссии, болезнь, однажды проявившись, неизбежно имеет тенденцию к прогрессированию

При вскрытии обнаруживают двусторонние симметричные дегенеративные изменения в сером веществе стволовой части мозга, в нейроглии - вакуоли яйцевидной или округлой формы, реже менее правильной формы с неотчетливыми отверстиями по краям. Выявлен также перикарион нейронов и неврит некоторых стволовых ядер (особенно дорсальных ядер блуждающего нерва), сетчатость; вестибулярные ядра и красное ядро содержали крупные, отчетливо различимые единичные или множественные внутрицитоплазматические вакуоли

При микроскопии обнаружена картина, сходная с таковой при скрейпи овец (как в световом, так и электронном микроскопах) В экстрактах головного мозга больных животных выявлены ассоциированные со скрепи фибриллы. Как указано, первые симптомы названного заболевания отмечены в апреле 1985 г., после чего инцидентность заметно увеличилась к сентябрю 1987 г. и составляла около 60 случаев в месяц (до января 1988 г.). В большей мере подвержены этой болезни молочные стада (по сравнению с мясными). Заболевали главным образом, коровы, за исключением 2-х случаев - у быков, одного подтвержденного и одного клинически подозреваемого. Все случаи ГЭ зарегистрированы у взрослых животных в возрасте от 2-х лет 9-и мес до 11 лет, при этом самая высокая инцидентность у 4-летних (3,4%), а наименьшая - у 6-летних животных (25%). Не установлено связи между стадией стельности, сезоном и началом заболевания. В 15% пораженных стад не завозили КРС, а в 20% стад контакта с овцами не выявили. Отсутствуют доказательства передачи болезни непосредственно от КРС к КРС, а также между овцами и КРС. Хотя, несомненно, у ГЭ генетический компонент и просматривается, но это не просто наследственная болезнь. В небольшой части случаев ГЭ обнаружена семейная связь между пораженными животными внутри стада и между стадами. Однако внезапное появление болезни у животных в национальном масштабе, поражение некоторых пород и кроссбредов, отсутствие общего предка или небольшой родоначальной группы еще убедительнее подкрепляет мысль о факторах, связанных с окружающей средой (24).

Анализ данных о закупках животных и изучение родословной быков-производителей, особенно в изолированных хозяйствах, привели к заключению, что ГЭ была занесена в Великобританию с импортированным КРС или распространена со спермой. Распределение случаев по месяцам и годам свидетельствовало об обширном общем источнике возбудителя. Считается, что фактором передачи являлось воздействия на КРС скрепиподобного агента, находящегося в корме, содержащим белок жвачных. Такое явление отмечалось в 1981-1982 гг., продолжалось до июля 1988 г., когда было запрещено включать в рацион КРС белок, полученный от жвачных в форме мясо-костной муки, а большинство животных было инфицировано в раннем возрасте (26). По-видимому, нет оснований говорить о мутации приона-скрепи. Полагают, что видовой барьер преодолен в связи с возросшим воздействием биоагента.

ХАРАКТЕРИСТИКА ВОЗБУДИТЕЛЯ
Инфекционная природа ГЭ КРС подтверждена результатами экспериментального заражения и воспроизведения заболевания у КРС, мышей и ряда других животных. Восприимчивыми в эксперименте оказались свиньи, овцы, козы, норки (в том числе при оральном заражении) и обезьяны - мармозетки.

ЭПИЗООТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ
Распространение болезни в Великобритании обусловил ряд факторов: значительный рост поголовья овец в 1980-е г., что, возможно, способствовало увеличению инцидентности скрепи; широкая переработка овечьих голов (экстрагирование жира и белка); применение новых химических технологий их обработки (ранее использовали автоклавирование), которые менее эффективно инактивировали агент скрепи. Гипотезу заноса болезни с кормом подтверждала более высокая заболеваемость животных в молочных хозяйствах, чем в откормочных, где дают меньше кормовых концентратов (особенно телятам) (4, 25,26).

Болезни больше подвержены животные молочных стад (по сравнению с мясными), заболевали; в основном, коровы, редко - быки. Наибольшее число случаев выявили среди животных голштинофризской породы, лучшей и самой продуктивной в Англии. Связь между стадией стельности, сезоном и началом болезни не установили. В 15% пораженных стад КРС не завозили, в 20% животные не контактировали с овцами. Доказательства вертикальной и горизонтальной передачи болезни в естественных условиях между КРС (или между КРС и мелким рогатым скотом) пока отсутствуют. В зоопарках страны признаки ГЭ обнаружили у 5 видов антилоп (ньяла, канна, сернобык и др.), 2 видов оленей, изолированных и неконтактировавших с крупным и мелким рогатым скотом. Этих животных кормили то же мясо-костной мукой. Обращает на себя внимание значительное уменьшение инкубационного периода у ньялы (3 мес) и сернобыка (15 мес) Особую тревогу вызвала болезнь домашних кошек (4 случая), у них при вскрытии обнаружили признаки ГЭ (животных кормили консервами). Считают, что распространение болезни связано не с внезапной мутацией возбудителя, а с попаданием в организм КРС большого количества агента скрепи и преодолением им видового барьера; так, энцефалопатия норок возникла при скармливании им мяса больных скрепи овец (1). Имеет место как горизонтальная, так и вертикальная передача возбудителя. В пользу этого говорят и эпизоотологические данные о возникновении заболевания в стадах Франции, Швейцарии, Португалии и Ирландии, а также у зоопарковых жвачных и представителей семейства кошачьих (24).

ДИАГНОСТИКА
Этиологический агент ГЭ пока не изолирован, но как и при скрейпи он уникален чрезвычайно устойчив к действию физико-химических факторов. Даже длительное автоклавирование не дает 100%-ной стерилизации материала. Диагноз на ГЭ ставят на основе патологоанатомических, клинических и эпизоотологических данных. Прижизненная лабораторная диагностика не разработана. Из-за отсутствия у животных иммунного ответа AT при ГЭ не вырабатываются, поэтому серологические реакции не используют. Специфические тесты исследования крови (или других жидкостей организма) не созданы. Окончательно диагноз можно поставить лишь посмертно, при изучении гистосрезов тканей головного мозга - при наличии в цитоплазме стволовых нейронов крупных сферических и яйцевидных вакуолей (губкообразное изменение). Как дополнительный диагностический прием для обнаружения в экстрактах мозга больных особей специфических фибрилл используют ЭМ Ученые углубленно, на молекулярно-генетическом уровне исследуют возбудителя и самих животных для определения устойчивых пород, поскольку при скрепи обнаружен определенный ген, влияющий на чувствительность овец к агенту. Если подобную связь установят при ГЭ КРС, этот феномен будут применять в селекционной работе. При диагностировании необходимо отличать ГЭ от сходных патологий (табл.ХХП.1.). В ранней стадии развития клинических признаков ее прежде всего дифференцируют от листериоза (наблюдали их смешанное течение), бешенства, болезни Ауески, нервных форм ацетонемии и гипомагнезимии

Параллельно с широкими исследованиями эпизоотологии и клинического течения болезни в Великобритании, США и странах ЕЭС развернуты фундаментальные исследования прионов человека и животных. Расшифрована аминокислотная последовательность прионного белка скрепи овец, ГЭ коров и приона мышей. Синтезированы специфические пептиды, получены рекомбинантные белки прионов животных в E.coli и клеточной культуре с использованием ретровирусного вектора. Разработана методика типирования штаммов энцефалопатии животных, основанная на сравнительном изучении патологии у генетически стандартной группы линейных мышей. Эти опыты показали, что источник инфекции ГЭ у коров в Англии, Швейцарии, Франции и Португалии, видимо, один и тот же: гепард, пума, оцелот и домашние кошки поражены штаммом, циркулирующим в популяции коров, и он отличается от всех известных штаммов скрепи, выделенных от овец. Однако нельзя полностью исключить, что штамм ГЭ коров происходит от какого-то штамма скрепи овец, но он существенно изменился и стабилизировался в процессе адаптации к организму КРС (4).

Сравнительно недавно в цереброспинальной жидкости (ЦСЖ) пациентов, страдающих БКЯ были обнаружены два белка, отсутствующие в ЦСЖ здоровых. Эти белки происходят из нервных тканей и затем появляются в ЦСЖ, как результат патологии при этих заболевании. Ранее была установлена неполная аминокислотная последовательность этих белков, как представителей класса белков 14-3-3. Иммунологический анализ на основе использования белка 14-3-3 с высокой степенью достоверности применялся при диагностике БКЯ. Белки 14-3-3 оказались весьма стабильными. Иммнологический анализ с их использованием возможен для диагностики скрейпи и других энцефалопатии. При исследовании на присутствие белка 14-3-3 в ЦСЖ быков, пораженных губкообразной энцефалопатией. Проводили ЭФ подготовленных проб ЦСЖ в 12%-ном ПЛАТ с последующим перенесением их на мембраны миллипор. Для определения у-изоформ белка 14-3-3 использовали коммерческие специфические поликлональные AT к данному белку. Результаты показали, что белок 14-3-3 давал иммунореактивную полосу у всех 10 исследованных больных быков, тогда как она имелась лишь у одного из 6 контрольных животных (вероятно из-за технических погрешностей).

Результаты, полученные на основе иммунологического анализа белка 14-3-3 согласовываются с гипотезой о том, что этот белок спиномозговой жидкости позволяет подтвердить диагноз при наличии клинических признаков ГЭ КРС. Изучение более ранней стадии болезни и её диагностика при помощи обнаружения белка 14-3-3 является наиболее перспективным направлением. Данный тест оказался высокочувствительным (10/10). Необходимы дальнейшие исследования животных с другими неврологическими расстройствами для оценки специфичности 14-3-3 маркера и использования его для дифференциальной прижизненной, ранней диагностики (17)

МЕРЫ ПРОФИЛАКТИКИ И БОРЬБЫ
ГЭ официально регистрируют в Великобритании с 21 июня 1988 г., и закон обязывает сообщать обо всех случаях подозрения на эту болезнь. Больных животных убивают и уничтожают, владельцам выплачивают компенсацию. Период от регистрации болезни до убоя в среднем равен 8 сут. Чтобы не допустить дальнейшего распространения ГЭ, правительство утвердило рекомендации экспертной комиссии Министерства сельского хозяйства. Они (кроме обязательного оповещения о появлении болезни) запрещают скармливание кормов, содержащих белок жвачных, с сентября 1990 г. запрет распространен на животных всех видов, включая свиней, домашних и декоративных птиц. С 13 ноября 1989 г. запрещено использование человеком в пищу головного и спинного мозга, тимуса, селезенки, миндалин, кишечника от здорового КРС, убитого в возрасте старше 6 мес, тогда как мясо используют на общих основаниях.

В последние годы проведены многочисленные дискуссии специалистов Великобритании и других стран ЕЭС, ведущих ученых по медленным инфекциям, на которых обсуждалась возможная опасность данной патологии для людей. Когда болезнь только была диагностирована, страны Западной Европы, США, Канада, Австралия отказались от импорта из Великобритании живого скота и говядины. Но в результате дискуссий английских ученых и практиков, экспертов ЕЭС о ситуации со скрепи овец и анализа данных по ГЭ пришли к выводу, что произведенная в Великобритании говядина не опасна для здоровья людей. Участники дискуссий утверждают, что учитывались даже отдаленные последствия и теоретический, и гипотетический риск. Считают, что принятые правительством страны меры исключают возможность попадания зараженных продуктов в пищу человека. Достаточность этих мер заключается в следующем Во-первых, убивают и уничтожают животных с клиническими признаками болезни. При убое здоровых особей старше 6 мес головной и спинной мозг, тимус, селезенку, кишечник и другие органы, богатые лимфоидной тканью, в пищу не используют. Полагают, что этих мер для защиты здоровья людей достаточно. Во-вторых, другие страны сохраняют запрет на импорт живого скота из Великобритании, Германия ввозит только вырезку без лимфоузлов (при наличии дополнительного сертификата о благополучии стада).

По нашему мнению, мясо от здоровых животных из неблагополучных по ГЭ районов безопасно и может быть использовано в пищу людям, ведь его подвергают тепловой обработке, что значительно инактивирует агент, даже если он присутствовал в продукте. К тому же выше отмечали, что для алиментарного заражения животных требуются огромные дозы возбудителя (в 100 тыс. раз выше, чем при инокуляции через мозг). Даже если предположить, что в пищу человека попадает мясо животного, находящегося в инкубационном периоде, риск заражения будет маловероятен, поскольку органы, богатые лимфоидной тканью, и нервную ткань, где в это время присутствует возбудитель, не употребляют.

Однако организация систематического эпидемиологического и эпизоотологического надзора ТГЭ совершенно очевидна. В его рамках особое место имеет следущее. Во-первых, безопасность для групп риска, так или иначе соприкасающихся с зараженным материалом или больными ТГЭ (ветеринарные и медицинские хирурги, патологоанатомы, ветсанэкспер-ты, работники мясоперерабатывающей промышленности, лабораторные работники и др.) -прион ГЭ КРС квалифицирован как патоген 2-й степени опасности по мерам предосторожности для персонала. Фиксация формалином не инактивирует прион - воспроизведено заболевание мышей формалин-фиксированным мозгом от больного ГЭ КРС (11). Кроме того, исследования показывают, что 9% виниловых и 6% латексных перчаток проницаемы для мелких вирусов (16)Во-вторых, это пищевая цепь. Никакая технология переработки и приготовления пищи (термическая - кулинарные приемы, пастеризация, стерилизация, замораживание, лиофилизация; химическая - квашение, засолка, ферментация, облучение) a priori неэффективна в отношении инфекционного приона. Алиментарное заражение возможно при попадании в пищу субпродуктов от животных в инкубационной стадии болезни. В-третьи, медикаментозная цепь. С точки зрения аєрогенной инфекции и стереотипа потенциального эпизоотического и эпидемического процесса особенно опасны парентеральные инъекции фармпрепаратов, приотовленных из мозга или лимфоидной ткани КРС (ганглиозидов и др. препаратов нейрогенеративного назначения, миелопептидов, биогенных стимуляторов, гормонов, ферментов). Также потенциально опасны сыворотки и ткани - источники культур клеток и биосырья в научной работе и вакцинно-сывороточном производстве.

Рассказать друзьям